А давайте я сегодня побуду в амплуа душнилы, а? Ну правда, душа просит скандала и маленькой такой войны со всем человечеством. Хочется накинуть вам *овна на вентилятор, раздуть щеки и прокричать: «А ну стоять, невоспитанные!» В общем, преамбула.
Шла я тут на днях с работы. Не в час пик, не по разбитой дороге, а через небольшой парк. У нас сейчас та самая весна, когда уже тепло, но еще нет пекла. В парке — благодать: дети орут на площадке, бабульки сидят на лавочках и перемывают кости всем подряд, подростки на самокатах выделывают такие пируэты, что страшно за целостность их костей. Все кругом наслаждаются весенними денечками, праздно проводят время и, судя по лицам, кайфуют.
Этот парк, кстати, недавно прошел по программе реновации. Его привели в порядок, облагородили, умыли, причесали. Сделали таким чистым и приятным что любо-дорого. Скамейки новые, урны пластиковые через каждые 20 метров. Красота.
Иду я, значит, домой, вдыхаю запах свежей листвы, наслаждаюсь моментом. И тут с прилегающей аллеи выруливает стайка студентов. Подчеркиваю, не подростков с прыщами и писклявыми голосами. Взрослых таких лбов. Лет по 19–20. Усатые, бородатые, патлатые, высоченные.
Они хохочут так, что у бабулек сердечко заходилось. Едят чипсы, мороженое, в руках у каждого — стаканчики с кофе (я сильно подозреваю, что с коньяком, потому что слишком уж веселые для пяти вечера). И практически каждый, по ходу своего величественного шествия, бросает обертку от этих чипсов просто на дорожку. Ну как на дорожку? С легким щелчком, с грацией фокусника.
Ей-богу, у меня крышечка засвистела сразу. Даже не засвистела — она отлетела в космос вместе с терпением.
Я их окликнула. Голосом, которым обычно останавливают поезда или прогоняют бродячих собак: «Молодые люди, а ну-ка вернулись!» Попросила за собой мусор поднять. Говорю: «Ребята, урна, блин, в трех метрах от вас. Вы что, слепые? Или вам мама дома не объяснила, куда фантики кидать?»
Стою, вся такая красная от праведного гнева. В голове уже прокручиваю сценарий, как сейчас начнется классика жанра: «Чего тебе, тётка, надо? Иди куда шла!» Я уже приготовила ответную тираду про совесть, про молодёжь и про то, что это неприлично.
Но нет.
Они повернулись. Молча. С такими благолепными, улыбающимися лицами — знаете, как у сектантов или у людей, которые только что познали дзен. Вернулись. Наклонились. Подняли свои бумажки. Отнесли до урны. Развернулись — и продолжили прогулку.
Я стою с открытым ртом. В парке тишина. Только бабульки с одобрением кивают.
Что, блин, это было?!
Я ждала скандала. Я жаждала крови. Я готова была принимать удар. А они просто... послушались? Это не было их протестом. Они не делали это «вопреки обществу» с гордо поднятой головой. Не было в их глазах ни ненависти, ни унижения. Просто: «А, тетка рыкнула. Ну ладно, поднимем, нам не сложно. Пойдем дальше ржать над тиктоком». Абсолютное –полное равнодушие.
Тут у меня вопрос на миллион: им вообще кто-нибудь закладывает нормы поведения в общественных местах? Им бывает стыдно? Им бывает неудобно перед собой, перед друзьями, перед тем же самым обществом?
Они ведь не сделали это со зла. Они сделали это потому, что им все равно. Им лень было делать лишние три шага до урны. А когда появилась внешняя сила в виде злой тётки — сделали. Без напряжения. Без осознания вины.
И вот это «без осознания» меня пугает больше, чем если бы они послали меня на три буквы.
Мои дети, единожды получив по шее в детском возрасте за брошенную на улице обертку, урок усвоили сразу. Причем «по шее» — это метафора. Хотя нет, не совсем метафора. Сын в 7 лет кинул фантик от чупа-чупса мимо урны, сделал вид, что так и надо. Я его вернула. Сказала: «Подними. Тебе не стыдно?» Он сказал: «Нет». Тогда я сказала: «А сейчас будет стыдно, потому что я сейчас при всех скажу, что ты — поросенок». Он покраснел, поднял, больше никогда не мусорил.
