Когда мы сегодня собираемся за накрытым столом и вспоминаем нашу советскую молодость, в памяти обычно всплывает только хорошее. Мы с придыханием рассказываем про экспортную «Столичную», невероятно мягкую «Пшеничную» или убойную «Сибирскую». Кажется, что в те времена всё делали строго по ГОСТу, спирт был чистейшим, а вода хрустальной.
Но на днях я встретился со своим старым товарищем, бывшим моряком Александром. У него есть уникальное хобби: с конца 70-х годов он собирает водочные этикетки. Причем не скупает чистые образцы на заводах, а бережно отмачивает в теплой воде, аккуратно снимает их с реально выпитых бутылок. Разговорились мы с ним за жизнь, перебрали его коллекцию, и вспомнили ту суровую правду, которую ностальгия обычно стирает из памяти.
Правда в том, что на полках советских гастрономов хватало откровенного пойла. Были марки, которые брали исключительно от безысходности, проклинали их, мучились похмельем, но всё равно пили. Саня тогда метко процитировал Владимира Семеновича Высоцкого: «Если б водку гнать не из опилок, чего б нам было с семи бутылок?». И ведь это была не просто песня, а суровая реальность. Давайте сдернем пелену романтики и вспомним три главные водки, которые в народе считались откровенной сивухой.
«Сучок» за 2.52: Самая демократичная и самая суровая
Если отмотать время немного назад, к истокам массового потребления, то на протяжении многих лет самой доступной, «народной», а порой и единственной водкой для простого работяги был так называемый «Сучок». Стоила она тогда 2 рубля 52 копейки.
Свое народное прозвище эта водка получила из-за того самого мифа, который воспел Высоцкий, якобы гнали ее из древесных опилок (гидролизного спирта). Конечно, хорошая «Московская» за 2р.87коп. или элитная «Столичная» за 3р.07коп. были куда приятнее, но они были по карману далеко не всегда.
Качество этой водки было ужасающим. Она имела отчетливый древесно-химический, пыльный душок. Заходишь в бытовку к слесарям, а там стоит этот характерный сивушный смрад. Пили ее на выдохе, залпом, зажмурив глаза. Считалось, что если ее не закусить хотя бы куском черного хлеба с луком и салом, можно легко прожечь желудок. Похмелье от нее сопровождалось глубокой апатией и трясущимися руками.
«Коленвал» за 3.62: Аромат ацетона и балетные па
Шли годы, цены росли. В 70-е абсолютным хитом стала водка за 3 рубля 62 копейки. На ее бело-зеленой этикетке не было красивого названия, просто слово «Водка». Но буквы в слове прыгали вверх-вниз, напоминая деталь двигателя. Так в народе родился легендарный «Коленвал».
Но Сашя из своих запасов памяти выудил еще одно, менее известное, но гениальное народное прозвище этой водки — «Майя Плисецкая». За что же откровенная сивуха удостоилась имени великой балерины? Всё просто: прыгающие на этикетке буквы ассоциировались с балетными «коленцами» и танцевальными па. Да и после распития этой жидкости у мужиков поначалу возникало то самое неконтролируемое «внутреннее ощущение полета», которое потом стремительно переходило в жесткое пике.
Гнали ее из самого дешевого сырья. Запах был индустриальным, с нотами ацетона. Как говорил мой сосед по гаражу: «Коленвал нельзя было пить теплой. Если не охладил до состояния густого киселя, первый же глоток вызывал спазм». Закрывалась она сургучом, которую если сорвал, пути назад нет, нужно допивать. Утро после «Майи Плисецкой» всегда было тяжелым, с привкусом железной стружки во рту.
«Андроповка» за 4.70: Дешевая инициатива генсека
К началу 80-х цены улетели в космос, классическая «Русская» стоила уже 5.30. И тут, в 1983 году, на прилавки выбрасывают новую водку с зеленой этикеткой по сниженной цене — 4 рубля 70 копеек.
Народ быстро расшифровал аббревиатуру ВОДКА как «Вот Он Добрый Какой Андропов» (или ласково называл ее «Первоклассницей», так как появилась она аккурат к 1 сентября). Но радость от экономии 60 копеек быстро сменилась разочарованием. Поговаривали, что спирт для нее очищали по ускоренному циклу. Пилась вроде легче «Коленвала», но в послевкусии четко прослеживался какой-то странный, сивушно-ацетоновый оттенок.
Мой старший брат как-то с бригадой взял три бутылки «Андроповки» обмыть лодочный мотор. На следующий день мужики не смогли выйти на смену. Состояние было такое, будто их отравили дихлофосом — дикая тахикардия, сушняк и полная слабость. Дешевизна выходила боком, и многие старались переплатить за «Русскую», лишь бы не травиться.
Вывод
Под финал нашей встречи Саша выдал очень точную мысль. Он заметил, что любой крепкий алкоголь изначально придуман для расслабления и душевных бесед. Весь секрет кроется в грамотном подходе. Нужно четко понимать свою дозу, выбирать проверенную компанию и правильное место. Но наша главная беда в том, что русский мужик часто забывает про тормоза, отсюда и вылезают все болячки да жизненные проблемы. Ну и, конечно, само качество казенного спиртного в те годы щедро вносило свою лепту в утренние страдания.
И ведь он абсолютно прав. Всякие «Коленвалы», «Андроповки» и прочие шедевры пищепрома сметали с прилавков не из-за изысканного букета, а от пустых карманов и тотального отсутствия выбора.