В конце 9-го века кочевые мадьярские племена разгромили то, что осталось от славянской Великой Моравии и заселили Паннонскую равнину – единственный в Центральной Европе крупный участок евразийской степи. И начали совершать набеги на каждого из новых соседей.
К тому времени европейцы уже давно забыли, что такое легкая конница кочевников, кружащая вокруг неподвижной пехоты в своем танце смерти. Даже тяжелая западная кавалерия не была способна ей противостоять, уступая варварам в количестве и мобильности. Именно тогда появилась знаменитая молитва: «Спаси нас, Господи, от меча норманна и стрелы мадьяра…»
Никто не знал, какую против них использовать тактику – да и феодальные армии против кочевников были слишком малы. Поэтому мадьярские орды неоднократно разграбили Францию и Германию, побывали в Италии и даже Испании, теснили Византию на Балканах, ходили на Русь.
Священники шепотом говорили, что это те самые гунны со страниц древних хроник. Что они пришли покарать христиан за грехи перед Страшным судом, который ожидали в 1000-м году от Рождества Христова. Неудивительно, что в латинском и большинстве других европейских языков венгров называют hungari, т.е. «гунны».
Когда кочевники были крещены и осели на землю, у них появились собственные книжники, поддержавшие эту легенду, чтобы повысить свой престиж и обосновать права на завоеванную родину. Каган Аттила стал называться предком королевской династии Арпадов. А мадьярский вождь Алмош якобы пришел в Паннонию потому, что когда-то она принадлежала его родичам. Даже была придумана байка о родных братьях по имени Гунн и Мадьяр, которые в разное время со своими народами ушли в Европу.
Тем не менее, между гуннами и средневековыми (а тем более – современными) венграми не следует ставить знак равенства. Хотя эта идея до сих пор популярна среди венгерских историков, она категорически неверна. И происходит исключительно из средневековых легенд, призванных легитимизировать права мадьярских кочевников на степную область Среднего Дуная.
Почему же венгры не являются потомками гуннов?
Гунны пришли в Паннонию в конце 4-го века, мадьяры – в конце 9-го. Родиной первых были монгольские степи, вторые как этнос сложились к востоку от Уральских гор. Язык первых относился к тюркской группе, а вторых – к уральской. Для гуннов характерны гаплогруппы L-M20 и Q1a, генетическим маркером венгров эпохи раннего средневековья является гаплогруппа N3a.
А наличие незначительного количества общих генетических линий (примерно 5-7 %) проще объяснить влиянием половцев, которые в 13-м веке бежали в Венгерское королевство, желая спастись от жестоких монголов. Но через тюрков вообще все бывшие кочевники друг другу родственники.
Даже латинское название hungari на деле не имеет отношения к гуннам. Оно происходит от имени племенного союза оногуров («десять угров»), из которого в дальнейшем вышли мадьяры. Ошибка стала следствием неправильного перевода указанного термина на латинский язык.
Так что, между гуннами и древними мадьярами нет ничего общего, за исключением кочевого образа жизни, воинственности и жажды к злату – и страха, который те и другие в разное время вызывали у европейцев. Тем более от средневековых кочевников отличаются современные венгры, которые в генетическом смысле почти идентичны своим соседям-болгарам.
Дело в том, что когда их далекие предки заняли степную Паннонию, в регионе практически не осталось кочевников после серии франкских походов. Зато она освобожденные земли пришло много славян. В основном, от них и происходить нынешняя венгерская нация.