— Надюша, мы тут с Валериком раскинули мозгами... — бодро щебетала в трубке Снежана, жена деверя.
Надежда Викторовна, женщина пятидесяти семи лет, закаленная тридцатилетним браком и суровой должностью завхоза в строительном техникуме, мысленно напряглась. По ее многолетнему опыту, когда родственники мужа «раскидывали мозгами», собирать их по кусочкам всегда приходилось ей.
— И что же вы надумали, Снежок? — миролюбиво спросила Надежда, остервенело оттирая губкой пригоревшее к плите молоко.
— Полтинник Валерика мы будем отмечать у нас на даче! Природа, свежий воздух, сосны! С нас — площадка, мангал и дрова. А с тебя — ну, как обычно. Полная закупка продуктов, алкоголя, ну и накрыть стол. Согласись, гениально придумано? Мы предоставляем элитную локацию, а вы с Колей организуете банкет!
Надежда Викторовна замерла, сжимая в руке мокрую губку. «Элитная локация» представляла собой вечно недостроенный кирпичный сарай в сорока километрах от города, где вместо окон на втором этаже трепыхалась на ветру парниковая пленка, а уличные удобства благоухали так, что у неподготовленного городского жителя слезились глаза.
Но возмутило ее не это.
Валерик был младшим братом ее мужа. Сорокадевятилетний «непризнанный гений», который всю жизнь искал себя. Снежана, его муза, была натурой возвышенной, плела макраме и питалась исключительно духовной пищей и чужим терпением. Жили они изящно, без стабильного дохода, но с грандиозными запросами. А муж Надежды, Коля, инженер с добрым сердцем и полным отсутствием навыка говорить твердое «нет», выступал вечным спонсором этого шапито.
Надежда прикинула в уме. Пятьдесят человек приглашенных (у Валерика всегда была уйма «нужных» людей). Мясо, овощи, нарезки, горячительное на такую ораву. Это же тысяч шестьдесят, не меньше! А они с Колей только-только взяли в рассрочку новую стиральную машину, потому что старая при отжиме прыгала по ванной, как кенгуру с одышкой.
— Снежана, — осторожно начала Надежда, стряхивая пену с рук, — а не жирно будет? Может, в кафе, и каждый за себя? Мы сейчас немного на мели.
— Надя, ну ты опять за свои мещанские замашки! — обиженно фыркнула трубка. — Это же ЮБИЛЕЙ! Брат твоего мужа! Мы уже всем приглашения разослали. Жду от тебя список меню к вечеру. И учти, у меня от дешевого соуса изжога, бери на перепелиных яйцах, а мясо только фермерское.
Трубка отключилась. Надежда перевела тяжелый взгляд на мужа.
Коля сидел за кухонным столом в носках, бережно заштопанных на пятке (потому что «они еще крепкие, в гараж ходить самое то»), и с виноватым видом жевал бутерброд с докторской колбасой.
— Наденька, ну не кипятись, — промямлил он, отодвигая надкусанный бутерброд. — Ну брат же. Полвека человеку. Я на работе ссуду возьму в счет зарплаты. Справимся.
И тут в голове у Надежды Викторовны, привыкшей сводить дебет с кредитом и виртуозно гонять нерадивых поставщиков, щелкнул невидимый тумблер. Она вдруг кристально ясно увидела всю прелесть наглой схемы.
Валерик и Снежана созывают толпу нужных ИМ людей. Надежда на свои, кровно заработанные деньги, влезая в кредиты, кормит эту ораву. Она двое суток строгает салаты и запекает буженину, тащит все это на себе в электричке (потому что машина в ремонте). А потом — барабанная дробь! — сытые гости дарят Валерику пухлые конверты с купюрами, которые он торжественно кладет в свой карман.
Гениально. Спонсорский банкет с чужой монетизацией.
Надежда Викторовна ласково улыбнулась. Ее лицо разгладилось, а в глазах зажегся нехороший, озорной огонек.
— Конечно, Колюня, — пропела она так нежно, что муж нервно поперхнулся чаем. — Ты абсолютно прав. Юбилей так юбилей. Я всё организую в лучшем виде. Обещаю, этот праздник они не забудут до конца своих дней.
Коля расслабленно выдохнул, глядя, как жена берет блокнот и начинает с энтузиазмом составлять огромный список покупок.
А Снежана уже мысленно подсчитывала барыши в пухлых конвертах, предвкушая, как под звуки лаунжа будет потчевать свою богему на халявные Надины харчи. Идеальная схема, в которой безотказные родственники всегда платят дважды, казалось, сработала безупречно. Но любители жить за чужой счет забыли одну старую народную мудрость: кто ужин оплачивает, тот музыку и заказывает! А Надежда Викторовна, влезая в долги ради чужого полтинника, танцевать собиралась с размахом, под баян и с такими гостями, от которых у Валерика надолго задергается левый глаз. Месть подают холодной, а Надя решила подать ее прямо к праздничному столу, щедро приправив отборным сарказмом. Ловушка для халявщиков захлопнулась.
[Жмите сюда, чтобы увидеть лица наглой родни, когда их идеальный план с треском провалился!]