Нашумело вью Антона Сихарулидзе на шоу «Каток», ничего не скажешь. Получилось информативно, тем подняли много. Итог – буря возмущений болельщиков в соцсетях и петиции с призывом к отстранению АТ от поста президента ФФККР.
Чего не смеетесь? Не смешно, да? Это фигурное катание!
Подумал и решил, что по теме стоит высказаться обстоятельно. У меня крайне сложные отношения с ФФККР и, как я понимаю, лично с Антоном Сихарулидзе, так что сперва хотел разнести это все в пух и в прах. Поводов, благо, хватает.
Но решил, что в этот раз постараюсь быть объективным. Потому что Антон Тариэльевич, как руководитель в вакууме, мне в ряде вопросов импонирует. Казалось бы, ну не дурак ли – у тебя аккредитацию забирают и всячески вставляют палки в колеса, а ты в любви признаешься. Может, дурак. Но мне хочется думать, что именно так и должна себя вести журналистика. Личное надо отставлять в сторону и смотреть на ситуацию со стороны. Ну, или, по крайней мере, пытаться.
По первости я, как и вся остальная общественность, отреагировал на его интервью крайне негативно. До сих пор считаю, что многие пункты довольно спорны. Но со временем захотел разобраться, а что там вообще прозвучало и для какой глубокой цели подобное вью – казалось бы, совершенно губительное для Сихарулидзе имиджево – могло появиться?
ВАЖНО! Текст получился длинным. Если не хотите читать целиком - советую протыкать оглавление. Так можно перейти к наиболее интересующему вас пункту.
Хотел ли Сихарулидзе навредить российской фигурке?
На первый взгляд может показаться, что ответ – да. С другой стороны, а для чего президенту федерации демотивировать собственных же спортсменов и критиковать свой спорт? В сухом остатке все, что выдал Антон Тариэльевич в адрес нашего фигурного катания, возвращается ему же – кто, как не глава ФФККР, должен отвечать за качество судейства и в целом направление, в котором движется фигурка в России?
Получается, Сихарулидзе стрелял в других, а попал в себя. Осознавал ли он это? Думаю, да. Как минимум потому, что не попасть было просто невозможно.
О том, для чего это было сделано, поговорим чуть ниже. А пока – про то, как вообще Сихарулидзе на самом деле относится к нашей фигурке. Мне не кажется, что он, скажем так, ненавидит то, чем руководит. Все-таки он привел спонсоров (ГЭС, «Ростикс», «Хохлома» итд), курирует множество финансовых вопросов, снимая их с фигуристов и тренеров. Построил каток своему многолетнему тренеру Тамаре Москвиной. Точно знаю, что к нему напрямую обращаются за оплатой зарубежных сборов и прочих-прочих – и он решает все самостоятельно.
До определенной поры мне нравилась и открытость федерации при нем. Порадовало, как он повел себя в скандале с обвиненным в домогательствах к несовершеннолетним со стороны новосибирского тренера Константина Медовикова. Местная федерация блокировала участие в соревнованиях одной из жертв – очевидно, кто-то захотел отомстить и нагадить девочке.
Сихарулидзе, получив письмо от ее мамы, перезвонил ей тут же и самостоятельно решил все вопросы, взяв дело на контроль – хотя, казалось, не обязан был. Да, там тоже не обошлось без странностей, но глобально это образцово-показательная работа чиновника с человеческим лицом.
И тут – такое… Кстати, а что конкретно было сказано?
Тезис Сихарулидзе №1 – Гуменника и Петросян не засудили на Олимпиаде
Крайне спорно – с одной стороны. Я могу согласиться с фразой про отсутствие засуживания – просто потому, что «засудить» в насквозь субъективном виде спорта трудно. Я бы вместо этого говорил о недодаче. Пете Гуменнику, очевидно, недодали баллов – в компонентах, в GOE и так далее. Но разве мы не ожидали, что так будет? Ожидали, более чем. Просто, видимо, не настолько сильно, но все-таки все мы, давайте честно, понимали, что в фигурке, где судят по понятиям, мы сейчас, что называется, вне тусовки. Петю от бронзы отделило именно это.
С Аделией все чуть иначе. Ее как раз-таки оценивали лучше, чем Петра. Полагаю, повезло с техбригадой и с судейской панелью. Да и репутация лидера одной из сильнейших сборных мира сыграла свою роль.
И тем не менее оценки Аделии и Петра определенно не были объективными. Разумеется, они получили бы больше баллов, соревнуйся они в прежней реальности. И Сихарулидзе имел полное право пальнуть заветным словом «Засудили!». Мы бы все с ним согласились.
Но он не стал. Почему? Мне кажется, ответ кроется в том, с кем конкретно разговаривал президент ФФККР в тот момент. Не думаю, что фразы про то, что нас в Милане оценивали нормально, обращены вовнутрь.
