Полночь. Холодильник. Рука уже внутри. Не потому, что я голоден — желудок полон. Но где-то внутри — пустота. И эта пустота не знает слова «хватит». Человек ест — но не ест. Он совершает механическое действие. Челюсти работают. Вкусовые рецепторы молчат. Еда проходит транзитом — как поезд через станцию, на которой никто не вышел. Тело просит не еды. Тело просит переживаний. Не «сколько», а «как». Не объем, а контакт. Но контакт предполагает замедление. А замедление — это присутствие. А присутствие — это та самая территория, с которой клиент когда-то ушел. И на тот момент у него были на то основания. Проблема в том, что уход стал постоянной необходимостью. Теперь так не только с едой. Так со всем. Быстро. Мимо. Не разворачивая. Отношения — проглотил. Впечатления — проглотил. Выходные — проглотил. Жизнь идет, но во рту не остается послевкусия. Терапия начинается не с вопроса «что ты ешь». А с вопроса «что ты не чувствуешь, пока ешь». И дальше — тише: «что случится, если ты почувствуешь».