Кулер на весь коридор булькнул, когда я наливала горячую воду. Обычный дешевый бумажный стаканчик, внутри плавает пакетик чая по желтому ценнику. Я плачу ипотеку за крошечную студию в спальном районе. Бюджет у меня расписан до рубля на месяц вперед. В этой мебельной фирме я работаю недавно.
Ко мне подошла Инна, секретарь нашего отдела продаж.
Поставила локти на подоконник. От нее сильно пахло сладким ванильным парфюмом.
— Ань, ты новенькая, поэтому ввожу в курс дела. У генерального, Михаила Борисовича, юбилей в эту пятницу. Мы скидываемся. Берем итальянское массажное кресло из черной экокожи с функциями подогрева. Сто пятьдесят кусков. Скидываются все без исключения. С тебя ровно десять тысяч рублей на мою карту по номеру.
Десять тысяч. Для меня это полторы недели полноценной еды или платеж за коммунальные. Я отпила обжигающий чай.
— У меня нет таких денег на подарки, Инна. Максимум триста рублей, символически, в общую копилку. И всё.
Улыбка сползла с лица секретарши в ту же секунду.
Она нервно цокнула языком, поправила блузку.
— Ань, ты серьезно? У нас статусная компания! Все сдают! Коллектив не поймет, если ты зажмешься на ровном месте. Расчехляй кредитку, бери беспроцентный период! С аванса всё закроешь! Ты же не хочешь тут стать белой вороной? Руководство на таких «экономных» смотрит очень косо, когда списки поздравителей читает.
Но я кредитку не достала.
С этого вторника в офисе начался демонстративный, липкий бойкот. Меня удалили из двух общих болталок в телеграме. Девушки-менеджеры проходили мимо моего стола, громко обсуждая: «Жлобство — это диагноз».
Они все исправно залезли в свои долги. И исправно перевели секретарше по десятке, боясь осуждения и начальственного гнева. В пятницу утром Инна демонстративно шлепнула мне на стол распечатанный список нашего отдела. Там у четырнадцати человек стояли жирные зеленые галочки «Сдано». И только напротив моей фамилии красовался красный крест. Чтобы я поняла свое позорное место в стае.
В два часа дня началось вручение. Нас всех согнали в большой, светлый кабинет Михаила Борисовича.
Прямо по центру стояло оно. Черное массажное кресло, массивное, пахнущее дорогой заводской упаковкой. Генеральный директор довольно осматривал агрегат, потирая руки. Инна стояла в первом ряду. Она светилась, получая его персональные благодарности за организацию такого сложного коллективного процесса.
Я стояла у тумбы с папками позади всех. В двух метрах от меня, на краю стеллажа, Инна оставила свой открытый корпоративный планшет. Тот самый, в котором она сверяла итоговый бюджет мероприятия. Экран не погас. Мой взгляд просто скользнул по цифрам в таблице.
Список сдававших. Рядовые продажники — пятнадцать человек. Ровно по десять тысяч рублей. В сумме сто пятьдесят тысяч. Точная цена подаренного кресла.
А вот ниже, отдельным блоком, шли руководители. Два начальника направлений, коммерческий директор, главный бухгалтер и сама лучезарная секретарша Инна. В их графе «Сдано» не было даже копеек. Там стояли пустые, абсолютно чистые нули.
Они не сбросились. Верхушка и активисты заставили линейный персонал залезть в кредитки под страхом быть уволенными, чтобы оплатить этот подарок боссу на все сто процентов. Лишь бы выслужиться лично. Без единого рубля вложений от себя.
Я протянула руку и молча взяла тяжелый планшет со стеллажа.
Прошла сквозь расступающихся коллег в первый ряд. Михаил Борисович как раз жал Инне руку.
Я подошла к креслу. Положила планшет экраном вверх прямо на его черный кожаный подлокотник.
Генеральный опустил глаза на светящийся график. Он очень медленно, в гробовой тишине, изучил столбец с десятитысячными переводами менеджеров. Затем его взгляд опустился на нулевые пожертвования собственной администрации.
Лицо Инны пошло красными, уродливыми пятнами. Она судорожно втянула шею, сделав шаг назад от директора. Михаил Борисович не сказал ни слова. Он просто сжал зубы и перевел тяжелый, холодный взгляд на попятившуюся секретаршу.
Я развернулась к выходу. Спиной почувствовала, как побледнели пятнадцать рядовых сотрудников в комнате. Дверь кабинета плотно захлопнулась за моей спиной.
Деньги перевели на карты всем менеджерам через бухгалтерию ровно в шесть часов вечера того же дня, списав стоимость кресла с премий руководства. Добровольные сборы в нашей фирме с того дня прекратились навсегда.
🎀Подписывайтесь на канал. Ставьте лайки😊. Делитесь своим мнением в комментариях💕