Глава 38
Утро после неудачного падения началось с того, что Гена не мог встать с кровати.
— Рита, — простонал он. — Кажется, моя нога решила, что она теперь отдельный жилец.
— Дай посмотрю, — Рита отодвинула Пони, которая устроилась на больном колене, и осмотрела опухоль. — Ничего страшного, просто ушиб. Но тебе нужно лежать и прикладывать холод.
— Лежать? У меня заказы, клиенты...
— Подождут. Здоровье важнее.
Пони, оставшаяся без тёплого места, возмущённо фыркнула и перебралась на голову к Гене. Персик, увидев это, запрыгнул на грудь. Гена оказался полностью обездвижен кошачьим караулом.
— Они меня не выпустят, — констатировал он.
— И правильно. Будут следить, чтобы ты не вставал.
— Кошки-медсёстры.
— Кошки-тираны.
Рита ушла на кухню готовить завтрак, а Гена остался лежать под кошачьим прессом. В голову лезли разные мысли. Например, о том, что он совершенно не умеет лежать без дела. Даже когда болеет, всегда пытается работать. А тут — полная неподвижность.
— Пони, — позвал он. — А если я пошевелюсь?
Пони приоткрыла один глаз и посмотрела на него с выражением "только попробуй".
— Понял, не буду.
Через час, когда Рита принесла завтрак в постель, Гена уже немного освоился с ролью больного.
— Слушай, — сказал он, жуя бутерброд. — А что если мне полечиться народными средствами?
— Какими?
— Ну, там, компрессы из трав, примочки... Ты же ветеринар, должна знать.
— Гена, я лечу животных. Ты человек.
— А разница?
— Анатомическая. Но если хочешь, могу дать тебе мазь, которой мы мажем собак при растяжениях.
— Дай.
— Ты уверен?
— Абсолютно. Она же помогает собакам. Чем я хуже?
Рита пожала плечами и пошла за своей ветеринарной аптечкой. Вернулась с тюбиком, на котором было написано что-то латинское.
— Вот. Наноси тонким слоем на больное место три раза в день.
Гена взял тюбик, выдавил немного на палец и намазал колено. Мазь была холодной и приятно пахла.
— Хорошо, — сказал он. — Теперь буду лечиться по-собачьи.
— По-кошачьи тоже можно, но кошки не любят мази.
— Пони, ты любишь мази?
Пони фыркнула. Ответ был очевиден.
Прошло несколько часов. Гена лежал, смотрел телевизор, гладил кошек и периодически мазал ногу "собачьей" мазью. К вечеру он заметил, что на месте ушиба появилась странная сыпь.
— Рита! — позвал он. — Иди сюда!
Рита прибежала.
— Смотри, — Гена показал на красные пятна вокруг колена. — Это нормально?
Рита вгляделась, потом схватила тюбик и прочитала состав.
— Гена! — закричала она. — Это мазь от блох!
— Что?!
— От блох! Для собак! Ею обрабатывают холку, чтобы блохи не кусали! А ты натёр колено!
— Ты сказала, что это мазь от растяжений!
— Я сказала, что это то, чем мы мажем собак! Но я имела в виду мазь от воспалений! А взяла не ту!
— То есть я сейчас намазался средством от блох?
— Получается, да.
Гена уставился на своё колено. Пони, сидевшая рядом, с подозрением принюхалась и чихнула.
— Пони не одобряет, — сказал Гена.
— Пони чувствует запах блошиного средства. Для неё это враг.
— Я теперь враг?
— Ты теперь пахнешь как враг.
Персик, который обычно спал на груди Гены, тоже проснулся, понюхал воздух и перебрался на спинку кровати, подальше.
— Они меня покидают, — с ужасом сказал Гена. — Я стал изгоем из-за твоей ошибки!
— Моей? Ты сам попросил собачью мазь!
— Я просил лечебную, а не противопаразитарную!
— Я перепутала! Бывает!
— Бывает? У меня теперь колено чешется и пахнет так, что кошки бегут!
— Смой немедленно!
