Читать с ПЕРВОЙ ГЛАВЫ
К читателю: Друзья! Если Вам пришлась по душе наша повесть - непоскупитесь на комментарий под статьёй или постом, посвящённому нашему творчеству! Будем рады, как доброму слову, так и критике!
Глава 3
"Чайка"
Прохладный, морозный воздух ударил в лицо, отчего я слегка закашлился. Маша, выйдя за мной следом из убежища, осмотрелась по сторонам и помахала идущим к нам навстречу Лене и Женьке.
— О! — воскликнула Лена. — А я думала, что мы кофейка попьём!
— Нас дядя Петя попросил с одним человеком встретиться. — Приобняв друзей, Маша поправила рюкзак за спиной. — Вы как, с нами?
— Да нет, — поморщилась Лена, — мне через полчаса на работу нужно идти уже.
— А где работаешь? — спросил я Лену, заметив, что она произнесла это как-то неуверенно.
— Я... эээ... — Видимо, не ожидая такого вопроса, замялась она. — Да так, продавчихой.
— Продавщицей? — поправил я, посмотрев на неё с прищуром.
— Да, продавщицей, — явно нервничая, ответила Лена и, хлопнув в ладоши, попыталась сменить тему. — Ну так что..? Кофе..? Нет..?
Маша хотела что-то сказать, но я перебил её:
— Нет, мы спешим, — сказал я и потянул Машу за руку.
— Ладно, — тихо произнесла Лена, глядя на наши удаляющиеся фигуры.
Маша нервно отдёрнула локоть и посмотрела на меня вопросительным взглядом:
— Ты чего?!
— Ничего, — процедил я, оглянувшись на уходящих в другую сторону ребят. — Тебе не кажется, что твоя подруга врёт, что работает где-то?
— А зачем ей врать-то? — возразила она.
— Не знаю, но она точно не работает продавцом, — задумчиво произнёс я.
Маша, осмотрев меня с непониманием, указала рукой в сторону гаражного кооператива:
— Нам туда.
Пройдя несколько боксов, мы остановились у пошарпанных ворот небольшого гаража.
— Ну капец, — сложив на груди руки, Машка уставилась на сугроб, который нарос под воротами.
Я, подойдя, потоптал снег и попинал воротину:
— М-да уж. Там под снегом ещё и лёд, наверное.
— Э, вы чаво тута? — послышался пожилой голос.
Обернувшись, я увидел старичка лет семидесяти в старой телограйке, каких лет пятьдесят уже никто не носит.
— А нука'йсь, ходите от седова! — не унимался старик.
— Да нас дядя Петя послал за машиной, — ответила ему Машка.
Старик, прищурившись, посмотрел на нас хмурым взглядом:
— Петька, чё ли?
Машка кивнула и, улыбнувшись, показала связку ключей.
— Живой что'й-ли то ещё? — крехтя, подошёл он к нам и посмотрел на сугроб. — А сам-то чаво'й он не пришёл-то?
— Так он не ходит же, на каляске передвигается, — ответил я.
Старик снова посмотрел на меня с прищуром и махнул рукой:
— Да знаю я, что он в каляске теперича. Провярял просто.
Я, приподняв бровь, слегка улыбнулся. Старик, потыкав тростью сугроб, крякнул:
— Подём, лапату дам, да горелку. — Он, хромая, пошёл к соседнему гаражу. — Тя звать-то как?
— Димка, — ответил я. — Яров.
— Яров?! — Он повернулся ко мне. — Пашкин сын что'й-ли?
— Угу, — кивнул я.
— Знавал я папку твоего. Мальчишкой помню ещё, — подойдя к воротам, он достал ключи. — А девчушка-то, Машутка что'й-ли?
— Да, Машка, — посмотрев на Машу, кивнул я.
— Ух и крякливая была, в пялёнках-то, — открыв воротину, он прошёл в нутрь, жестом позвав меня. — Пашка ж с Олёнкой тогда-то по соседству жили. Потом уж съехали в центр.
— Отец с мамой раньше жили где-то тут, рядом? — удивился я.
Старик кивнул головой, доставая лопату:
— Тута, за гаражами. А еже-ли память не измяняет, Олёнка тогда в библиотеке работала. — Протянув лопату, он поёрзал шапку на голове. — Куда же-ш я горелку-то закинул...
Взяв лопату, я осмотрелся:
— Да ладно, дед, лопатой разкапаю.
— Ай... Совсем старость мозги-то высушила, — махнул он рукой и, опираясь на трость, пошёл к выходу.
— Лопату-то куда потом поставить? — спросил я у старика, закрывающего ворота.
— Да обопрёш на воротину, вечером занясу, — отмахнулся он и захлопнул ворота. — Петьке скажи, чё-б заходил хоть иногда. А то-ж бабка-то помярла, погутарить-то не с кем.
— Звать-то Вас как? — с улыбкой посмотрел я на старика.
Старик, крехтя, пошёл к выходу из кооператива, бросив напоследок:
— Дед Гоша.
— Спасибо за лопату, дед Гоша! — крикнул я удаляющемуся дедушке, провожая его взглядом.
Маша вопросительно смотрела на меня:
— Дед Гоша?
— Ага, — усмехнулся я, — родителей наших знал. Говорит, ты крикливая была.
— Чего?! — удивлённо усмехнулась она.
— Крикливая, пискливая и писалась как слон, — отшутился я, за что получил снежок по голове.
— Я не писалась! — вскрикнула она и демонстративно надула щёки, но, не удержавшись, засмеялась. — Дурак блин.
— Спасибо за комплимент! — дурачась, ответил я и воткнул лопату в сугроб.
Трудно сказать, сколько ушло времени на раскопку ворот. Добравшись наконец-то до мёрзлой земли, я вздохнул облегчённо:
— Фух-х-х, наконец-то.
Машка отомкнула замок, и мы рывком открыли примёрзшую воротину. Переступив порог, мы встали как вкопанные. Машка, не отводя глаз от стоящего в темноте чуда техники, щёлкнула включателем.
— Ах-ри-неть... — протянул я.
Машка медленно подошла к машине, приложила руку к капоту и, словно боясь сломать, легко провела рукой по гладкой поверхности.
— Я такие только в старых журналах из библиотеки видела, — тихо сказала Машка, продолжая разглядывать автомобиль.
Чёрная, советская «Чайка», слегка покрытая пылью, стояла посреди гаража. Хромированные диски, хоть и не блестели от света ламп, были как новые. Машка аккуратно вставила ключ в дверь, и по гаражу разнёсся яркий щелчок.
— Таких по миру штуки две, наверное, осталось, — подойдя к машине, я протёр рукой фару. — Нам на такой красоте только в мечтах можно кататься.
Машка, уже успевшая сесть на водительское место, медленно повернула ключ зажигания. Стартер послушно провернулся, и чугунное сердце «Чайки» зарычало, на что Машка лишь улыбнулась и посмотрела на меня горящим взглядом:
— Поехали...
Продолжение следует...