Алиса вышла из офиса чуть позже обычного. 25 лет, младший аналитик в IT-компании, ипотека на студию в спальном районе, пара заказов на «Вайлдберриз», ожидающих в пункте выдачи. Она торопилась — хотела успеть в магазин до девяти, пока не закрылся её любимый островок с морепродуктами. В руках — открытая сумка с ноутбуком, телефон зажат между ухом и плечом.
— Да, мам, всё нормально. Купила те самые витамины, отправлю курьером... — она сделала шаг вправо, огибая лужу.
Это произошло стремительно и как-то по-бытовому глупо: пятка ушла в сторону, колено подвернулось, но она успела выставить руки. Удар пришёлся на внешнюю сторону левой голени, чуть выше лодыжки. Ноутбук с глухим стуком шлёпнулся в лужу. Девушка вскрикнула.
— Алиса? Алиса, ты чего? — голос матери стал взволнованным.
— Да всё пучком, мамуль, оступилась. Ноут упал, — вмглазах потемнело и она села на корточки. Нога болела. Не сильно, так — тупая ноющая боль, как когда ударишься о край кровати. Она потёрла место ушиба через колготки. — Просто ушиб, даже крови нет.
Она подняла ноутбук, покрутила. Вроде, цел. Мать что-то говорила про обувь на каблуке не выше 5 см. Алиса встала, отряхнулась. Нога слушалась отлично, никакого вывиха. Только в том самом месте, где она ударилась, вдруг появилось странное ощущение — как будто кто-то налил под кожу каплю ледяного кипятка.
«Нерв защемило», — подумала она и пошла дальше, чуть прихрамывая.
Она успела дойти до магазина. Выбрала лосося, авокадо и рисовые листья для роллов. На кассе девушка-студентка спросила: «Вам пакет нужен?» Алиса кивнула. Рассчиталась, посмотрела на чек.
И тут её качнуло. Сначала просто лёгкое головокружение, как при резком вставании. Потом в груди что-то сжалось — раз, другой. Она подумала на кофеин: три чашки американо за день — это многовато.
«Жарко», — последняя осознанная мысль.
Тромб — размером не больше рисового зёрнышка, тихий пассажир в вене её левой голени — оторвался в тот самый миг, когда нога подвернулась. Удар пришёлся как раз по сосуду. Микроскопический разрыв внутренней оболочки, и вот уже этот сгусток, который спокойно сидел там годами, ничем не выдавая себя, сорвался с места. Поток крови понёс его вверх по бедренной вене, через таз, в нижнюю полую вену, а оттуда — короткий путь в правое предсердие, потом в желудочек, потом в лёгочную артерию.
В лёгочной артерии он застрял.
Тромбоэмболия лёгочной артерии. Сме рть наступает быстро. Сначала — чувство нехватки воздуха, как если бы кто-то наступил на грудную клетку. Потом — паника, потому что мозг понимает: кислород перестаёт поступать, но тело ещё не верит. Потом — глубокий, синий, как вечернее небо, цианоз губ и пальцев. Потом — тишина.
Алиса успела только опереться на стойку с жвачками. Её глаза расширились, она открыла рот, чтобы позвать на помощь, но вырвался только сиплый, пустой звук. Кассирша, та самая студентка, успела закричать. Подбежавший охранник поймал её уже заваливающуюся, без сознания.
Скорая приехала через девять минут. Реанимационные мероприятия не помогли. Врач бригады, мужчина под пятьдесят с уставшим лицом, записал в карте время сме рти.
В её квартире на кухонном столе остался недопитый зелёный чай. В телефоне — мама, которая через час снова позвонит, и когда не дозвонится, сначала подумает, что у дочери села батарея. А в спальне на подушке будет лежать книга, заложенная на 147-й странице, которую Алиса так и не дочитает.
Тромб не выбирает. Он не смотрит на паспорт, на планы на выходные, на непройденный квест в «Сталкере», на незаконченный отчёт, на купленный лосось. Ему всё равно, что ты молода, что ты только начала жить, что у тебя завтра свидание. Ему просто нужно одно неудачное движение.
Околомедицинские истории призывают: берегите себя!