Елена Исинбаева — это имя, которое на протяжении почти двух десятилетий было синонимом абсолютного триумфа. 28 мировых рекордов, две олимпийские золотые медали, статус майора российской армии и лицо национального спорта. Однако сегодня отношение к «королеве шеста» в России сменилось с обожания на глухое раздражение, а в некоторых случаях — на открытую ненависть. Путь от национальной героини до «отреченной» фигуры оказался коротким и болезненным.
Разбираем факты и события, которые привели к такому финалу.
Спортивное величие и статус «небожителя»
Чтобы понять глубину нынешнего конфликта, нужно вспомнить, кем была Исинбаева для России. В 2000-е и начале 2010-х она была не просто легкоатлеткой, а символом превосходства. Каждое её выступление превращалось в шоу: она по сантиметру прибавляла к мировому рекорду, работая на коммерческие бонусы и имидж страны.
Ей прощали всё: жизнь в Монако, некоторую отстраненность и даже резкие высказывания. В 2013 году на чемпионате мира в Москве она раскритиковала иностранных спортсменов за поддержку ЛГБТ-сообщества, защищая российские законы. Тогда она была «своей», патриоткой и защитницей традиционных ценностей. Её карьера в ЦСКА и звание майора только укрепляли этот образ «человека системы».
Политическая активность и «Конституция»
Переломный момент в восприятии Исинбаевой начался не со спорта, а с её политических амбиций. После завершения карьеры Елена вошла в состав рабочей группы по подготовке поправок в Конституцию РФ в 2020 году. Её фраза о том, что она «прочитала Конституцию и поняла, какая это важная книга», стала мемом.
Общество, которое раньше видело в ней недосягаемую чемпионку, вдруг увидело функционера, который, по мнению многих, плохо разбирается в вопросе, но активно участвует в принятии государственных решений. Этот момент заложил первый кирпич в стену отчуждения: Исинбаеву начали воспринимать как часть чиновничьего аппарата, оторванного от реальности.
Отъезд в Испанию и статус «номинального» майора
Настоящий взрыв негодования произошел летом 2023 года. После начала масштабных геополитических изменений многие ждали от Исинбаевой четкой позиции, учитывая её погоны и статус в ЦСКА. Вместо этого Елена обнаружилась на Тенерифе (Испания).
Когда испанские СМИ начали задавать вопросы о её связях с российским оборонным ведомством, Исинбаева опубликовала пост в социальных сетях на двух языках. В нём она заявила, что является «человеком мира», а её воинские звания, полученные в период выступлений за ЦСКА, носят лишь «номинальный характер».
Эти слова стали точкой невозврата. Для российской аудитории фраза про «номинального майора» прозвучала как предательство. В глазах патриотически настроенной общественности это выглядело так: Елена пользовалась всеми благами, гонорарами и статусом, которые давала ей страна и армия, но как только это стало мешать её жизни в Европе и работе в МОК, она «открестилась» от своего прошлого.
Реакция власти и народа: Переименование стадиона
Реакция последовала незамедлительно. Глава Дагестана Сергей Меликов инициировал возвращение стадиону в Махачкале, названному в честь Исинбаевой, его исторического имени — «Труд». Имя спортсменки начали вычеркивать из топонимики и почетных списков.
В медиапространстве началась волна критики от бывших коллег по цеху. Известные комментаторы и тренеры обвинили её в отсутствии принципов. В то же время Международный олимпийский комитет (МОК) подтвердил, что Исинбаева может продолжать работу в комиссии атлетов, так как она не имеет прямого отношения к российской армии — фактически МОК принял её версию о «номинальности».
Конфликт идентичностей
Сегодня Елена Исинбаева живет в Испании, сохраняет свой пост в МОК и дистанцируется от российских политических процессов. Для западного мира она — легитимный спортивный чиновник с великим прошлым. Для России — человек, который выбрал комфорт в Европе, обесценив свои связи с родиной.
Проблема «ненависти» к Исинбаевой кроется в когнитивном диссонансе. Россияне привыкли считать спорт — полем битвы за национальный престиж, а спортсменов — «солдатами» этого фронта. Исинбаева же продемонстрировала чисто западный, индивидуалистический подход: спорт как личный успех и карьера, которая не накладывает пожизненных обязательств перед государственной системой.
Этот разрыв между «коллективным долгом» и «личным выбором» и стал причиной того, что 28 мировых рекордов оказались забыты, а на первый план вышла обида за слова, сказанные ради сохранения места в мировом спортивном истеблишменте. История Исинбаевой — это кейс о том, как трудно быть «королевой» в двух мирах одновременно, когда эти миры находятся в состоянии жесткого конфликта.
Чтобы не пропускать острые темы и эксклюзивы, подписывайтесь на наши ресурсы