Я стоял у входа в ресторан с букетом и чувствовал себя дураком. Не потому что ждал — ждать я умею, мне сорок девять, терпение у меня профессиональное. А потому что с каждой минутой ожидания букет из романтического жеста превращался в реквизит клоуна: мужик стоит с цветами у двери, смотрит на часы, а его свидание опаздывает на двадцать, тридцать, тридцать пять минут.
Я уже набирал «Алина, всё в порядке?», когда из такси вышли двое. Алина — и незнакомая женщина. Шли через парковку, переговариваясь, и у меня появилось ощущение, что я смотрю на чужое свидание.
— Привет! Прости за опоздание — Наташу заезжала забирать. Она просто посидит, не обращай внимания.
Наташа — рыжая, крупная, с взглядом ревизора — протянула руку:
— Очень приятно. Алина про вас много рассказывала. Цветы красивые, кстати. Розы?
— Пионы, — ответил я, всё ещё пытаясь осознать, что мой романтический ужин на двоих только что стал посиделками на троих.
Первые пятнадцать минут: столик для двоих, стулья для троих
Я забронировал столик у окна — тихий угол, свечка, два бокала. Когда мы подошли, официант посмотрел на нас, на бронь, на три человека вместо двух — и с профессиональной невозмутимостью принёс третий стул.
Наташа села не сбоку, а между нами — буквально по центру, как рефери на ринге. Алина оказалась напротив, через Наташино плечо. Чтобы смотреть ей в глаза, мне нужно было заглядывать за подругу, как за колонну.
— Ну, Олег, рассказывайте, — начала Наташа, открывая меню. — Алина говорит, вы инженер? Интересная работа?
— Наташ, дай человеку хоть сесть нормально, — Алина тронула её за рукав.
— Я нормально! Просто знакомлюсь. Олег, вы не против?
Я был против. Очень. Но сказать «уведите подругу» на первом свидании — значит выглядеть грубияном. А я не грубиян, я мужчина, который два часа выбирал рубашку и заплатил за бронь в ресторане, куда пришёл с букетом — а получил собеседование с двумя экзаменаторами.
— Не против, — ответил я, потому что не придумал, как быть «против» и не испортить вечер окончательно.
Тридцать минут: Наташа берёт управление
Наташа вела вечер как модератор — задавала вопросы, комментировала, направляла. Алина вставляла реплики, как зритель в ток-шоу.
— Олег, а почему развелись? — спросила Наташа между салатом и горячим.
— Наташ! — Алина покраснела.
— Что? Все разведённые после сорока говорят «не сошлись характерами», а потом выясняется — пил или гулял. Я экономлю Алине время.
— Не пил и не гулял. Просто разлюбили.
— А квартира чья?
— Наташ, хватит! — Алина дёрнула её за руку.
— Алин, мы же договаривались — я спрошу то, что ты стесняешься.
Я отложил вилку.
— Договаривались? Алина, вы заранее составили список вопросов и распределили роли?
Алина опустила глаза:
— Нет, ну не список... просто Наташа сказала, что на первых свиданиях нужен кто-то со стороны, объективный взгляд. Она меня хорошо знает, видит людей насквозь...
— Людей насквозь, — повторил я, глядя на Наташу, которая жевала стейк с видом полной правоты. — Замечательно. То есть я сижу в ресторане, куда пришёл познакомиться с женщиной, а вместо этого прохожу кастинг перед её подругой. Я правильно понимаю ситуацию?
— Олег, не драматизируйте, — Наташа махнула вилкой. — Это для вашего же блага. Если вы нормальный мужчина — вам нечего бояться. А если нет — лучше узнать сейчас, чем через полгода.
Минута, когда я решил поменять правила
Я посмотрел на Алину — красивая, смущённая, в платье, выбранном не для ужина с подругой. Новый браслет, укладка, дорогие духи. Она готовилась, хотела понравиться — но привела надзирателя. Не от хитрости, а от страха.
— Наташа, — сказал я спокойно. — Можно вас попросить?
— Слушаю.
— Подойдите к бару на десять минут. Возьмите коктейль за мой счёт. Мне нужно поговорить с Алиной. Наедине. Десять минут — потом возвращайтесь и экзаменуйте дальше.
Наташа открыла рот. Алина — тоже. Повисла пауза, в которой официант, проходивший мимо, ускорил шаг.
— Наташ, правда — иди, — тихо сказала Алина.
Наташа посмотрела на неё, на меня, на свой стейк — и встала. Забрала бокал и ушла к бару, бросив через плечо:
— Десять минут, не больше.
Десять минут без Наташи: настоящее свидание
Мы остались вдвоём. Алина смотрела в стол.
— Мне стыдно, — сказала она.
— За что?
— За всё. За опоздание, за Наташу, за вопросы про квартиру. Я не должна была её брать. Но я боялась.
— Чего?
— Остаться с незнакомым мужчиной один на один. Последнее свидание — мужчина оказался женат. До этого — алкоголик, три месяца притворялся трезвенником. Ещё раньше — на втором свидании попросил денег. Три провала подряд, Олег. И Наташа сказала: «В следующий раз иду с тобой». Я согласилась, потому что устала ошибаться.
— Понимаю, — сказал я. — Но Наташа — не рентген. Она не увидит, хороший я мужчина или нет, за один ужин. Зато она точно помешает нам обоим понять, есть ли между нами что-то. Потому что нельзя почувствовать человека через посредника — как нельзя попробовать суп чужой ложкой.
— Красивая метафора.
— Я инженер, у нас все метафоры технические. Так вот, Алина — вы мне понравились. Ещё в переписке. И сейчас нравитесь, несмотря на Наташу и её вопросы про мою квартиру. Но второе свидание — если оно будет — я хочу провести с вами, а не с вашим отделом безопасности.
Она засмеялась — впервые за вечер, искренне, закрыв лицо рукой. И в этом смехе было столько облегчения, что я понял: ей этот вечер дался тяжелее, чем мне.
Наташа вернулась ровно через десять минут — с пустым бокалом и вопросительным выражением.
— Ну что, живой? — спросила она Алину.
— Живой, — ответила Алина. — Наташ, спасибо тебе, но дальше я сама.
Чем закончился вечер — и что я вынес
Проводил Алину до такси. Наташа уехала первой, крикнув: «Если что — звони, я не сплю до двух!»
— Прости за сегодня, — сказала Алина. — Худший первый вечер. Пойму, если не захочешь второго.
— Хочу. Но Наташа узнаёт подробности из пересказа, а не из-за стола.
Второе свидание — через три дня, вдвоём. Алина пришла одна: «Наташа передаёт привет и просит узнать твой знак зодиака». Я рассмеялся. И вечер стал тем, чем должен был стать с самого начала.
Мне кажется, на свиданиях после сорока пяти за каждым странным поступком женщины стоит не странность, а шрам. Она привела подругу не от наглости — от страха. Три провала подряд научили её не доверять, и единственный инструмент защиты, который она нашла, — чужие глаза за столом. Это не мудрость и не глупость — это бронежилет, надетый поверх платья, в которое она влезла ради тебя.
Хочу спросить — и тут у каждого своя Наташа:
Женщины: вы когда-нибудь брали подругу на свидание «для подстраховки» — и чем это кончилось?
Мужчины: если женщина пришла на свидание не одна — вы бы остались или ушли сразу?
Привести подругу на первое свидание — это предосторожность умной женщины или сигнал, что ей проще спрятаться за чужую спину, чем рискнуть самой?