Все части повести будут здесь
Вечером, когда они с Санькой попрощались с собакой, Богдана заметила, что Брюс послушно направился к будке и улёгся там. Санька, который от возбуждения не мог заснуть, попросил у неё разрешения лечь с ней и всё спрашивал, не холодно ли там Брюсу и может быть, нужно впустить его в дом. Богдана объяснила ему, что псу не может быть холодно, сейчас лето, а вот зимой они, конечно, будут забирать его хотя бы в сенки. Кроме того, она сказала мальчику, что пёс должен нести службу – охранять их, чтобы больше не было страшно ни ему, ни тёте Марусе.
Часть 30
– Я сейчас разбужу его, ты входи давай!
– Нет, я тут вас подожду. Маринка спит, наверное? Прости, что я вот так вас разбудила, просто мне больше обратиться не к кому. На нас напали.
– О, только не это! В дом забрались, что ли? Все целы? Как Санька?
Не дождавшись ответа на свои многочисленные вопросы, Толик бросился в дом будить Льва. Скоро они вышли втроём – Маринка не пожелала остаться и пошла с ними - вдруг помощь потребуется.
Богдана сбоку смотрела на Льва – она очень и очень давно не видела его. Со слов Алёны, которая была в курсе всех событий, он уезжал куда-то на целый год, а теперь вот вернулся и снова поселился у Толика, потому Богдана, когда бежала к нему, была уверена в том, что и Чака там найдёт.
– Ты ранена? – с беспокойством спросила Маринка.
– Да нет, если ты про кровь. Это не моя. Одного из бандитов я порезала бритвочкой в лицо.
При этих её словах Чак присвистнул удивлённо и сказал:
– Да ты опасная женщина, Богдана! С тобой не забалуешь!
Она в шутку показала ему кулак. Они довольно быстро дошли до дома тёти Маруси. Женщина пришла в себя и уже пыталась хоть как-то убраться в доме. Парни и Марина стали помогать, попутно разговаривая с пострадавшими.
– Лица их вообще не видела? – засыпал её вопросами Лев – а голоса?
– Голоса узнаю – ответила ему Богдана – а лица... я хотела с этого, порезанного, чулок сорвать, а он оттолкнул меня и выбежал. Что делать, ребят? Милицию вызывать?
– Богдана, и вы, тётя Маруся, расскажите всё подробнее, что помните.
Они принялись рассказывать, по ходу вспоминая разные мелочи. Маринка, помогавшая с уборкой, охала, ахала и вздыхала, а когда Богдана рассказала про планируемое насилие, глаза её вообще налились слезами. Ребята, слушая их, переглядывались друг с другом, и когда они закончили рассказ, Толик спросил у друга:
– Что скажешь, Лёва?
– Это точно не местные, залётные. Скорее всего, из города. По погонялам их найти можно. Обращусь я к нашему БатькУ, думаю, поможет. Вообще, таких, как они, много развелось в последнее время.
– Кто такой этот Батёк? – спросила Богдана.
– Тебе это знать не обязательно – усмехнулся Лев, и Богдана поняла, что тот, о ком он говорит – не совсем простой человек – ребята действительно неопытные, и конечно, вряд ли убили бы – они умеют пугать, но под мокруху точно подписываться бы не стали. Эх! Как вы в такое беспокойное время не озаботились собакой? Желательно побольше и погрознее! Вот уж тогда точно никто бы на вашу территорию не прошёл! По крайней мере, незамеченным.
– И собаку убить можно – с сомнением сказал Толик – но вообще, ты прав. У нас Амур сразу лает, если кто-то близко подберётся.
– Да ведь я не думала, ребята, что до такого-то дойдёт! – заплакала тётя Маруся, и Маринка обняла её, успокаивая – когда муж был жив, у него вот там, за вешалкой, ружьецо стояло старенькое, если кого надо было припугнуть – так самый хороший вариант был.
– А что же вы мне не сказали? – удивилась Богдана – они бы если ружьё увидели, сразу бы сбежали, поджав хвосты!
– Да оно где-то вон, в сарае лежит, я и забыла про него, мне ведь ни к чему!
– Лёвка, посмотришь, годится оно на что-нибудь или нет? – спросил Толик.
Тётя Маруся беспрепятственно отдала ребятам ключи, и скоро они принесли в сенки ружьё в старом металлическом чемоданчике вытянутой формы. Там же лежало всё необходимое для чистки оружия и ухода за ним.
– Он охотником у вас был, что ли? – спросил тётю Марусю Чак.
– Ой, да какое там?! Мухи не обидит! Так, иной раз, приосанится, я, мол, на охоту пошёл, а вернётся пустой. В удовольствие было ему по лесу походить просто, а стрелять животных и птиц он не любил.
– Ребят, ну что, мы полы моем? – спросила Маринка – или милицию вызываем?
– Да какая уже милиция? – махнул рукой Лев – вы же изначально всё убирать начали, а для милиции надо было всё на своих местах оставить.
– А мы и не подумали! – всплеснула руками Богдана – в шоке были и действительно уборку начали.
