Недавно один комментатор порекомендовал мне (к статье о Моцарте):
«Напишите лучше о его работе на австрийского императора... а еще была постоянная работа в капелле. Пока не случилась роковая размолвка с Императором, которая привела Моцарта к нищете, болезни и смерти. Почитайте венские газеты тех лет, вы там многое узнаете».
Совет дельный. Первоисточники — лучший способ проверки. Будем узнавать :) Беру маленькую заметку (технически это вообще перепечатка во франкфуртской газете от 7 января 1788 года заметки из венской газеты от 22 декабря 1787 года):
Для тех, кто не понимает готический шрифт:
Wien, den 22. Dezemb. Die ansehnliche Pension, die der verstorbene Ritter Gluck von dem Monarchen erhielte, ist unter den berühmten Mozart und noch einige andere geschickte Tonkünstler vertheilt worden.
Для тех, кто не понимает немецкий (никогда не доверяйте переводам, даже моим, смотрите оригинал!):
«Значительная пенсия, которую покойный рыцарь Глюк получал от монарха, была разделена между знаменитым Моцартом и некоторыми другими искусными музыкантами».
Читаешь это спустя века — и прямо зло берёт. Великий Глюк получал огромную пенсию, а после его смерти бедному Моцарту досталась лишь «доля», да ещё и делить её пришлось с какими-то «другими музыкантами». Крохи со стола.
Но если отложить эмоции и посмотреть на документы внимательнее, картина становится сложнее и, пожалуй, интереснее. Давайте разберёмся, что на самом деле стояло за этой газетной строкой.
Детективная история: куда ушли деньги Глюка?
Газетчики XVIII века, как и современные журналисты, любили яркие фразы. И слова о «разделении пенсии» — сильное упрощение. На самом деле император Иосиф II проводил масштабную реформу придворной музыки.
Маленькое замечание: все придворные служащие в Австрии с 1781 года платили специальный налог Arrha в размере 5% от жалованья. Поэтому из сумм, указанных в контрактах, вычитайте 5% — именно столько люди получали на руки. Дальше я буду называть суммы до уплаты налогов.
- Глюк (должность Hofkompositor) получал 2000 флоринов в год. Это была огромная сумма, своего рода «гонорар за славу» — его должность являлась почётной пенсией за прошлые заслуги.
- Антонио Сальери после реорганизации получил должность Hofkapellmeister (придворный капельмейстер) с жалованьем 1200 флоринов.
- Моцарт был назначен Kammermusicus (камерный музыкант) с реальным доходом 800 флоринов в год.
«Другие искусные музыканты» из газеты — это не случайные люди, а вся реорганизованная придворная капелла.
Моцарт как министр культуры? (нет)
Многим почему-то кажется, что такое разделение должностей обидело Моцарта. Возможно, и обидело (судя по тому, что позже он пытался получить какую-нибудь ещё более денежную должность при дворе), но...
Сальери (под сорок, старше Моцарта на 6 лет) был Hofkapellmeister — это административная должность. Он управлял оркестром, составлял репертуар, следил за дисциплиной, вёл документацию, отвечал за бюджет. Это работа «музыкального министра».
Я просто не могу представить Моцарта в этой роли.
Моцарту был 31 год. Он был горяч, импульсивен, гениален — и совершенно не умел распоряжаться деньгами. Доверять ему управление большим коллективом и казной? Если мы посмотрим на его личную финансовую историю, то увидим, что он нуждался в деньгах не потому, что мало зарабатывал, а потому что не умел их держать.
Встаньте на место императора Иосифа II, прагматика-реформатора. Вам нужно выбрать человека, который будет управлять придворным оркестром, следить, чтобы музыканты приходили вовремя, и экономить казённые деньги.
- Вариант А: Сальери. Надёжный, опытный, организованный, пользуется уважением профессионалов.
- Вариант Б: Моцарт. Гениальный композитор, но хаотичный, непредсказуемый, финансово безответственный, вечно в долгах.
Любой руководитель предпочтёт вариант А для административной работы. И это не вопрос «любви» или «нелюбви» — это вопрос эффективности. Да и любой оркестрант предпочтёт стабильную зарплату и чёткое расписание под руководством Сальери. Моцарт же был создан для вдохновенного сочинения, а не для табелей учёта.
(Если бы взяли Моцарта, возможно, у нас были бы замечательные детективные истории о растратах денег капеллы на оплату долгов по бильярду. Хорошо, что не взяли.)
Что же это за должность — Kammermusicus?
А вот здесь — самое интересное. Должность, которую дали Моцарту, была идеальным компромиссом и, по сути, синекурой в лучшем смысле этого слова. Она давала ему:
- Стабильный доход (800 флоринов в год) — надёжную подушку безопасности.
