Где‑то я читала, что у кого‑то поиск начинается с самого рождения, а у кого‑то и вовсе не начинается до конца жизни. Мой же поиск начался в школе — в начале девяностых, и я помню тот год, как запах вываренного на печи варенья и треск старого радиоприёмника в учительской.
Это было сразу после того, что мне тогда казалось первой любовью — и почти столь же мгновенного разочарования. Самое странное: в процессе этого поиска я не всегда понимала, что каждое мелкое событие — и есть часть пути, сама ниточка, из которой плетётся ответ на главный вопрос: «Кто я?»
Тот вопрос однажды вслух задал мальчик, который мне нравился. В нашей школе — как в сотнях других советских школ — была своя забава: анкеты с «тайными» вопросами передавались из рук в руки. Это было маленькое поле брани для слухов и шуток.
И я имела смелость, но по его пониманию наглость, в школьной анкете указать его инициалы в графе “кто мне нравится”.
В наглой и безумно грубой форме, он при всех накричал на меня на школьном вечере, как я посмела даже в сторону его посмотреть. “Кто ты какая?!! ”, кричал он на меня, “Кто ты такая?!! ”
Сжавшись в себя от страха и разочарования, я не могла выдавить ни слов, ни слез.
После этой ситуации, я закрылась от всех, у меня в голове постоянно стучал вопрос: “кто ты такая?” и пульсировал ответ:“никто, никто, никто, никто! ”
Эта личная драма совпала с внешними событиями: перестройка, безработица родителей, безденежье, луковый суп, луковые котлеты и т.п. Все это ещё сильнее топило меня в осознании собственной никчемности.
За несколько месяцев я скатилась с круглой отличницы в троечницу с двойками и приглашением родителей в школу. Я прогуливала занятия в школе, потому что не видела смысла, зачем стараться. Я понимала, я никто.
Этот вопрос “кто ты такая?” красной нитью тянется уже почти тридцать лет. Мне повезло, что в моей жизни встретился человек, который прямо и так запоминающе задал вопрос, который многие себе и всю жизнь не способны задать.
Но в моей жизни были и другие люди — те, кто, не спрашивая, помогал держать путь. И один случай особенно отложился в памяти.
В один из дней, прогуливая занятия, мы зашли в общежитие к родственнице моей школьной подруги. Теснота, беднота, грязь в комнате размером три на четыре, в которой живут трое взрослых, один школьник и грудничок, маме которого едва исполнилось восемнадцать. В то самое мгновение я представила, что если я продолжу так себя вести, то мой ответ на вопрос “Кто я” - это нищенка и оборванка в этой общаге. Останусь в этой деревне и мой путь - прозябать без образования и возможностей. Очень хорошо помню, что в голове возник чёткий и громкий ответ: “Я ни никто! Я отличница! Я очень люблю учиться! Я добрый и целеустремлённый человек! И только от меня зависит, что будет со мной”.
Мотивация сработала, когда я ещё и слова такого не знала. До конца того учебного года я выровняла оценки до хорошистки. И два последующих года в школе я посвятила активной учёбе с твердым намерением навсегда уехать из деревни. Учебники читались днями и ночами, еще два лета я полноценно помогала родителям в поле.
Кто‑то тогда слушал по вечерам зарубежное радио, кто‑то вертел кассеты с поп‑песнями конца 90‑х, в ларьках продавали "турбо", дешёвые кексы и набирающую популярность быструю лапшу, как маленькие дары на пути к большой цели.
Теперь, оглядываясь, я понимаю: поиск тот не начался вдруг — он длился в тихих дворовых разговорах, в ночных тетрадях и в луковом супе. И главное: иногда достаточно, чтобы один вопрос прозвучал прямо — и он начнёт встряхивать тебя до самой сути.
Роман-откровение "Моя лучшая история"
