А в России тоже были импрессионисты? Да, были. И они не просто копировали французский стиль. Они создали нечто особенное, душевное, наше. И история русского импрессионизма — это не история громких манифестов и скандальных выставок, как во Франции. Это история одиночек, которые открывали для себя новый язык света и цвета каждый на свой лад .
В 1873 году два молодых художника — Илья Репин (29 лет) и Василий Поленов (29 лет) — отправились в поездку от Академии художеств. Они были друзьями ещё с учёбы, вместе получили Большие золотые медали . Это были те самые годы, когда во Франции зарождался импрессионизм. Первая выставка импрессионистов прошла в 1874 году, как раз когда наши художники были в Париже .
Репин был потрясён французской живописью. Он одним из первых русских художников признал импрессионистов практически сразу же . Он работал на пленэре, писал парижские сценки в импрессионистическом ключе . Его картина «Парижское кафе» (1875) — это попытка передать атмосферу богемного Парижа, его шик и свободу.
Исследователи отмечают, что французская живопись к теме кафе подошла даже позднее, чем Репин, — у него был очень свежий взгляд.
Как его приняли французы?
А вот здесь начинается самое интересное. Французские импрессионисты Репина не приняли, упрекая его в «непонимании красоты» . Русский маэстро был уязвлён и решил… написать огромное полотно, где он мог показать своё виртуозное владение импрессионистическими приёмами.
Так появился «Садко» (1876) — картина размером 3,2×2,3 метра . Сюжет был исконно русский: новгородский купец выбирает себе невесту среди морских царевен. А сам Садко смотрит на одну единственную — русскую девушку в крестьянской одежде, которая стоит поодаль . Репин писал пронизанное светом морское дно в парижском аквариуме, выдерживая «импрессионистическую программу — показать воздействие среды на состояние лиц и предметов».
Картину выставили в парижском Салоне 1876 года, но успеха она не имела. Однако в России благодаря «Садко» Репин обрёл признание и получил звание академика
И тут возникает главный парадокс. Несмотря на восторг, Репин сознательно отказался от пути «чистого впечатления». Весной 1874 года он обменялся письмами с Крамским, и это был блестящий диалог, определивший судьбу русского реализма .
Крамской писал: «Нам непременно надо двинуться к свету, краскам и воздуху, но… как сделать так, чтобы не растерять по дороге драгоценнейшее качество художника — сердце?»
Репин ответил: «Вы говорите, что нам надо двинуться к свету, к краскам. Нет. И здесь наша задача — содержание. Лицо, душа человека, драма жизни, впечатление природы, её жизнь и смысл, дух истории — вот наши темы, как мне кажется; краски у нас — орудие» .
Это была программа русского реализма: содержание важнее формы. Репин и Крамской сознательно отказывались быть «красивыми» и предаваться гурманскому отношению к краскам.
Василий Поленов: тихий революционер
Поленов, в отличие от Репина, приехал в Париж как исторический живописец, а вернулся в Россию три года спустя как один из самых значительных русских пейзажистов . Его путь был более плавным, но не менее важным.
Именно в этой командировке Поленов осознал себя как пейзажист. Он увлёкся пленэрной живописью, и это стало для него главным открытием . Вместе с Репиным и другими русскими художниками он работал в нормандском городке Вёль-ле-Роз — настоящей школе пленэра, открытой художником-маринистом Алексеем Боголюбовым . Там, на берегу Ла-Манша, Поленов создал пронизанные светом и воздухом пейзажи, которые сейчас хранятся в Третьяковской галерее и Русском музее.
Поленов был первым среди русских художников, кто заговорил об импрессионизме и начал знакомить с ним своих учеников . Вернувшись в Россию и начав преподавать в Московском училище живописи, ваяния и зодчества, он постоянно рассказывал студентам о ценности этюда и значимости первого впечатления. Именно от Поленова ученики впервые услышали о французских импрессионистах и увидели по фотографиям их картины .
Сам он называл главным достижением французской живописи «раскрепощённое» отношение к искусству, европейскую свободу . В его пейзажах, написанных после возвращения (знаменитый «Московский дворик», 1878), уже чувствуется та самая воздушная красота колорита и мастерство, которые стали основой русского импрессионизма.
Вот здесь — ключевой момент.
Репин и Поленов, оба увлечённые французским пленэром, сознательно не стали «чистыми» импрессионистами. Они взяли у французов технику, свет, свободу мазка, но наполнили это своим содержанием. Онибыли первыми русскими художниками, которые увидели импрессионизм своими глазами, вживую, в момент его рождения. Они восхищались французами, учились у них, использовали их технику. Но они остались русскими художниками — со своей «душой», со своей «миссией», со своим пониманием искусства как носителя смысла, а не просто красоты.
Именно они привезли этот опыт в Россию. А их ученики — Коровин, Серов, Грабарь — уже создали тот самый русский импрессионизм. И мы об этом обязательно поговорим.
А как думаете вы? Правильно ли поступили Репин и Поленов, отказавшись от пути «чистого впечатления»? Или, может быть, если бы они пошли дальше, русский импрессионизм родился бы на 20 лет раньше? Пишите в комментариях!
Подписывайтесь! Будет интересно.
#импрессионисты #репин #поленов #живопись #искусство #картины #искусствобезскуки