У меня сложилось ощущение, что многие фрагменты были для внешней, скажем так, аудитории. Громкий крик «Наших бьют!11» хорош для поднятия рейтинговых очков в России, но поможет ли он в том же международном допуске?
Еще осенью, когда только-только прошел слух про грядущее возвращение России на мировые старты, я написал – нам ОЧЕНЬ важно воздержаться от ура-повестки в публичном пространстве. Я анализировал настроения в ИСУ после громких высказываний наших знаменитых тренеров и пришел к мысли, что каждый агрессивный (и, по сути, где-то даже заслуженный) выпад отдалял нас от допуска. А мощная волна про засуживание Петра и Аделии на Олимпиаде, запущенная на официальном уровне, скорее всего, и вовсе похоронила бы шансы на него.
Звучит слабовато? Конечно же, да. С другой стороны, а какой у него выбор? Рубануть и упиваться собственной мощью? Без допуска все это – профанация.
В общем, Сихарулидзе сказал то, что хотели услышать люди «там». И это, я думаю, было частью определенной стратегии. Только реализация подкачала.
Тезис №2 – судиться с ИСУ - неправильно
Как раз к стратегии и переходим. С одной стороны, отказываться от походов в CAS уже будто бы совершенно неправильно. В былые годы, когда еще не было положительных прецедентов, не лезть из кожи вон и правда было лучшим выходом из возможных.
Но сейчас, когда допуск через суд пробили и спортсмены в летних видах, и лыжники, и бобслеисты с саночниками, а паралимпийцы и вовсе выступают с флагом и гимном, что вообще может остановить фигуристов?
Думаю, все банально до крайности. Конечно, судиться надо. Но давайте вернемся в реалии конкретно фигурного катания – а они, как мы знаем, очень отличаются от тех же лыж, где есть, в сущности, только секундомер и финишная черта.
В мире, где судьбу медали решает то, под каким стартовым номером ты вышел на лед, испортить отношения с международным чиновничьим бомондом равно навлечь на себя их гнев.
Чем чреват гнев? Да, например, еще более низкими оценками для наших ребят на гипотетическом межнаре. CAS, скорее всего, встанет на нашу сторону (прецедентов уже хватает), но что дальше-то? Унижаться борьбой за топ-10, потому что компоненты даже у лидеров вдруг резко упадут еще ниже ожиданий? И когда восстановятся – одному богу известно.
Да-да, уже вижу, как вы кривитесь у экранов – дескать, ну что за ерунда, что за попытки дуть на воду даже там, где это не требуется? Но все-таки призываю поразмыслить об этом через призму судейства. Люди в фигурном катании до одури обидчивые, причем во всем мире – а это значит, что теневые последствия от иска гарантированно будут.
Наша федерация, очевидно, избрала тактику синицы в руках (допуск на Олимпиаду и ожидание светлого будущего). Хороша ли она? Нет, она плоха. Есть ли на примете что-то получше? И тоже нет.
Я бы предложил вот какой компромисс. Давайте дадим нашей федерации время хотя бы до следующего сезона. Если допуск и правда додавят, тогда, выходит, все было не зря. А если нет… Что ж, тогда обсудим более детально.
Тезис №3 – на внутренних стартах оценки ставят «от балды»
Я был очень рад это слышать. Уже много раз говорил – неадекватные внутренние баллы, летящие в стратосферу при любом качестве прокатов, вредят со страшной силой. Сколько угодно повторяйте, как мантру, что спортсмены и тренеры у нас самые мудрые в мире, что они прекрасно знают, что 100 баллов на внутряке – это дай бог 80 на межнаре, но в реальности все иначе.
Когда тебе один год ставят 100, ты сомневаешься. Когда 2 – начинаешь задумываться. Когда 3 – веришь. Когда 4 – тебе уже мало 100. И это не потому, что фигуристы глупые. Просто так устроена человеческая психика.
Желание «поддержать» спортсменов ядерными оценками на внутренних стартах ущербно само по себе. У нас что, плохие фигуристы? Они что, кататься не умеют и не способны найти мотивацию? Кого мы пытаемся убедить в своей исключительности – самих себя, что ли? Иностранные судьи (и я знаю это из первых уст) на наши баллы даже не смотрят.
А раз так – зачем? И Сихарулидзе правильно делает, что задается этим вопросом. Единственное – я не понимаю, почему президент федерации не решает его одним ударом кулаком по столу… Впрочем, возможно, есть некие подводные камни, о которых мы не знаем.
А глобально – мысль совершенно верная.
Тезис №4 – мировое фигурное катание меняется, мы слабо ему соответствуем
А вот это моя тема, тут я точно могу высказаться по полной. Те, кто читают меня давно, наверное, помнят, что про перемены во взглядах ИСУ на фигурку я писал неоднократно. При этом даже я вынужден признать, что на данном этапе ИСУ именно что хочет перемен. Они отчаянно жаждут перекоса в сторону красоты катания и качества непрыжковых элементов. Именно ради этого выдвигаются все последние инновации – от сокращения прыжков до технической/артистической программ.