- Статус придворного служащего.
- Свободу. У него не было административной нагрузки.
Его формальные обязанности (насколько мы можем судить по сохранившимся документам, а их, увы, немного):
- Сочинять танцевальную музыку для императорских балов (менуэты, контрдансы, немецкие танцы).
- Участвовать в камерных вечерах для императорской семьи.
Важный нюанс: эту музыку было быстрее сочинять, чем записывать. Для гения уровня Моцарта (как и для Шуберта позже) это была лёгкая, почти ремесленная задача. Он мог штамповать такие пьесы пачками.
Фактически всё время принадлежало ему. Он мог писать оперы (за отдельную плату), давать уроки, организовывать собственные концерты. Император платил ему не за сидение в кабинете, а за то, чтобы гений оставался в Вене и мог творить.
Ему платили в два с лишним раза больше, чем капельмейстеру в венской церкви с кучей обязанностей, но при этом не надо было приходить и работать. Рай.
Откуда взялся миф о «нищете»?
Теперь — к самому главному. Почему же возникла легенда о бедности и опале, если документы говорят об обратном?
Ответ кроется в структуре расходов и рисков, которые Моцарт брал на себя добровольно.
Его придворное жалованье было стабильной базой, но оно не покрывало всего, и Моцарт зарабатывал везде, где только можно. Общий годовой доход его мог доходить до 4500 флоринов в последние годы.
Но вот его траты:
- несколько слуг (необходимость при его образе жизни)
- большие квартиры в центре Вены (большая квартира в Москва-Сити)
- дорогая одежда, карета (брендовые вещи и Роллс-Ройс Фантом)
- бильярд (спускаем деньги в казино)
- частые переезды (перелёты минимум бизнес-классом)
- дорогостоящее лечение жены Констанцы (как если бы сегодня постоянно отправлял её на Мальдивы)
Моцарт жил широко, часто авансом. Кассовые разрывы были закономерны.
Конечно, прямой пересчёт флоринов в рубли по курсу или золоту бессмыслен: структура расходов не та. Но если оценивать покупательную способность и статус единоличного кормильца семьи в столице, то даже базовое жалованье Моцарта (800 флоринов минус 5%, то есть 760 на руки) в сегодняшней Москве эквивалентно по самой нижней границе 6 миллионам рублей в год после уплаты всех налогов (с оговоркой, что сегодня эта сумма была бы заработком двоих супругов; и то с сегодняшними ценами я бы скорее представлял как 10 миллионов).
Назвать это «нищетой» невозможно. Проблема Моцарта заключалась не в том, что система его «задавила», а в том, что его расходы и предпринимательские риски регулярно превышали даже такой солидный доход. Это трагедия не «злого императора», а личного финансового менеджмента.
А как же «роковая размолвка»?
Никак, её никогда не было. То есть император наверняка мог что-то и сказать, но не каждое возмущение начальства означает, что сейчас реально полетят головы.
Ни газеты, ни придворные журналы, ни переписка того времени не фиксируют никакого конфликта.
Идея о «роковой размолвке» появилась позже, в романтических биографиях XIX века. Литературе и театру (вспомним пушкинского Сальери) нужен был конфликт: гений против системы, художник против чиновника. Моцарт в итоге зарабатывал не меньше Сальери, получал выгодные заказы вплоть до смерти императора и продолжил получать свой оклад и при следующем императоре.
Вот разве что получить половину от должности Сальери ему после смерти императора действительно не дали (он хотел забрать себе церковную музыку, мотивируя тем, что у него больше опыта в ней), но для капеллы это скорее к лучшему.
Что в сухом остатке?
Совет читателя проверить первоисточники точный. Но вывод из них — иной.
- Газеты 1787–1791 годов не сообщают об опале или нищете. Они фиксируют назначение, статус и участие Моцарта в придворных мероприятиях.
- «Постоянная работа в капелле» — не офисная служба. Это была гибкая должность с лёгкими для гения обязанностями (танцы + камерные вечера) и без административной нагрузки.
- «Роковая размолвка» — миф. Архивы подтверждают непрерывную службу и заказы вплоть до последних месяцев жизни.
- Финансовые трудности были следствием личных расходов и предпринимательских рисков, а не личной неприязни кого-либо к Моцарту.
Моцарт был не отверженным нищим гением, а высокооплачиваемым придворным музыкантом, который просто не умел говорить «нет» своим желаниям. И, возможно, это сочетание небесного дара и земной неорганизованности делает его лишь ещё более живым и близким нам спустя века.