В условиях жесткого дефицита и железного занавеса выезд за границу для советского человека был не только спортивной миссией, но и редким шансом поправить финансовое положение. Футболисты сборной СССР и ведущих клубов, будучи элитой общества, не были исключением. Пока западная пресса восхищалась их техникой на поле, в раздевалках и гостиничных номерах шла скрытая от глаз болельщиков «коммерческая деятельность».
Икорная дипломатия: Главная валюта советского спорта
Черная икра была абсолютным хитом советского «экспорта». В Европе баночка деликатеса стоила в десятки раз дороже, чем в закрытых спецраспределителях СССР. Игроки закупали икру килограммами, фасуя ее в жестяные банки по 113 и 250 граммов.
Основным рынком сбыта были официанты в отелях, администраторы стадионов и даже русские эмигранты. Известен случай, когда перед финалом Кубка Европы 1960 года или турне по Южной Америке игроки умудрялись проносить в самолет целые чемоданы, набитые консервами. Вырученные доллары, марки или франки тратились на то, чего нельзя было купить в ГУМе: электронику, одежду из денима и модную обувь.
Водка в обмен на джинсы: Бартерный механизм
Советская водка — «Столичная» или «Московская» — была вторым по популярности товаром. Она была ликвидной в любой стране мира. Часто бутылки прятали в баулах с формой, обматывая их гетрами и тренировочными костюмами, чтобы избежать звона при досмотре.
В некоторых странах, например в Италии или Франции, существовал налаженный бартер. Бутылка водки могла «превратиться» в две пары джинсов Levi’s или Wrangler. По возвращении в Москву эти джинсы перепродавались фарцовщикам по цене 150–200 рублей за пару, что составляло почти месячную зарплату квалифицированного рабочего.
Таможенные тайны и «зеленый коридор»
Несмотря на статус звезд, футболистов проверяли. Однако существовало негласное правило: если команда выигрывала, таможенники в Шереметьево могли закрыть глаза на лишний магнитофон или видеоплеер в багаже. Но если следовало поражение, досмотр проводился с особым пристрастием.
Самый громкий скандал, вошедший в историю, произошел в 1970-х, когда при досмотре багажа у игроков одной из ведущих команд обнаружили незадекларированные ценности и валюту. Это приводило к лишению званий «Мастер спорта» и временному запрету на выезд за рубеж. Знаменитый футболист Александр Бубнов в своих мемуарах открыто описывал, как игроки высшей лиги превращались в челноков, рассчитывая, сколько пар сапог они смогут привезти женам после выездного матча.
Магнитофонная лихорадка: Обратный импорт
Целью всех этих махинаций была техника. В 80-е годы пределом мечтаний советского футболиста был двухкассетный магнитофон Sharp или видеомагнитофон. Стоимость такого аппарата на черном рынке в СССР достигала 3–5 тысяч рублей — цена половины кооперативной квартиры или подержанных «Жигулей».
Игроки киевского «Динамо» и московского «Спартака» после успешных европейских турне возвращались домой, обвешанные коробками. Чтобы провезти больше, технику вынимали из упаковок, выдавая за личные вещи, бывшие в употреблении. Часто в аэропорту футболистов встречали «заказчики» прямо у трапа, чтобы техника не попала на глаза случайным свидетелям.
Продажа фотоаппаратов «Зенит» и часов «Ракета»
Помимо продуктов питания, в Европу везли советскую оптику и механику. Фотоаппараты «Зенит» и часы «Ракета» или «Полет» высоко ценились за свою надежность и низкую себестоимость в рублях. В комиссионных магазинах Западной Германии или Голландии за советскую зеркалку можно было выручить сумму, достаточную для покупки нескольких модных курток.
Эта «барыжная» деятельность была вынужденной мерой. Официальные суточные советского спортсмена за границей составляли смехотворные суммы — около 20–30 долларов на всю поездку. Без «икорного бизнеса» лучшие атлеты империи чувствовали бы себя нищими на фоне своих западных коллег, поэтому система закрывала глаза на этот подпольный рынок, пока он не принимал промышленных масштабов.
Чтобы не пропускать острые темы и эксклюзивы, подписывайтесь на наши ресурсы