Я сказала мужу: «Ответь на громкую». Из динамика раздался женский голос: «Димуль, а когда мы увидимся?» Ему было сорок, ей восемнадцать
— Мам, можно я возьму папин ноутбук? — Максим заглянул на кухню, где Ирина готовила ужин.
— Конечно, — она улыбнулась. — Только аккуратно.
— Я проект делаю, — он забрал ноутбук и ушёл в свою комнату.
Ирина любила сына. Он был умным, ответственным, самостоятельным. Пятнадцать лет — почти взрослый. Она доверяла ему. Как и мужу. Как и всей своей семье.
Она не знала, что через час всё рухнет.
— Мам, — Максим позвал её. — Иди сюда.
— Что случилось? — она вытерла руки, пошла в его комнату.
Максим сидел за ноутбуком, лицо его было бледным, руки дрожали.
— Что? — испугалась Ирина. — Что-то с проектом?
— Мам, — он повернул экран. — Это ты?
Ирина посмотрела. На экране была её фотография. В белье. В их спальне. Она не помнит что делала это фото. Она не отправляла его никому.
— Откуда это? — прошептала она.
— Вчера я искал материалы для проекта, — Максим говорил быстро, сбивчиво. — Нашёл сайт. Случайно. Для взрослых. Там были… там были разные фото, были и твои фото. Много. Я не знал, что делать. Я решил проверить папин ноутбук.
— Зачем? — она не понимала.
— Я хотел узнать, откуда они, думал от него, — он опустил голову. — Я нашёл папки. Сотни папок. Сотни фото. Твоих. За десять лет.
— Покажи, — голос её дрожал.
Максим открыл ноутбук отца. Папки. Сотни папок с датами. Ирина открыла одну. Свои фото. Спящая. В белье. Без белья. В душе. В спальне. Она не помнила, когда их делали. Она не знала, что их делали.
— Господи, — прошептала она. — Господи, что это? Стыдоба то какая.
— Это папин ноутбук, — сказал Максим. — Я проверил. Файлы создавались с его учётной записи.
— Ты уверен?
— Уверен, — он кивнул. — Я посмотрел закладки в браузере. Там форумы. Не для всех. С разными фото. Люди продают фото своих жён. Пароли сохранены. Я зашёл.
— Зачем ты зашёл? — она не понимала.
— Хотел убедиться, — он заплакал. — Что это не подстава.
— И что?
— Это он, мама. Это папа. Он выкладывал твои фото. Продавал. Я видел переписку.
Ирина села на кровать. Ноги не держали. Слёзы текли по щекам.
— Не может быть, — прошептала она. — Он не мог.
— Мог, не плачь, — Максим вытер слёзы на щеке мамы. — Но это правда. Я видел.
В прихожей хлопнула дверь. Дмитрий вернулся с работы.
— Я дома! — крикнул он.
Ирина встала. Вышла из комнаты. Смотрела на мужа. На человека, которому доверяла десять лет. Который был её опорой. Который спал с ней в одной постели. Который скрытно делал её фото и продавал их в интернет.
— Что случилось? — он не понял.
— Зайди в комнату к сыну, — сказала она. — И объясни ему, что это.
Дмитрий зашёл. Увидел ноутбук, открытые папки, лицо сына. Побледнел.
— Дим, — Ирина смотрела на него. — Это ты?
— Я могу объяснить, — он шагнул к ней.
— Не подходи, — она отступила. — Это ты? Ты делал эти фото? Ты продавал их?
— Ира, это не то, что ты думаешь, — он говорил быстро, боялся. — Это было давно. Я не хотел.
— Десять лет, — она сжала кулаки. — Ты делал это десять лет.
— Я перестану, — он заплакал. — Я удалю всё.
— Ты перестанешь? — она усмехнулась. — Ты десять лет продавал меня. Моё тело. Мою жизнь. А теперь говоришь, что перестанешь?
— Я не хотел тебя обидеть, — он покачал головой. — Это просто… для самооценки. Я не знал, что так выйдет.
— Для самооценки? — она закричала. — Ты продавал меня!
— Ира, прости, — он упал на колени. — Я дурак. Я всё исправлю.
— Встань, — она отвернулась. — Не унижайся.
— Я не унижаюсь, — он смотрел на неё снизу вверх. — Я прошу. Я умоляю. Не губи нашу семью.
— Ты её уже погубил, — она покачала головой. — Когда сделал первое фото.
В этот момент зазвонил его телефон. Ирина посмотрела на экран. «Володя». Она знала Володю. Его друг.
— Ответь, — сказала она. — На громкую.
— Не надо, — он испугался.
— Ответь, — повторила она.
Он взял трубку. Включил громкую связь.
— Димуль, привет, — раздался женский голос. Кокетливый, мягкий. — Ты когда придёшь? Я соскучилась.
