Глава 25
Вечер пятницы располагает к философским размышлениям. За окном моросил дождь, кошки разлеглись по своим любимым местам, Уля мирно ползла по листу салата в своём террариуме, а Гена и Рита сидели на диване и пили чай.
— Гена, — вдруг сказала Рита, отставляя чашку. — А вот если бы мы не встретились? Представь.
— Зачем представлять такое? — насторожился Гена.
— Ну просто интересно. Как бы сложилась твоя жизнь без меня?
Гена задумался. Пони на его голове заворочалась — видимо, тоже заинтересовалась вопросом.
— Без тебя? — переспросил он. — Ну... я бы сидел в своей мастерской, разговаривал с камнями, терял очки и никто бы их не находил. По вечерам пил бы чай в одиночестве и смотрел сериалы про камни.
— Есть сериалы про камни?
— Наверное, нет. Я бы смотрел документальные фильмы про геологию.
— Звучит уныло.
— Это и есть уныло. А ты?
— А я бы сидела здесь, с тремя кошками, и думала, что все мужики козлы. Муся бы меня утешала, Лиза бы пряталась, Пони бы воровала мои заколки и оставляла бы их в тапках.
— А Персик?
— Персика бы не было. Его же тот придурок привёз как реквизит, помнишь? Если бы не ты, я бы, наверное, его не забрала. Пожалела бы, но побоялась брать четвёртую.
— Значит, Персика бы не существовало в нашей жизни?
— Не существовало бы.
Они посмотрели на рыжего хулигана, который в этот момент пытался залезть в пакет с кормом, и синхронно вздохнули.
— Страшно подумать, — сказал Гена. — Мир без Персика — это какой-то неправильный мир.
— Мир без тебя — тоже неправильный, — добавила Рита. — Я бы так и жила с мыслью, что все мужики одинаковые, и никто бы меня не переубедил.
— А я бы так и не узнал, что можно любить не только камни, но и кошек.
— И меня.
— И тебя. В первую очередь тебя.
Пони на голове одобрительно фыркнула.
— А вот если бы мы встретились, но Пони не украла бы твои бриллианты? — продолжила фантазировать Рита.
— Тогда ты бы просто заказала медальон, забрала его и ушла. И всё.
— И всё?
— Ага. Я бы сделал тебе скидку, ты бы сказала "спасибо", и мы бы разошлись.
— И никогда бы не узнали друг друга.
— Никогда.
— Страшно.
— Очень.
— А если бы я пришла без Агаты? Ну, без кошки?
— Тогда бы ты была просто красивой девушкой, которая заказывает медальон. Я бы постеснялся с тобой разговаривать, ты бы подумала, что я странный, и ушла бы.
— А так я подумала, что ты странный, но осталась.
— Благодаря Пони.
— Благодаря кошкам.
— Кошки — наши свахи.
— Кошачьи свахи.
Пони, услышав, что речь о ней, спрыгнула с головы и уселась на колени к Рите.
— Пони согласна, — перевёл Гена. — Она считает себя главной виновницей торжества.
— Она и есть главная. Если бы она не полезла за бриллиантами, я бы постеснялась остаться.
— А если бы ты не пришла вообще?
— Тогда бы я до сих пор искала ювелира, который сделает медальон для Пони. А ты бы сидел один и разговаривал с камнями.
— Камни — плохие собеседники.
— А кошки?
— Кошки — отличные. Они хотя бы мяукают в ответ.
Персик, наконец добравшийся до корма, с грохотом опрокинул миску.
— Персик, — вздохнула Рита. — Ты как землетрясение.
— А если бы не было Персика? — спросил Гена.
— Не напоминай. Я уже представила этот ужас.
— А если бы мы взяли не четверых, а пятерых?
— Гена, не каркай.
— А что? Вдруг ещё кто-то появится.
— У нас уже есть Уля. Хватит.
— Уля — не кошка. Уля — улитка.
— Уля тоже член семьи.
— Согласен. Но кошек больше не надо.
— Посмотрим, что скажет Пони.
Пони, услышав своё имя, подняла голову и посмотрела на них с выражением "я подумаю".
— Она не против, — перевёл Гена. — Она готова к пополнению.
— Гена, нет.
— Ладно, ладно. Шучу.
Они сидели, пили чай и фантазировали о параллельных вселенных. О том, где они не встретились, где Пони не украла бриллианты, где Персик остался с тем дураком, где Муся так и не признала Гену, а Лиза так и не вылезла из-под кровати.
— Страшные миры, — подвела итог Рита. — Я не хочу в них жить.
— И я не хочу. Наш мир — самый лучший.
— Даже с потерянными очками?
— Особенно с потерянными очками. Потому что есть кому их искать.
— Даже с разбросанным кормом?
— Потому что есть кому его рассыпать.
— Даже с кошачьей шерстью везде?
— Шерсть — это блёстки нашей жизни.
Рита засмеялась.
— Гена, ты поэт.
— Я ботаник. Ботаники иногда рифмуют.
— Срифмуй мне что-нибудь.
— Прямо сейчас?
— Прямо сейчас.
Гена задумался. Пони на коленях у Риты навострила уши. Персик замер с куском корма в зубах. Даже Муся приоткрыла один глаз.
— Ну... — начал он. — В нашем доме живут кошки, они грызут мои сапожки. Очки прячут, корм едят, спать ночью не велят.
— Это не рифма, — заметила Рита.
— Это жизнь.
— Жизнь — лучшая рифма.
