Это, блин, не пересказ, это клинический случай под названием "Как один профессор едва не устроил конец света через куриные яйца".
Значит, слушайте. Завязка - Москва, конец 20-х. Время, когда советский человек уже вовсю пилит амбиции на атомы, но пока доедает тушеную капусту.
Жил-был профессор Владимир Ипатьевич Персиков. Гениальный зоолог, очкарик, затворник, который ненавидел все, что движется быстрее черепахи, включая собственных аспирантов. Его страсть - лягушки. Он их разглядывал, резал, препарировал и, кажется, разговаривал с ними по ночам на латыни. Типичный ботаник, у которого случайно оказался доступ к высоким технологиям.
И вот однажды, вместо того чтобы просто сварить кофе, этот рассеянный гений фиганул лучом своего нового прибора - "луча смерти" или, по-научному, "золотого сечения" - прямо на лягушачью икру. И тут случилось чудо, от которого у любого нормального фермера случился бы оргазм: лягушки вылупились... ТАКИЕ! Размером с курицу! Здоровенные, жирные, с горящими красными глазами. Персиков понял: "Опа! Кажется, я изобрел конвейер по производству Годзилл".
Луч этот был волшебный - красный. Попадаешь на клетки - они начинают делиться с такой скоростью, будто им заплатили сдельно. Персиков, мужик умный, но до ужаса инфантильный в быту, вместо того чтобы запатентовать это дело и уехать на Канары, начал вести дневник. Просто так, для истории.
И тут на сцену выходит второй "герой" - Александр Семенович Рокк. Это не человек, это стихийное бедствие в пенсне. Начальник совхоза "Красный луч". Мужик, у которого амбиций на миллион, а мозгов - ровно на одну, но очень громкую идею. Он прознает про луч Персикова и решает: "Нафиг этих ваших лягушек! Мы тут куриц будем растить! Куриц размером со страуса! Чтобы каждая несла по яйцу с футбольный мяч! Родина требует яиц!"
Персиков, видя этого энергичного энтузиаста, начинает орать, топать ногами и биться головой о стол: "Ты что, идиот! Луч работает только в моих руках! Он требует стерильности! Он требует холодной воды! Ты накупишь этих ваших... яиц... и нас всех... того!" Но разве Рокка остановишь? Рокк - это советский менеджер до эпохи менеджмента. Он, как ураган, влетает в кабинет, отбирает у профессора установку (прям как в 90-е актив выводит) и увозит её в своё Козловское подмосковное хозяйство.
Персиков остается один. Сидит в своем Пироговском переулке, гладит лягушку, пьет чай с бубликом и рыдает от бессилия. Но он хотя бы понимает масштаб трагедии. Рокк же, накупив за границей (на валюту, да!) партии куриных яиц, начинает поливать их этим красным лучом.
И вот тут начинается тот самый цирк, который мы любим называть "Советская власть встречает ктулху".
Сначала всё идет по плану. Из яиц вылупляются цыплята. Но не простые, а размером с динозавра-подростка. Рокк ходит счастливый, потирает руки, думает о том, как он станет героем соцтруда и получит орден "За заслуги перед куриным яйцом". Он их кормит, поит, ласково называет "мои цыпулечки".
Но есть нюанс. Персиков забыл (или не удосужился) объяснить, что луч не делает животных добрее. Он делает их БОЛЬШЕ. А ещё он делает их голодными. А ещё - он делает из куриц, блять, не кур.
Потому что в спешке, в советском энтузиазме, Рокк перепутал партии. Ему привезли не куриные яйца. Ему привезли... Страусовые? Нет. Гусиные? Нет.
Ему привезли яйца... ЗМЕЙ ГРЕМУЧИХ И КРОКОДИЛОВ.
Представьте себе картину маслом. Подмосковье. Утро. Туман над полями. Колхозница Маруся идет с бидоном молока. А из курятника выползает удав, который может завязать узлом трактор "Фордзон". Из соседнего сарая вылезает крокодил, который смотрит на Клязьму и думает: "Ну, это теперь моё, ребята".