Но удается ли ИСУ прямо-таки менять фигурку? Стали ли программы лучше, а непрыжковые – чище и выше уровнем? Нет!
Уровни в среднем не растут, а программы… В мужской одиночке, пожалуй, да, очень хороши. А в женской – разве в Милане было так уж много постановок, которые превосходили, скажем, лучшие творения штаба Тутберидзе? Мне так не показалось.
Сихарулидзе говорит о том, что нам не хватает баланса. Что мы, дескать, думаем по большей части о прыжках, в то время как весь остальной мир встает на другие рельсы. Но данность в том, что в женской одиночке за последние много лет никто не демонстрировал большего баланса, чем наши девушки. Можно сколько угодно говорить о личных пристрастиях и критиковать какие-то детали, но даже самые мощные хейтеры «Хрустального» вряд ли смогут возразить тому, что штаб Этери Георгиевны вывел этот самый баланс на недосягаемую высоту.
До сих пор никто и близко не подобрался к стабильности, качеству и сложности программ Анны Щербаковой. Камила Валиева на пике – совершенная фигуристка, умеющая вообще все. Четверные Александры Трусовой в последние годы упаковывали так, что было не прикопаться. Алёна Косторная, Дарья Усачева, Евгения Медведева, Алина Загитова – ни у одной из них не было откровенно «пустых» программ. Напротив, свободного места лишний раз вздохнуть не предусматривалось.
Не думаю, что Антон Тариэльевич про это не знает. И не считаю, что он недоволен нашим текущим уровнем. Мне показалось, что этот фрагмент опять-таки был обращен вовне. Руководство ИСУ наверняка удовлетворится подобным ответом – дескать, эти русские не считают себя лучше всех в мире, держатся скромно. С подобным мягким подходом добиться допуска по-тихому, без судов и скандалов, будто бы гораздо проще.
Убежден абсолютно, что именно этим и руководствовался Сихарулидзе. Ну а наши фигуристы и тренеры лишний раз получили четкий сигнал о том, что фигурное катание меняется, и мы должны быть готовы к этому (даже если в целом и так готовы). И если в ЖО у нас полный порядок, то в других видах будто бы и правда еще есть, над чем работать.
Но вопросы к подаче мысли сохраняются.
Итог – что это было?
Если резюмировать – Сихарулидзе на самом-то деле обозначил ряд правильных и нужных вещей. Еще несколько были своего рода намеренным «прибеднением» для ускорения допуска. Ну, или по крайней мере они таковыми выглядят со стороны.
Получается, Антон Тариэльевич осознанно пошел на порчу собственного имиджа, чтобы послать определенный сигнал ИСУ в расчете на скорый допуск. В голову к человеку не залезешь, конечно, но другого варианта, помимо этого, я тут не вижу.
У меня лично нет вопросов к сути высказанного президентом ФФККР (кроме некоторых моментов). Меня смущает форма подачи и вопрос фактологии – и я даже знаю, чья это, по идее, зона ответственности. Антон Сихарулидзе – главный человек федерации – пошел на мощное программное вью. Никто из руководителей ФФККР в ее современной истории еще не общался с публикой в столь открытой манере – хоть посредниками и выступали привычные глазу Евгения Медведева и Алексей Ягудин.
От того, как пройдет это вью, зависит имидж всей федерации. И что же происходит? Даже заложив в разговоре важные и нужные тезисы, президент сталкивается с ушатом критики и негодования. И я не могу обвинять в этом аудиторию – дескать, «людишки» просто ничего не понимают. А как еще понимать-то, если все говорится, вроде бы, прямым текстом?
Но эта претензия, как мне кажется, должна адресоваться не Антону Тариэльевичу. Ее нужно направить пресс-службе ФФККР. Как это вы так подготовили своего президента к разговору, что итог оказался вот таким? Вы собрали для него фактуру? Вы подсказали, как обойти наиболее острые углы и не обидеть людей на ровном месте даже там, где это вообще не требуется? Вы промониторили общественное мнение после выпуска и соответствующим образом отреагировали?
У федерации уже много-много лет фактически отсутствует пресс-служба. Вместе с должностью руководителя одним из престижнейших видов спорта в России Сихарулидзе получил в наследство деструктивные традиции в обращении с прессой и работой с общественным мнением. Итог - самое важное интервью самого важного человека в организации оборачивается имиджевыми последствиями, которых легко можно было бы избежать минимальной корректировкой со стороны профильных спецов.
Антону Сихарулидзе, если покороче, просто некому было с этим помочь. И мне за него в этом плане даже немного обидно. Несмотря на все сложности моих личных с ним взаимоотношений, мне Антон Тариэльевич никогда не казался равнодушным человеком. Он явно хочет сделать наше фигурное катание лучше.
Но хорошую пресс-службу для коммуникации с внешним миром все же нужно иметь. И это не первый случай, подтверждающий данную мысль.