— Кто это? — спросила Ирина.
Дмитрий молчал.
— Дима, ты там? — спросила женщина. — Кто с тобой?
— Это его жена, — ответила Ирина. — А ты вот кто?
Девушка сбросила вызов. Тишина.
— Кто это? — снова спросила Ирина.
— Это… — он не мог подобрать слов.
— Любовница, — Ирина кивнула. — У тебя есть любовница.
— Ира, это не то, что ты думаешь, — он снова заплакал.
— А что я думаю? — она смотрела на него. — Я думаю, что ты десять лет продавал мои фото. Я думаю, что у тебя есть любовница. Я думаю, что ты врал мне всё это время.
— Я люблю тебя, — он протянул руки.
— Не надо, — она отступила. — Ты не любил меня. Ты использовал меня.
— Ира, пожалуйста, — он умолял.
— Уходи, — она показала на дверь. — Уходи сейчас же.
— Куда? — он не понимал.
— Не знаю, — она покачала головой. — К своей любовнице. К своим фото. Куда хочешь. Но из моего дома.
— Это мой дом тоже, — он встал.
— Был, — она покачала головой. — Теперь нет. Иди к ней.
— А дети? — он посмотрел на Максима, на Дашу, которая вышла из комнаты, испуганная.
— Дети остаются со мной, — ответила Ирина. — Ты их больше не увидишь.
— Ты не имеешь права, — он закричал.
— Имею, — она смотрела на него. — Ты продавал меня. Ты предал нашу семью. Ты не отец. Ты чужой.
— Мама, — Даша заплакала. — Что происходит?
— Всё хорошо, — Ирина обняла дочь. — Папа уходит.
— Навсегда? — спросил Миша.
— Навсегда, — она кивнула.
Дмитрий стоял, смотрел на них. Потом взял куртку, ключи. Вышел. Хлопнула дверь.
Ирина осталась одна с детьми. Смотрела на закрытую дверь, на свою жизнь, которая рухнула. И плакала.
---
Ирина сидела на кухне, смотрела на телефон. Дети спали. Она не спала. Не могла. В голове крутились фото, папки, форумы, голос той женщины из трубки.
— Мама, — Максим зашёл на кухню. — Ты чего не спишь?
— Не могу, — она покачала головой. — Иди, ложись. Завтра трудный день.
— Мы справимся, — он обнял её. — Я с тобой.
— Справимся, — она поцеловала его.
Утром она пошла к адвокату. Маленький кабинет, строгая женщина с острыми глазами.
— Хочу подать на развод, — сказала Ирина. — И на отцов. Он продавал мои фото в интернет. Десять лет.
— У вас есть доказательства? — спросила адвокат.
— Есть, — Ирина кивнула. — Ноутбук мужа. Там всё. Папки, фото, переписка.
— Мы поедем в полицию, — адвокат встала. — Сейчас.
В полиции их приняли. Ирина рассказала всё. Показала фото, папки, скрины. Следователь смотрел, качал головой.
— Это серьёзно, — сказал он. — Мы возбудим дело.
— Его нужно арестовать, — сказала адвокат. — Он может уничтожить доказательства.
— Мы выедем сегодня, — кивнул следователь.
Дмитрия арестовали через два часа. Он был дома, собирал вещи. Думал уехать к любовнице. Не успел.
— Вы арестованы, — полицейский надел на него наручники.
— За что? — он не понимал.
— За распространение интимных материалов без согласия, — ответил следователь. — За мошенничество.
— Это ошибка, — он закричал. — Это всё она! Она сама просила!
— Ваш ноутбук будет изъят, — полицейский показал на компьютер. — Он будет вещественным доказательством.
Дмитрия увезли. Ноутбук забрали. Ирина стояла у окна, смотрела, как увозят мужа. Не плакала. Не улыбалась. Она была спокойна.
Через неделю следователь позвонил.
— Мы нашли счета, — сказал он. — Биткоины. Миллионы. Он копил их годами.
— На что ему такие суммы? — спросила Ирина.
— На любовницу, — ответил следователь. — Ей восемнадцать. Студентка. Он снимал ей квартиру, купил машину, оплачивал учёбу.
— Восемнадцать, — прошептала Ирина. — Ей восемнадцать. Как нашей дочери.
— Счета арестованы, — сказал следователь. — Всё пойдёт в пользу государства.
— А мне? — спросила Ирина. — Мне ничего не вернут?
— Вы можете подать гражданский иск, — ответил он. — Но это долго.
— Подам, — она кивнула. — Пусть знает.
Суд был через три месяца. Ирина сидела на скамейке, держала за руки Максима и Дашу. Дети не хотели смотреть на отца. Отвернулись.
— Встать, суд идёт! — секретарь открыл дверь.
