Давайте без дураков: я не профессор и даже не учитель истории. Просто накопал в интернете то, что показалось интересным. Мог ошибиться в датах или фактах — такое бывает. Если вы знаете больше или заметили лажу — напишите, я всё поправлю и скажу спасибо. Я не пишу диссертацию, а это лишь моë рассуждение.
Когда мы слышим словосочетание «крестовый поход», перед глазами сразу встают картинки из фильмов: замки, закованные в латы рыцари, штурм Иерусалима, Ричард Львиное Сердце и султан Саладин. Мы привыкли думать, что всё это происходило где‑то далеко на Ближнем Востоке и никакого отношения к нашей стране не имело. Но это большое заблуждение. Я сам долгое время считал, что крестовые походы обошли Россию стороной, пока случайно не наткнулся на несколько исторических работ, посвящённых так называемым Северным крестовым походам. Оказалось, что католическая Европа воевала с крестом на знамёнах не только за Гроб Господень: был ещё один фронт, и он проходил прямо у западных границ Древней Руси.
Враги веры.
Римские папы объявили священную войну язычникам Прибалтики. Тевтонский и Ливонский ордены получали благословение на захват земель, насильственное крещение местного населения и строительство каменных замков. Но очень быстро выяснилось, что меч крестоносцев направлен не только против диких племён эстов и ливов: главным препятствием на их пути оказались русские княжества — православные. А для католической церкви того времени православные были схизматиками, то есть еретиками и раскольниками. Папские буллы разрешали отнимать у них земли, не считая это грехом. Фактически русские приравнивались к врагам веры, и в середине XIII века этот удар состоялся — причём с двух сторон одновременно. Пока монгольская конница Батыя жгла и грабила русские города на востоке, с северо‑запада двигались профессиональные армии крестоносцев. Шведы высадились на берегах Невы, и в их лагере находились не только воины, но и католические епископы с крестами. Это был не обычный грабительский набег, а полноценный крестовый поход с отпущением грехов, с молитвами перед боем и с обещанием рая каждому погибшему рыцарю. Одновременно немецкие рыцари Ливонского ордена захватили Псков и Изборск. Их план выглядел продуманным и циничным: отрезать Новгород от морских путей, лишить его торговли, заставить всех жителей перейти в католичество и подчиниться папе римскому. Русь, обескровленная монгольским нашествием, казалась лёгкой добычей.
Александр Невский.
Но тут на сцене появляется фигура, которую каждый из нас знает по школьным учебникам и фильму Эйзенштейна — князь Александр Ярославич. Ему было всего двадцать лет, когда он в 1240 году с небольшой дружиной внезапно атаковал шведский лагерь на Неве. Разгром был полным: шведы бежали, потеряв нескольких военачальников. Именно за эту победу над крестоносцами князь получил своё знаменитое прозвище Невский. А через два года, 5 апреля 1242 года, случилось главное событие — Ледовое побоище. Немецкие рыцари‑крестоносцы построились классическим клином, который на Руси называли «свиньёй». Тяжёлая конница в латах врезалась в русское войско, но была зажата с флангов, и лёд на Чудском озере не выдержал тяжести закованных в железо тевтонцев. Многие рыцари ушли под воду, а те, кто выжил, попали в плен. Поход на Русь был остановлен навсегда.
Победа и спорный эпизод.
Я специально перечитал несколько источников по этому периоду, и знаете, что меня поразило? Александр Невский воевал не просто с захватчиками — он воевал с армией, которую благословил лично Папа Римский. То есть это была прямая победа над крестовым походом, в чистом виде. И эта победа закрыла Западу дорогу на Восток на сотни лет: русские земли не стали католическими, Новгород и Псков сохранили православие, а Александр Невский был причислен к лику святых именно как защитник веры. Но есть в этой истории один любопытный и спорный эпизод: был ли у самих русских свой крестовый поход? Историки до сих пор спорят об этом. В 1111 году князь Владимир Мономах организовал большой поход против половцев, и перед битвой русские полки шли с крестами, пели церковные гимны, а летописец прямо сравнил это событие с битвами библейских израильтян. Некоторые исследователи называют это «русским крестовым походом», но мне кажется, это преувеличение. Скорее всего, князь использовал религиозную символику для поднятия духа войска: половцы были язычниками, и поход против них можно было представить как борьбу за веру. Однако системного явления, похожего на европейские крестовые походы, на Руси не возникло — у нас не было папских булл, индульгенций и обещания рая за каждый убитый неверный.
И пусть сегодня никто не идёт в бой с крестом на щите, но иногда так и хочется спросить: изменилось ли что-то, кроме оружия и вывесок?