Доклад
Сегодня понедельник - день доклада командующему группой миротворческих сил. Мне вспомнилось, как Григорий Ильич впервые докладывал в Сухуми из Кодорского ущелья, где по решению генерал-лейтенанта дислоцировался штаб нашей оперативной группы. Папа (так мы называли командира между собой) был уверен, что этот доклад - всего лишь дань распорядку и не будет отличаться от доклада командующему войсками округа, поэтому выпроводил нас во двор, чтобы подчеркнуть дистанцию. На деле оказалось, что командующий группы склонен к конкретике, не терпит формализма и пустословия, поэтому тот первый доклад вышел нашему начальнику боком. Проще говоря, генерал обругал последними словами Григория Ильича за некомпетентность, слабое знание обстановки и посоветовал впредь относиться к еженедельному мероприятию с должной ответственностью. Урок не прошёл даром. С тех пор командир взял за правило по субботам требовать от начальников служб справки, по воскресеньям изучал их, а по понедельникам, минут за пятнадцать «до», репетировал доклад в моём присутствии. Меня Григорий Ильич не стеснялся, поскольку по факту на Урале он был командиром дивизии, а я, соответственно, начальником оперативного отделения штаба. Папа строго придерживался правилу и не изменил ему, когда наша группа переместилась из ущелья в Зугдиди.
Сегодня был «особый» понедельник. Дело в том, что полковник в воскресенье за полночь вернулся из двухнедельного отпуска, а накануне в одном из наших подшефных батальонов произошло чепэ на почве неуставных взаимоотношений.
- Знал бы, задержался ещё на пару дней. – Угрюмо пробурчал Григорий Ильич. – Слушай, а может не докладывать? А то начнёт сейчас лекции по партполитработе читать. Ты когда отправил материалы расследования в Сухуми?
- С утра в субботу.
- Ну вот! – По-ребячьи обрадовался папа. – Генерал наверняка в курсе. Зачем лишний раз по больному? Как считаешь, прокатит?
- Не прокатит. – Возразил я. – И нельзя, чтобы прокатило. Командующий от вас должен знать, что конфликт возник на национальной почве.
— Это ещё почему?
Признаться, я не понял сути вопроса, поэтому ответил так, как посчитал нужным:
- Основной контингент в ингурском батальоне - армяне. Их большинство. Поэтому качают права, а попросту издеваются над сослуживцами. Славяне терпели, терпели … терпеливые они, славяне. А потом не выдержали и набили морды армянским вожакам. Всем сразу, чтоб впредь неповадно было. Вот такие дела, Григорий Ильич.
- Правильно сделали. Одна беда, что мне говорить, если генерал потребует предложения? Сам понимаешь, нацвопрос - тема крайне опасная. Лучше не рыпаться.
- Почему? – Усмехнулся я. – Всё не так сложно, как кажется. Предложите командующему поднять вопрос перед генштабом. Пусть там думают, чем миротворческие силы комплектовать. Как-никак Россию представляем. При чём здесь армяне?
- Тебе легко говорить, - начал было полковник, и в этот момент зазвонил аппарат космической связи.
- С Богом! – Демонстративно перекрестился папа и поднял трубку.
- К докладу готов. – Чётким голосом произнёс полковник, намереваясь приступить к докладу, однако генерал остановил его коротким вопросом:
- На месте?
- Так точно, товарищ командующий.
- Ты, Григорий Ильич, помнишь мой приказ о невмешательстве во внутренние дела суверенной Грузии? Отвечай: да или нет?
Полковник коротко взглянул на меня, дескать, что за приказ, но ответил уверенным голосом:
- Не только помню, товарищ командующий, но и выполняю согласно уставу. Беспрекословно, точно и в срок.
- Беспрекословно? – Вскипел генерал. - Тогда объясни, какого рожна твой хитровыделанный начальник штаба в твоё отсутствие даёт служебный уазик гражданам Грузии для выезда из страны? Или ты в курсе? Может, ты с ним заодно? Договорились: ты как бы в отпуске, а он деньги зарабатывает? Где он? Рядом сидит? Ну-ка передай ему трубку.
Я не был готов к разговору с командующим, но делать было нечего:
- У аппарата…
Пауза немного затянулась. Наконец сквозь бульканье раздался голос генерала. Странно, но со мной он был относительно сдержан:
- Я жду объяснений, подполковник. Мне только что звонил мэр Зугдиди и сообщил, что вы, именно вы, подполковник, вмешиваетесь во внутренние дела государства и тем самым нагнетаете и без того сложную обстановку в городе.
- Товарищ командующий, во время отпуска начальника опергруппы, ко мне обратилась русская семья, проживающая в Зугдидском районе. Они жаловались на гонения со стороны местного населения и вполне обоснованно опасались за жизни своих детей…
- Ты, что несёшь, подполковник? – Снова вскипел генерал. – Какие-такие «гонения»?
- В прошлый понедельник я лично докладывал вам ситуацию с русскоязычным населением…
- Хватит болтать! – Оборвал командующий. – Фактура есть или сплетни на рынке собираешь?
- Если по существу, то конкретно эту семью просто выгнали из квартиры. Забрали всё, даже старенький «Запорожец». Они в подвале жили. Да что там «Запорожец»? Русским даже хлеб не продают в магазине. Что хотите делайте, но я не мог поступить по-другому. И ещё, товарищ командующий. Денег я с них не брал. Я не хапуга, а офицер российской армии. Наоборот, сколько у меня было, столько им и отдал. На первое время должно хватить.
- Не брал, говоришь? – Заметно приубавил тон генерал. - Ладно, будем считать, что убедил. Пока убедил. И сколько таких семей ты вывез? Только не вздумай изворачиваться.
- Три, товарищ командующий. Три русских семьи. Стоимость топлива и перерасход моторесурса можно удержать из моего оклада.
- Разберёмся, не переживай. Нужно будет - за всё заплатишь. Ты должен понимать, что у нашей миссии другие задачи. И мы, слава Богу, выполняем их добросовестно и с честью. Я категорически запрещаю любые контакты с населением без согласования с местной властью. Вне зависимости от национальной принадлежности. Есть порядок, определённый законами этой страны. Граждане, желающие выехать, должны обращаться в соответствующие органы. Мы здесь находимся для решения задач глобального масштаба. Частности - не наше дело. Чтобы я больше ничего подобного не слышал ни от мэра Зугдиди, ни от Шеварднадзе. Ты понял меня, подполковник?
Аппарат умолк. Я вопросительно посмотрел на Григория Ильича.
- Почему мне ничего не сказал? – Без упрёка поинтересовался папа.
- Подставлять не хотел. - Пожал я плечами.
- Ну-ну. – Хмыкнул тот. - Что, неужели свои деньги давал?
- Свои, Григорий Ильич. Других у меня не водится.
- Ну и дурак! Приедут в Россию, слова доброго не скажут.
- Переживу. Деньги не главное. Главное, чтобы совесть не мучила. А за бензин я рассчитаюсь.
- Не зря мне мужики говорили, что в Афгане тебя на всю голову контузило. Иди уже. Праведник блаженный…
Сборник рассказов «Дневник миротворца» Николая Шамрина опубликован на портале «Литрес.ру» https://www.litres.ru/