Младший у меня лет в 7 попыталась включить видео на телефоне в поезде в плацкартном вагоне без наушников. Я забрала телефон. Сказала: «Хочешь слушать — одень наушники». Кругом люди, кто-то старенький, кто-то спит, где-то едет маленький ребенок и он может проснуться.
И я талдычу и продолжаю это делать сейчас. Что взрослый воспитанный человек не может позволить себе вызывающе себя вести в общественном транспорте. Не должен позволять себе громко слушать музыку в наушниках (простите, но динамик ваших «воздухов» слышно за три квартала, это не «тихо»). Или смотреть видео БЕЗ наушников в том же автобусе или трамвае.
Я считаю, что грызть семечки на улице и плевать шелуху под ноги — это западло. Что орать, прыгать, ругаться матом в парках, где гуляют дети — это моветон. Простите за мой французский, но других слов нет.
Кстати, я пару часов потратила, чтобы донести до своих детей смысл слова «западло». Потому что современные дети этого слова не знают. Для них «западло» — это когда друг не скинул денег на дошик. А не когда ты ведешь себя как последнее чмо на людях.
В общем, чую я, не так я своих пацанов воспитываю. Ой, не так. Не по-модной нынче системе детской вседозволенности. Не по системе «ребенок всегда прав» и «не травмируйте психику запретами».
Я смотрю на этих студентов с их улыбочками и понимаю: это же не дети. Это просто личинки человека. Куколки, из которых когда-нибудь, возможно, вылупятся взрослые. Но пока у них нет панциря совести. Нет внутреннего стержня, который говорит: «Сделай правильно, потому что так надо, а не потому что тетка рыкнула». А самое страшное что они могут успеть расплодиться так этот панцирь и не нарастив.
И мне страшно. Не за них — им и так хорошо. Мне страшно за моих детей.
Моим же еще жениться! А если они мне приведут в дом таких личинок? Таких милых улыбчивых девочек, которые обертку на пол бросят и улыбнутся? Которые громко чавкают в гостях, потому что «мама не запрещала»?
Я ж из них человеков полноценных сделать не успею. Потому что убью к чертовой матери раньше.
Представьте картину: приходит будущая невестка на смотрины. Красивая, стройная, с длинными волосами и ангельской улыбкой. Садится за стол. Ест пирожки. И начинает выковыривать начинку пальцем. А потом еще маникюр свой будет рассматривать за столом со скучающим видом: «Ой, а чего вы такие нервные?» Что я сделаю? Я достану ту же скалку. Потому что воспитание — оно не зависит от пола. Личинка в юбке — это всё еще личинка. И я буду права по всем статьям, даже если потом придется оправдываться перед участковым.
Поэтому, дорогие мои читатели-подписчики-родители. Я сейчас скажу крамольную вещь.
Воспитывайте своих детей.
Да, это больно. Да, они будут вредничать. Да, они будут говорить, что вы тиран и деспот, что у Вани из параллельного класса всё можно, а у них — ничего.
Но когда ваш ребенок в 20 лет не будет мусорить в парке не потому, что боится злую тетку, а потому что ему это не позволит сделать воспитание — вы поймете, что жили не зря.
Прививайте им нормы поведения с пеленок. Объясняйте, что слова «спасибо» и «пожалуйста» — это не просто звуки. Что уступать место в транспорте — это не слабость, а сила. Что держать дверь перед девушкой или перед старушкой — это база. Что громко гадить в общественном туалете и комментировать процесс — это не смешно, это клиника.
Я сейчас как та бабка у подъезда, которая машет клюкой. Я это понимаю. Но правда на моей стороне.
Потому что если каждый из нас будет делать вид, что «не его дело», что «дети вырастут — сами поймут», то лет через 10 мы будем жить в мире, на предместья Парижа или ЛондОна, с кучей мусора и вони. Потому что «никто же не запретил».
Не будьте такими. Давайте сегодня все побудем душнилами. Один раз. Сделаем замечание тому, кто кинул фантик мимо урны. Попросим подростка убрать наушник в трамвае.
Может, тогда до них дойдет. Не сразу. Но хотя бы личинки начнут превращаться в людей. А не в то, что бродило по тому парку с чипсами и коньячным кофе.
Иначе я не ручаюсь за себя на свадьбах своих детей. Серьезно. Скалкой буду отбивать своих пацанов или того хуже- завоспитываю невест к чертовой матери.
Ваша воспитанная душнила.