— Тогда так: любовь наша как кошачий хвост — то поднимется, то вниз, но всегда с нами, всегда близко.
— Красиво.
— Я старался.
Пони одобрительно лизнула Ритину руку. Персик доел корм и запрыгнул на плечо к Гене. Муся зевнула и отвернулась — достаточно поэзии на сегодня. Лиза выглянула из-под стола и робко пискнула.
— Лиза говорит, что тоже хочет рифму, — перевёл Гена.
— Для Лизы: ты наша нежность, наша тишина, без тебя бы жизнь была скучна.
— Хорошо.
— А для Муси?
— Муся — королева, это не рифмуется. Это просто факт.
— А для Пони?
— Пони — ворона, очков лишена. Но мы её любим, она нам нужна.
— Гена, Пони не ворона.
— Пони — воровка. Так лучше?
— Так.
— Пони — воровка, но наша кровь. Без неё не было бы у нас любовь.
— Про любовь — это ты загнул.
— Ничуть. Если бы она не украла бриллианты, ты бы не осталась.
— Логично.
Они чокнулись чашками. Пони, довольная, что про неё сочинили стих, заурчала громче обычного.
— Знаешь, — сказала Рита. — А вот если бы мы были кошками?
— В смысле?
— Ну, перевоплотились бы. Ты был бы котом, я — кошкой.
— И кто бы мы были?
— Ты был бы таким... задумчивым котом. В очках. Которые вечно теряешь.
— Кошки не носят очки.
— В моей фантазии — носят. Ты был бы библиотечным котом. Сидел бы на полке с книгами и смотрел на всех свысока.
— А ты?
— А я была бы дворовой кошкой. Рыжей, хулиганистой. Бегала бы по крышам и воровала сосиски.
— И мы бы встретились?
— Мы бы встретились на заборе. Ты бы читал книгу, а я бы украла у тебя закладку.
— И что дальше?
— А дальше ты бы погнался за мной, упал бы с забора, я бы смеялась, а потом мы бы пошли вместе воровать сосиски.
— Красивая история.
— Это наша история. Только в кошачьем варианте.
— А кошки?
— Какие кошки?
— Ну, наши кошки. Они бы были людьми?
— А вот это страшно представить.
— Представь.
— Пони была бы... Пони была бы моей младшей сестрой. Такой же хулиганистой, вечно влипающей в истории.
— А Муся?
— Муся была бы бабушкой. Строгой, но справедливой. Сидела бы в кресле-качалке и командовала всеми.
— А Лиза?
— Лиза была бы... нашей соседкой. Которая вечно боится выходить из дома, но через щёлочку в двери наблюдает за жизнью.
— А Персик?
— Персик был бы ребёнком. Нашим общим ребёнком. Рыжим, веснушчатым, везде лезущим.
— Красивая семья.
— Это и есть наша семья. Только в другом обличье.
— А Уля?
— Уля была бы прабабушкой. Мудрой, медленной, вечно ползущей к своей цели.
— Идеально.
Они замолчали, представляя этот параллельный мир. Кошки, словно поняв, что речь о них, повылазили из укрытий и уселись рядом.
— Гена, — сказала Рита. — А вот если бы у нас был ребёнок? Настоящий?
— Человеческий?
— Да.
— Я бы хотел дочку. Рыжую, как ты.
— А я бы хотела сына. В очках, как ты.
— У нас был бы идеальный ребёнок.
— С четырьмя кошками и улиткой.
— И с тётей Зиной в няньках.
— И с Пони в старших сёстрах.
— Пони бы его охраняла.
— И воровала бы его очки.
— Когда он вырастет.
— Если он будет в очках.
— Обязательно будет. Генетика.
Они засмеялись. Пони, не понимая, над чем смеются, но чувствуя радость, заурчала громче.
— Знаешь, — сказал Гена. — А вот если бы мы не были такими, какие мы есть?
— Какими?
— Сумасшедшими кошатниками.
— Тогда бы мы были скучными.
— И не встретились бы.
— И не полюбили бы друг друга.
— И не было бы этого всего.
— Страшно.
— Очень.
— Хорошо, что мы — это мы.
— Хорошо, что мы встретились.
— Хорошо, что Пони украла бриллианты.
— Хорошо, что Персик появился.
— Хорошо, что Муся тебя признала.
— Хорошо, что Лиза вылезла.
— Хорошо, что Уля ползёт по листу салата.
— Хорошо, что мы есть.
— Хорошо.
Они обнялись. Кошки, недовольные, что их оттесняют, дружно завозились, но быстро успокоились. Люди любят друг друга — это главное. А они, кошки, — часть этой любви. Самая важная часть.
За окном дождь перестал, и выглянула луна. В её свете комната казалась сказочной. Четыре кошки, двое людей и одна улитка — самая странная, но самая счастливая семья на свете.
— Гена, — прошептала Рита.
— М?
— Спасибо, что ты есть.
— Тебе спасибо.
— За что?
— За то, что ты есть у меня.
— И у кошек.
— И у кошек.
— И у Ули.
— И у Ули.
— И у всех.
— И у всех.
Они заснули в обнимку, под кошачье урчание, и снилась им та самая параллельная вселенная, где они были кошками, а кошки — людьми. И там они тоже были счастливы.
Потому что счастье — оно везде одинаковое. Главное — чтобы любовь была. А она была. И есть. И будет.
Подписывайтесь на дзен-канал Реальная любовь и не забудьте поставить лайк))
А также приглашаю вас в мой телеграмм канал и Канал МАХ