Павел задумался, глядя из окна Михайловского замка на покрытую льдом водную гладь Фонтанки и Мойки, посеребренную только что выпавшим снегом. Совсем скоро на свет появятся два его малыша: Никита и Филарет, если родятся мальчики, и Евдокия и Марфа, если девочки. Пришло время задуматься и обезопасить их будущее, ведь дети эти, как и когда-то Семен, сынишка Софьи Черторыжской, незаконнорожденные, и, к тому же, от разных матерей. Туго им придется без его помощи, если с ним что-то случится.
В последнее время Павла беспокоили смутные предчувствия. В воздухе витало что-то зловещее, неопределенное. Заговор? Или разыгравшаяся в последнее время мнительность, особенно обострившаяся, когда он, Мария Федоровна и их дети переехали в новый неприступный Михайловский замок? Указ о строительстве замка на воде - давней детской мечты - Павел издал почти сразу же после кончины матери и начала своего царствования. Но сейчас, в феврале 1801 года, наслаждаясь прекрасными видами двух рек, монарх чувствовал надвигающуюся беду.
Нахлынувшие воспоминания еще больше разбередили душу. Павлу шел восьмой год, когда летом 1762 года в результате дворцового переворота погиб его отец Петр III, а на престол при помощи гвардейских полков взошла его мать Екатерина II. То есть мать фактически лишила жизни отца. Это событие повлияло на всю последующую жизнь императора. Павел сжал кулаки. Гибель Петра он матери, царствие ей небесное, не простил и никогда не простит. Силою мысли Павел отогнал тяжелые воспоминания и позвал камер-лакея. Пришла пора пригласить на аудиенцию вице-канцлера князя Куракина и решить вопрос с детьми, а после поговорить с Александром и Анной Лопухиной, чтобы они стали крестными родителями малышей, когда те родятся. Железо куется, пока горячо, - эту прописную истину он усвоил еще в детстве.
Тайна рождения последней двенадцатой дочери Павла
Ничего не подозревающая малышка Марфа родилась через три месяца после гибели отца, в июне 1801 года. Второй ребенок, которого Павел хотел назвать Евдокией, если родилась бы девочка, и Никитой, если родился бы мальчик, судя по всему, скончался при рождении, потому что упоминаний о его рождении и жизни в источниках нет.
Страшные события, развернувшиеся в те мартовские дни, коснулись всех Романовых. Сначала в Вене после неудачных родов умерла дочь Павла и Марии Федоровны Александра, которая вышла замуж за эрцгерцога Австрийского, палатина Венгерского Иосифа Антона Иоганна Габсбург-Лотарингского и переехала с ним на его Родину.
Затем, через неделю после смерти Александры, в ночь с 11 на 12 марта по старому стилю, 12 выпивших вооруженных заговорщиков ворвались в Михайловский замок и убили императора, отказавшегося подписать отречение от престола в пользу сына. Роковой удар золотой табакеркой нанес императору Николай Зубов, супруг Суворочки - дочери великого полководца Александра Суворова. Предчувствия не обманули Павла: заговор, зревший за его спиной и искусно подогреваемый графом Петром Паленом и графом Никитой Паниным, наконец нашел трагический эпилог.
К счастью, за три недели до своей кончины Павел позаботился о судьбе своих незаконнорожденных чад, пригласив в замок князя Александра Куракина, и в рескрипте, найденном впоследствии советским историком Натаном Эйдельманом, четко определил их будущее.
"Нижеподписавшийся вице-канцлер кн. Александр Куракин, быв призван 21
февраля 1801 года его императорским величеством, имел честь стоять перед лицом его в Михайловском замке и в почивальне его и удостоился получить изустное объявление, что в скором времени ожидает рождения двух детей своих, которые, если родятся мужеска пола, получат имена старший Никита, а младший Филарет и фамилии Мусиных-Юрьевых, а если родятся женска пола, то … старшая Евдокия, младшая Марфа — с той же фамилией..." - гласила цитата из документа, подписанного князем Куракиным.
В этом же документе было прописано, что наследник престола Александр и фаворитка и последняя любовь Павла Анна Лопухина станут крестными родителями детей. Крещение должно было состояться в храме Архангела Михаила, который находился в Михайловском замке. Однако после рождения Марфы Александр и Анна так и не стали крестными родителями и восприемниками от купели. Также дети должны были получить дворянство, гербы, имения и по 1000 душ крепостных на каждого.
Фамилия Мусина-Юрьева девочке была дана не случайно, она отсылала к предкам Романовых Захарьевым-Юрьевым, не говоря уже о том, что фамилия матери девочки тоже была Юрьева.