Дмитрия ввели. Он был бледный, похудевший. Смотрел на Ирину, но она отвернулась.
— Слушается дело по обвинению Дмитрия Соболева, — зачитал судья. — В распространении интимных материалов без согласия, в мошенничестве. Что вы можете сказать?
— Я не виноват, — он поднял голову. — Она сама просила. Она сама хотела.
— У нас есть доказательства, — адвокат Ирины повысил голос. — Переписка, где вы договариваетесь о продаже. Папки с фото, которые она не делала. Она не знала.
— Она знала, — он покачал головой. — Она просто притворялась.
— Зачем? — спросил судья.
— Чтобы получить деньги, — ответил Дмитрий. — Она хотела развода.
— Вы десять лет продавали её фото, — адвокат повысил голос. — Вы копили биткоины. Вы тратили их на восемнадцатилетнюю любовницу. Это она хотела?
Дмитрий замолчал. Суд заслушал свидетелей. Эксперты подтвердили, что фото делались без ведома Ирины.
— У нас есть всё, — адвокат подошёл к трибуне. — Подсудимый не раскаялся. Он пытается оправдаться.
— Я раскаялся, — Дмитрий встал. — Я понял, что был неправ. Я прошу прощения.
— Вы просите прощения? — судья посмотрел на него. — Вы просили прощения у жены? У детей?
— Просил, — он опустил голову. — Она не простила.
— Не простила, — Ирина кивнула. — И не прощу.
Суд удалился на совещание. Ирина сидела, держала детей за руки.
— Мама, — спросил Максим. — А папа сядет в тюрьму?
— Нет, — ответила Ирина. — Но он наказан.
Судья вернулся. Все встали. Он зачитал приговор. Дмитрий — два года условно с испытательным сроком и крупный штраф.
— Суд постановил, — закончил судья. — Приговор может быть обжалован.
— Я обжалую! — закричал Дмитрий. — Это несправедливо!
— Уведите подсудимого, — судья кивнул конвою.
Дмитрия увели. Ирина осталась в зале.
— Всё его имущество арестовано, — сказал адвокат. — Счета заморожены. Всё пойдёт в пользу государства.
— А квартира? — спросила Ирина.
— Квартиру придётся продать, — ответил адвокат. — Вы получите половину. Он — половину.
— Я не хочу эту половину, — она покачала головой. — Я же с детьми.
— Тогда вам нужно сделать оценку квартиры и отдать ему 1/4 часть, — сказал адвокат. — Он купит комнату в коммуналке.
— Пусть, — она кивнула. — Он заслужил.
Они оценили квартиру. Ирина взяла кредит, отдала ему его часть от квартиры. Дмитрий купил комнату в коммуналке. Маленькую, грязную, с соседями алкоголиками. Ирина продала эту квартиру и купила другую, двухкомнатную квартиру в новом районе. Для себя и детей.
— Мама, а где мы будем жить? — спросила Даша.
— Здесь, — ответила Ирина. — Наш новый дом.
— А папа?
— Папа будет жить в другом месте, — она обняла дочь. — Он нас покинул.
— Я не хочу его знать, — сказал Максим. — Он предал нас.
— Как хочешь, — Ирина покачала головой. — Я не буду заставлять.
Они начали новую жизнь. Ирина работала, жила с детьми, ходила с ними в кино, в парк, на речку. Она была счастлива. Не такой, как раньше, не наивной. Но счастливой по-настоящему.
— Ты не жалеешь? — спросила подруга.
— О чём? — не поняла Ирина.
— Что не простила?
— Не простила, — она кивнула. — И не прощу.
— А он?
— А он живёт в коммуналке, — усмехнулась Ирина. — Денег нет, любовница бросила, дети не хотят видеть. Он получил то, что заслужил.
— Карма, — подруга покачала головой.
— Карма, — Ирина кивнула. — Не я её звала, она пришла сама.
Они сидели в парке, смотрели, как маленькие дети играют на площадке. Максим катался на моноколесе, Даша переписывалась с подружками в телефоне.
— Мама, а ты счастлива? — спросил Максим, подходя к ней.
— Счастлива, — она улыбнулась. — Очень.
— И я счастлив, — он обнял её. — И Даша.
— И я, — Даша подбежала, обняла их обоих.
Они стояли, обнявшись. Семья. Настоящая. И по крови. И по любви. И это было самое главное.
— Мама, а ты его когда нибудь простишь? — спросила Даша.
— Нет, — ответила Ирина. — Папа оказался уродом.
— Он нас не любит?
— Нет, — она покачала головой. — Но мы любим друг друга. Этого достаточно.
Она смотрела на небо, на солнце, на свою новую жизнь. И улыбалась. Карма пришла. Дмитрий получил своё. А она получила свободу. И это было справедливо