Рокк, увидев это, вероятно, издал звук, похожий на смесь трубного гласа и хруста позвоночника. Его "цыпулечки" начали жрать всё: коров, лошадей, самого Рокка (морально), председателя местного совета и, кажется, саму идею прогресса. Они расползаются по губернии, устраивая гастрономический тур. Улицы Москвы патрулируют милиционеры с наганами, которые против крокодила размером с броневик - как комары против слона.
Профессор Персиков мечется по городу, размахивая своим дневником, кричит: "Я же говорил! Говорил! Луч не для того! Это всё этот кретин Рокк!", а ему никто не верит. Власть в замешательстве. Красная Армия вступает в бой с гигантскими гадами. Бой, я вам скажу, эпичный: орудия против анаконд, конница против варанов.
Самое смешное (или трагичное) - это финал.
Рокк, осознав масштаб катастрофы, вместо того чтобы застрелиться от стыда, бежит к Персикову и орет: "Сделай что-нибудь! Выключи это!" А Персиков разводит руками: "Дорогой Александр Семенович, там же не выключатель. Это природа, сука".
И тут, как водится в русской литературе, всё решает не героизм, не наука, а элементарная погода. На Москву и окрестности обрушивается... Нет, не ангел с мечом. МОРОЗ. Внезапный, крепкий, русский мороз. Тот самый, который всегда спасал Россию от Наполеона, позже от Гитлера, а прямо сейчас - от полчищ голодных рептилий-мутантов.
Все эти крокодилы, змеи, питоны, которые только что пожирали всё на своем пути, вдруг понимают, что их холоднокровные тела говорят им: "Пока". Они начинают тормозить, замерзать, превращаться в ледяные статуи. Эпидемия ползучей смерти заканчивается не благодаря гениальности Персикова, а благодаря тому, что на календаре октябрь, а в центральной России, мать её, не Сочи.
В итоге: Рокк - погибает? Исчезает? Его разрывает толпа? В книге он просто... испаряется, растворяется в хаосе. Его судьба - лучшее наказание для менеджера, который решил, что он умнее природы. Персиков остаётся жив, но морально уничтожен. Его открытие погублено, установка разбита (кажется, её сожрала одна из змей или раздавил танк). А Москва, отряхиваясь от чешуи и пересчитывая уцелевших граждан, делает вид, что ничего такого не было.
Выводы автора блога, у которого сейчас нервный тик:
1. Никогда, слышите, НИКОГДА не доверяйте судьбоносные научные открытия человеку по фамилии Рокк. Если вы видите энтузиаста с горящими глазами и партийным билетом, который говорит "давай запустим это в серию" - стреляйте в него из "луча смерти", пока не поздно.
2. Булгаков, как всегда, предсказал всё. Он показал, что главная опасность - не дьявол, не белая гвардия и даже не голодные крокодилы. Главная опасность - это самоуверенный дурак с доступом к технологиям.
3. Если вы вдруг изобрели луч, ускоряющий рост живых клеток, первым делом проверьте, что вы кладете под этот луч. И вторым делом - уничтожьте все яйца в радиусе ста километров. На всякий случай.
Вот такая вот история. Она заставляет задуматься о многом. Например, о том, почему советские ученые пили так много чая с бубликами и где сейчас можно купить такой же красный луч, но чтобы без змей.
Подписывайтесь, иначе в следующий раз я перескажу "Собачье сердце" так, что вы поймете: Шариков был не самым страшным экспериментом профессора Преображенского. А если хотите сами поучаствовать в аттракционе невиданной щедрости - пишите в комменты, что пересказать следующим. "Мастер и Маргарита" с точки зрения кота Бегемота? "Белая гвардия" как ситком? Я согласен на всё, лишь бы вы не приносили мне странных яиц.