Мавра Исидоровна Юрьева - так звали женщину, камер-фрау императрицы Марии Федоровны, которая родила императору Павлу I последнего 12 ребенка и была спешно выдана замуж за дворянина Алексея Вакара, чтобы избежать кривотолков. Вдовствующая императрица Мария Федоровна решила стать попечительницей и воспитательницей малышки Марфы Павловны, заменить ей мать и забрать ее в Павловск.
Как случилось так, что имея фаворитку и жену, Павел стал отцом ребенка от другой женщины
После рождения десяти детей, четырех сыновей и шести дочерей, врачи запретили Марии Федоровне Романовой иметь супружеские отношения с Павлом, так как ее подорванное здоровье не выдержало бы новых родов. К тому времени Павел, никогда не хранивший верность супруге, уже встречался со своей новой возлюбленной Анной Лопухиной, которую любил и боготворил. Ради нее он готов был на многое, однако, несмотря на это, в последний год до своей смерти у него были еще три негласные фаворитки: одна - Мавра, вторая - неизвестная прачка из Придворного прачечного двора, третья - французская певица мадам Шевалье. Этим список любовных побед Павла в последний год его жизни не ограничивался, ему также приписывали романы с фрейлинами императрицы. Однако только две женщины, Мавра и прачка, стали матерями детей, о судьбе которых пекся Павел, предчувствуя свою гибель.
Возможно, такое количество фавориток у Павла было связано с тем, что во дворце ходили слухи о платонической любви между императором и Анной Лопухиной, однако доподлинно это было неизвестно.
Судьба маленькой Марфы
Рождение Марфы было омрачено трауром по ее отцу и сводной сестре Александре. Девочка была отлучена от матери и взята на воспитание сердобольной вдовствующей императрицей, посчитавшей своим долгом лично позаботиться о внебрачной дочери супруга.
Забота о новорожденной малышке помогла Марии Федоровне справиться с постигшими ее утратами дочери и мужа. Да и боль от потери двухлетней дочки Оленьки, умершей 6 лет назад, тоже давала о себе знать. Своим присутствием Марфа дарила возможность на время забыть о перенесенном горе.
Беззаботное детство девочки проходило в Павловском дворце в Павловске. Она росла на берегу живописной реки Славянки в окружении младших детей Марии Федоровны: Анны, которой на момент ее рождения было шесть лет, пятилетнего Николая и трехлетнего Михаила. Воспитание внебрачного ребенка шло наравне с законными детьми Павла.
Между тем, старший сводный брат Марфы Александр, ставший императором, не забыл обещаний, данных отцу. Хоть он и не стал крестным своей сестренке, но сыновний долг исполнил, обеспечив Марфу всем необходимым для ее безбедного будущего.
Еще до своей коронации в Успенском соборе Московского Кремля, состоявшейся через три месяца после рождения Марфы, Александр подписал два именных указа, по одному из которых его младшая сестра возводилась в дворянское достоинство Российской империи, а по второму становилась владелицей выкупленных у графа Андрея Разумовского деревень в Островском уезде Псковской губернии и хозяйкой 1000 крестьянских душ, а также получала герб с девизом "Сила Божия в немощи совершается".
Попечителями имения при несовершеннолетней девочке стали генерал-прокурор Александр Беклешов и князь Александр Куракин. Выполнив свой сыновний и братский долг, Александр I на время забыл о сводной сестренке, благополучно жившей вместе с его матерью.
Между тем, малютка росла, превращалась в красавицу, была добра сердцем, улыбчива и тянулась к Марии Федоровне, ставшей для нее авторитетом. Научившись ходить, она не отставала от сестры Анны, ходила за ней по пятам и играла с ней в куклы.
Два года спустя отец Анны Лопухиной Петр, ставший при Александре I министром юстиции, явился к императору с докладом, составленным тайным советником Александром Саблуковым, и сообщил ему печальное известие: маленькая 2-летняя Марфа умерла 17 сентября 1803 года по старому стилю. Это случилось через пять дней после смерти 18-летней сестры Александра Елены. Не питавший пламенных чувств к младшей сестренке, так как не принимал участия в ее воспитании, но истово любивший сестру Елену, император, тем не менее, ощутил острый укол совести и пожалел несчастную девочку, плод последней страсти Павла.
Деревни и крестьяне, подаренные Марфе, были возвращены в казну, а доходы и проценты с капитала, накопленные за два года, переданы родной матери девочки.
На момент смерти дочери Мавра Исидоровна была на сносях и несколько месяцев спустя родила мужу Александру Вакару сына. Всего у супругов было 8 детей, не считая Марфы - последней дочери императора, прозванного в народе "бедный, бедный Павел". Но Марфа, не успевшая пожить на свете, была куда беднее отца, согласны?
Как вы думаете, каким образом сложилась бы жизнь маленькой Мафры, если бы она дожила до преклонных лет?