– Попробуем сами разобраться, я к БатькУ обращусь – он такое не любит. И Богдана права – вряд ли они уже сюда придут.
– А ради мести? – спросила Маринка – всё-таки она лицо одному из них покромсала.
– Распустим слух, что их ищет милиция, мол, пострадавшие обратились.
– Они сказали, чтобы мы не обращались - вся милиция под ними ходит.
– Это всё пустой блеф – уверенно сказал Лёва – так чаще всего говорят, когда видят, что перед ними женщины беззащитные, мол, испугаются и не станут обращаться. На самом деле это сосунки какие-то. Я бы на вашем месте поскорее озаботился собакой, а ружьё... Богдана, покажу тебе, как им пользоваться, там всё элементарно, хотя бы припугнуть просто получится.
Богдане казалось, что всё, что сейчас происходит – это просто какой-то плохой боевик. Раньше она думала, что такое только в фильмах бывает, а теперь оказалось, что и в жизни такое тоже может быть.
– Интересно вот только, по чьей наводке эти голубчики пришли – задумчиво сказал Лев – ладно, подумаем, что тут можно сделать.
Уже светало, когда ребята, озаботившись разбитым стеклом на веранде, ушли в сарай искать и вырезать стеклину по размеру окна. Богдана и Маринка остались заканчивать уборку, тётю Марусю они еле уговорили пойти в комнату и лечь поспать. Там спал Санька, но Богдана постелила ему на раскладушке.
– Марина – несмело спросила Богдана – а ты не боишься?
– Чего? – удивилась та.
– Ну, что Лёва у вас живёт? Он же... если я правильно понимаю, с криминалом связан. А если... это вас как-то затронет?
Марина усмехнулась:
– Наоборот нам с ним безопасно. Люди, Богдана, разные бывают, и не всегда те, кто с криминалом связан – отпетые отморозки. Да, Лёва был там... куда лучше не попадать, но он спас от смерти моего мужа, и потому я бесконечно ему благодарна. И для него всегда открыты двери нашего дома. Поверь, он неплохой...
– Да я верю, он же мне помог тогда, когда у меня сумку на улице отобрали...
– Я знаю. Вот видишь, это о многом говорит. Он справедливый человек, он никогда не станет обижать более слабого. А то, что он сидел... Ну... Это досадное недоразумение, испортившее ему жизнь, вот и всё.
Богдана не стала уточнять, каким образом Чак спас жизнь Толика и тем более, за что он попал в тюрьму. Это было бы лишним сейчас, да и не нужно было лезть в это. Она теперь хотела только одного – побыстрее завести собаку и чтобы Чак показал ей, как пользоваться ружьём. Когда стекло вставили в раму наконец, он это и сделал, и Богдана поняла, что всё совсем не сложно.
Утром, когда тётя Маруся, спавшая крайне плохо, поднялась, она попросила у неё разрешения держать ружьё у себя, конечно, спрятав его от Саньки. Одно из окон в их пристрое выходило как раз на калитку, да ещё если и собака залает – Богдана услышит. И если кто-то проберётся снова на их территорию, она сможет среагировать быстрее. Тётя Маруся разрешила, надавав кучу наставлений по поводу того, чтобы спрятать оружие от любопытного Сашки.
Утром Богдана сбегала на работу и попросила отгул, объяснив всю ситуацию Ольге. Та только рада была – часы требовали сокращать, и она кое-как старалась сделать так, чтобы распределять их между всеми поровну.
Вечером прибежала Алёна – по комбинату с помощью Толика и Маринки уже пошёл слух о происшествии, и поскольку у Чака была мысль, что наводка могла быть оттуда – во-первых, сама Богдана работала на комбинате машинистом погрузчика, а во-вторых, тётя Маруся была ветераном производства – она всё узнала и еле-еле доработала до конца дня.
– Господи, слава богу, все живы! – причитала она, обнимая Богдану, Саньку и тётю Марусю – я весь день, как узнала, на иголках проработала! Сразу к вам потом побежала. Позже и девчонки зайдут тебя проведать. Ты молодец, что обратилась к Толику и Лёве. И в милицию что заявила.
– Про милицию – это липа – ответила Богдана – только прошу тебя, никому не говори.
– Хорошо! А зачем? Зачем этот слух-то пустили?
Богдана объяснила подруге, почему это было нужно сделать, и та, зардевшись, сказала:
– Ну, согласись, он гений!
– Кто?
– Чак.
– Ох, Алёна! Уже больше года прошло, а ты всё не успокоишься!
– Да нет, я успокоилась, и даже действительно не хочу за него замуж. И вообще не хочу! Да и детей у меня не будет, толку от меня! Но... соглашусь – он до сих пор мне нравится. Но ему, кажется, на меня вообще наплевать. Когда уехал, даже не попрощался ни с кем. Со мной тоже – она обиженно надула губки и стала похожа на маленькую девочку.
– А вы бы вместе хорошо смотрелись – заметила Богдана – он высокий, сильный, смелый, и ты – маленькая и миниатюрная, как Дюймовочка.
