Она бережно складывала легкие летние вещи в чемодан. За окном мела февральская вьюга, а перед мысленным взором Лены уже расстилался Индийский океан.
— Ну ты даешь, Ленка, — вздохнула Марина, сидя на краю кровати с бокалом вина. — Мальдивы посреди зимы. И все за счет мужа. Влад у тебя просто золото, а не мужик.
Марина, подруга со студенческой скамьи, всегда умела восхищаться чужим счастьем с легкой, едва уловимой ноткой зависти. Сама она после болезненного развода жила от зарплаты до зарплаты, перебиваясь случайными романами. Лена же, выйдя замуж за Влада, вытянула счастливый билет. Он был успешным архитектором, зарабатывал отлично и, казалось, носил жену на руках.
— Да, он старается, — улыбнулась Лена, аккуратно укладывая шелковое парео. — Работает на износ, чтобы мы с Антошкой ни в чем не нуждались. Вот, отправил нас на две недели к солнцу, пока у него сдача крупного проекта.
Влад действительно пропадал на работе сутками. "Ради нас", — говорил он, целуя ее перед уходом. И Лена верила. Она создавала уют, воспитывала сына и ждала мужа с горячим ужином.
Накануне отъезда Лена решила достать с верхней полки шкафа старый рюкзак. Потянувшись за ним, она случайно смахнула небольшую коробочку, запрятанную глубоко в углу. Коробочка, обтянутая темно-синим бархатом, глухо стукнулась об пол.
Любопытство взяло верх. Лена открыла крышку и замерла. На белоснежной атласной подушечке лежали потрясающей красоты серьги — крупные, чистейшие сапфиры в обрамлении мелких бриллиантов.
Сердце Лены екнуло. Сапфиры... Ее любимые камни. Влад всегда знал, что она равнодушна к золоту и бриллиантам, но от глубокого синего цвета сапфиров теряет голову.
«На годовщину, — пронеслось в мыслях. — Наша годовщина как раз через месяц. Господи, какой же он внимательный!»
Она бережно закрыла коробочку и вернула ее на место, чувствуя, как внутри разливается тепло.
Две недели на Мальдивах пролетели как сон. Белый песок, бирюзовая вода, беззаботный смех сына. Лена вернулась отдохнувшей, загорелой и переполненной любовью к мужу.
Влад встретил их в аэропорту с огромным букетом. Дома ждал накрытый стол. Все было идеально.
На следующий день, разбирая чемоданы и наводя порядок в квартире, Лена решила пропылесосить под компьютерным столом Влада в кабинете. Наклонившись, она заметила в самом углу, около плинтуса, что-то блестящее.
Она вытащила предмет. Это была заколка-невидимка, украшенная крошечным металлическим цветком.
Лена нахмурилась. У нее никогда не было таких заколок. Она носила короткую стрижку и пользовалась только ободками. Зато Марина... Марина обожала подобные вещицы, собирая длинные волосы в замысловатые прически.
«Наверное, заходила в гости, пока нас не было», — подумала Лена, отгоняя неприятный холодок в груди.
Вечером, когда Влад вернулся с работы, Лена, как бы невзначай, показала ему заколку.
— Слушай, нашла под твоим столом. Не знаешь, чья?
Влад мельком взглянул на заколку, и Лена заметила, как дрогнули его ресницы.
— Понятия не имею, — пожал он плечами. — Может, уборщица обронила. Я вызывал клининг перед вашим приездом.
Лена кивнула, но сомнение, маленькое и колкое, уже поселилось в ее душе. Марина никогда не пользовалась услугами клининговых компаний.
Приближалась годовщина их свадьбы. Лена с предвкушением ждала вечера, мысленно примеряя сапфировые серьги к новому платью.
Влад заказал столик в дорогом ресторане. Он был галантен, внимателен, говорил тосты о любви и верности. И вот, наконец, настал момент подарков.
Он достал из кармана пиджака прямоугольную коробочку. Лена затаила дыхание. Форма была другой, не такой, как у той, бархатной.
Она открыла крышку. На черном фоне лежал массивный золотой браслет в виде змеи, кусающей себя за хвост. Глаза змеи были сделаны из мелких изумрудов.
Лена уставилась на подарок, чувствуя, как краска отливает от лица. Змея. Золотая. Изумруды. Все то, что она терпеть не могла.
— Тебе нравится? — спросил Влад, не замечая ее оцепенения. — Это эксклюзивная работа, итальянский дизайнер.
— Очень... необычно, — выдавила Лена, чувствуя, как холодный браслет обвивает ее запястье, словно настоящая рептилия. — Спасибо.
Весь оставшийся вечер она играла роль счастливой жены, но внутри зияла черная дыра. Где сапфиры? Для кого они были предназначены? И чья заколка лежала под его столом?
На следующий день, под предлогом срочной работы, Лена поехала не в офис, а к Марине. Подруга открыла дверь в домашнем халате, явно не ожидая гостей.
— Ленка? Ты чего так рано? Случилось что?
Лена молча прошла в квартиру. Ее взгляд скользнул по прихожей, по столику у зеркала. Там, среди косметики и расчесок, лежала заколка-невидимка с металлическим цветком. Точная копия той, что она нашла под столом Влада.
Лена подняла глаза на Марину. Подруга побледнела, проследив за ее взглядом.
— Лена, я...
— Сапфиры, — перебила ее Лена, и ее голос прозвучал незнакомо и глухо. — Тебе нравятся сапфиры, Марина?
Марина отступила на шаг, прижав руку к груди. Ее молчание было красноречивее любых слов.
Лена развернулась и вышла из квартиры. Она не плакала. Слез не было. Было только чувство абсолютной, выжигающей пустоты.
Она вернулась домой, собрала вещи Влада в два больших чемодана и выставила их за дверь. Когда он вернулся вечером, она просто открыла дверь, молча указала на чемоданы и захлопнула ее перед его носом.
Развод был быстрым и грязным. Влад пытался оправдаться, говорил, что это была ошибка, что Марина сама вешалась ему на шею, что он любит только Лену. Но Лена не слушала. Предательство лучшей подруги и мужа, спланированное и хладнокровное, перечеркнуло все.
Прошел год. Лена сидела в кафе, потягивая кофе и глядя на падающий снег. Она была одна, но впервые за долгое время чувствовала себя свободной.
Дверь кафе открылась, и вошел мужчина. Он огляделся, заметил Лену и подошел к ее столику.
— Добрый день, Елена. Я от Алексея Викторовича, по поводу проекта загородного дома.
Лена улыбнулась. Она снова вернулась к работе дизайнера интерьеров, и ее карьера пошла в гору.
— Присаживайтесь, — ответила она, открывая ноутбук. — Давайте обсудим детали.
Она больше не носила украшений, кроме скромных серебряных пусетов. Сапфиры остались в прошлом, вместе с предательством и ложью. Теперь она сама создавала свою жизнь, яркую и настоящую, не нуждающуюся в фальшивом блеске чужих подарков.