Гена вскочил (забыв про больную ногу) и побежал в ванную. Пони и Персик провожали его взглядами, полными укора. Муся с подоконника наблюдала за этой сценой с философским спокойствием. Лиза, как обычно, спряталась под кровать, но оттуда тоже осуждающе выглядывала.
Через полчаса, после тщательного мытья с мылом, Гена вернулся в спальню. Кошки обнюхали его, но всё ещё держались на расстоянии.
— Они не верят, — вздохнул он. — Думают, я всё ещё пахну блохами.
— Придётся заново завоёвывать их доверие.
— Чем?
— Колбасой. Она всегда работает.
Рита принесла колбасу. Пони, увидев лакомство, подошла ближе, но сначала долго нюхала Генины руки.
— Не пахнет? — спросил Гена.
Пони лизнула его палец — это был знак примирения.
— Простила, — выдохнул он.
— Пони прощает быстро. Ей главное — еда.
Персик, видя, что Пони ест, тоже подошёл. Гена дал и ему кусочек. Через минуту оба кота уже сидели на своих привычных местах: Пони на голове, Персик на груди.
— Всё, — сказал Гена. — Я снова свой.
— Кошачье сообщество восстановлено, — улыбнулась Рита.
— А что с моей ногой?
— Сейчас принесу нормальную мазь. Человеческую.
— Проверь, пожалуйста, три раза. Чтобы опять не вышло ошибки.
— Обещаю.
Рита принесла аптечку и долго изучала каждый тюбик, прежде чем протянуть Гене.
— Вот. Читай сам. "Для наружного применения. Противовоспалительное".
Гена прочитал, понюхал (на всякий случай) и намазал колено.
— Нормально, — сказал он. — Пахнет лекарством, а не блохами.
— Слава богу.
— А ты знаешь, — вдруг засмеялся Гена. — Я ведь мог и сам догадаться, что мазь от блох не для ушибов.
— Почему не догадался?
— Потому что доверился тебе. Ты же ветеринар.
— Ветеринар, но для людей я не специалист.
— Теперь я знаю.
— Будешь проверять?
— Буду. И тебя, и себя.
— Умно.
Вечером они сидели на диване, кошки разлеглись вокруг. Гена гладил Пони, которая снова была на своём законном месте — на его голове.
— Знаешь, — сказала Рита. — Эта ошибка многому меня научила.
— Чему?
— Всегда проверять, что даю. Даже самым близким.
— А меня?
— А тебя научила не доверять слепо даже ветеринарам.
— Особенно ветеринарам, — усмехнулся Гена. — У них свои тараканы.
— И кошки.
— И кошки.
— И блохи.
— И блохи. Но теперь у меня нет блох, и слава богу.
— Слава колбасе.
— И кошкам, которые простили.
Пони на голове заурчала, подтверждая.
— Гена, — сказала Рита. — А ведь без этой ошибки мы бы не узнали, что кошки так быстро прощают за колбасу.
— Ценная информация.
— И что мазь от блох пахнет отвратительно.
— Тоже важно.
— И что ты готов бежать в ванну, забыв про больную ногу, чтобы вернуть любовь кошек.
— Это инстинкт.
— Это любовь.
— К кошкам?
— Ко всему. К жизни. К нам.
— Наверное.
— Точно.
Они обнялись. Пони на голове недовольно заворочалась, но быстро успокоилась. Люди любят друг друга, кошки любят людей, и даже нелепая ошибка с мазью не может это испортить.
— Спасибо, что ты есть, — прошептал Гена.
— И ты, — ответила Рита.
— Даже с моей склонностью к нелепым ошибкам?
— Особенно с ней. Без неё было бы скучно.
— Это точно.
— Спокойной ночи, мой ботаник.
— Спокойной ночи, моя кошатница.
И они заснули под кошачье урчание, счастливые и немного пахнущие колбасой.
Подписывайтесь на дзен-канал Реальная любовь и не забудьте поставить лайк))
А также приглашаю вас в мой телеграмм канал и Канал МАХ