На поиски собаки для Богданы, тёти Маруси и Саньки снова задействовали комбинат – просто кинули клич о том, что нужна собака – умная и уже взрослая, не щенок.
И как-то раз вечером, когда Богдана и тётя Маруся убирались в огороде, в калитку постучали. Она пошла посмотреть, и по сложившейся уже привычке сначала крикнула: «Кто?», а уже потом, услышав голос Лёвы, открыла.
Когда она увидела это чудо, то поняла, что общий язык с собакой они найдут – это был большой пёс, палево-рыжего окраса с чёрными пятнами. Богдана определила, что это помесь овчарки с кем-то ещё – уши собаки торчали на макушке, пасть была открыта, а глаза смотрели с поистине человеческим выражением. Глядя блестящими от радости глазами на Льва, она присела перед псом и сказала:
– Ну, привет! Давай знакомиться. Я – Богдана, а ты?
Она протянула руку, и пёс вдруг положил свою большую лапу в её ладонь.
– Это Брюс – сказал ей Лев – прошу любить и жаловать.
– Тоже в честь какого-нибудь актёра?
– Ага – с улыбкой подтвердил Лёва – но не заморачивайся этим. Кличку лучше не менять – собака уже взрослая и привыкла к своей. Пойдём, познакомим его с Санькой и тётей Марусей.
Пока они шли в огород, Лёва объяснял:
– Богдана, собака очень умная, на цепь его лучше не сажать. Мы с Толиком будку соорудим, чтобы он мог там спать, по ночам он и территорию будет обходить. Не бойся – по грядкам и так далее он носиться не привык, говорю же – пёс умный. Саньке и тёте Марусе ничего плохого он точно не сделает. Пёс привит, но прививки нужно ставить каждый год, раз в год. Он с военной части одной списан, теперь вот... Вам будет службу нести.
– Спасибо тебе, Лёва! – Богдана была в таком восторге от собаки, что даже, приподнявшись, чмокнула парня в щёку.
Появлению Брюса остальные члены семьи очень обрадовались. Санька так вообще был в полном восторге – он тут же стал выспрашивать у Льва, как с ним можно играть, а тётя Маруся тут же принесла из дома косточки, оставшиеся от супового набора, чему пёс очень обрадовался. Тут же было определено место для того, чтобы поставить дом для охранника, а скоро подоспел и Толик. Втроём – он, Лёва и вызвавшийся помогать Санька – принялись мастерить будку для Брюса, а по окончании работ тётя Маруся торжественно постелила в неё старую толстую подстилку, чтобы псу было не холодно спать и выделила миску для еды и воды.
Вечером, когда они с Санькой попрощались с собакой, Богдана заметила, что Брюс послушно направился к будке и улёгся там. Санька, который от возбуждения не мог заснуть, попросил у неё разрешения лечь с ней и всё спрашивал, не холодно ли там Брюсу и может быть, нужно впустить его в дом. Богдана объяснила ему, что псу не может быть холодно, сейчас лето, а вот зимой они, конечно, будут забирать его хотя бы в сенки. Кроме того, она сказала мальчику, что пёс должен нести службу – охранять их, чтобы больше не было страшно ни ему, ни тёте Марусе.
Результатов от Батька, с которым разговаривал Лёва, так и не было, но он говорил, что это пока. Кувалду и Пса искали с помощью «связей», как туманно выразился Лев, и Богдана не задавала лишних вопросов, понимая, что это могут быть за связи.
Ружьё она держала у себя в пристрое, убрав его на антресоль, куда Санька точно не смог бы добраться. Вернее, это была даже не антресоль, а скорее, разобранные досочки от внутренней поверхности потолка. Богдана убрала несколько дощечек, и в отверстие затолкала чемоданчик с ружьём. Ещё у неё появилась мысль обтянуть периметр забора колючей проволокой, но тётя Маруся ворчала, что будет, как в концлагере. Богдана пыталась убедить её, что это только на время, но потом оставила эту идею. Тем более, примерно через три недели после произошедшего случилось кое-что ещё.
Она была вечером дома, когда в ворота несмело стукнули несколько раз. Зарычал Брюс, осторожно приближаясь к калитке, Богдана вышла из пристроя и спросила громко:
– Кто там? – так из её знакомых никто не стучал.
– Выходи, поговорить надо! – услышала она незнакомый голос, показавшийся ей женским или даже подростковым.
Продолжение здесь
Спасибо за то, что Вы рядом со мной и моими героями! Остаюсь всегда Ваша. Муза на Парнасе.
Ссылка на канал в Телеграм:
Присоединяйся к каналу в МАХ по ссылке: https://max.ru/ch_61e4126bcc38204c97282034
Все текстовые (и не только), материалы, являются собственностью владельца канала «Муза на Парнасе. Интересные истории». Копирование и распространение материалов, а также любое их использование без разрешения автора запрещено. Также запрещено и коммерческое использование данных материалов. Авторские права на все произведения подтверждены платформой проза.ру.