В его карточку я внёс окончательный анамнез и определил предварительный диагноз: «Демономанический галлюцинаторно-бредовый синдром (образы персонажей мифов) на фоне депрессивного расстройства нервной системы». Особенность этого случая заключалась лишь в том, что пациент сам осознавал свою болезнь и желал от неё избавиться. Но при этом, будучи в плену своих видений, был счастлив и хотел бы продлить это состояние. Проявления его заболевания происходили только в одной локации (в мастерской). Эта особенность меня и сбивала с толку. Потому я и не спешил с назначением лечения. Решил понаблюдать.
Он позвонил через две недели и взволнованным голосом попросил: «Доктор, вы можете приехать ко мне в мастерскую? Случилось непредвиденное! Я не знаю, что делать!». Я согласился и помчался к нему.
Он открыл дверь и жестом пригласил внутрь. В его лице и жестах чувствовалось сильное беспокойство.
- Что случилось, голубчик?
- Сейчас вы всё увидите, проходите, проходите.
В мастерской на полу я сразу же наткнулся на груду глиняных осколков. Статуя упала с пьедестала и разбилась вдребезги.
- Она исчезла! – взволнованно произнёс Мастер.
- Вот и прекрасно, - улыбнулся я, - вы же этого сами хотели. И препараты не понадобились. Поздравляю!
Он молча повернул меня к дивану. На диване лежал свёрток из одеяла, перевязанный розовой лентой. В свёртке находился новорождённый ребёнок. Он мирно посапывал с улыбкой на миленьком личике.
- Откуда это у вас? – начиная беспокоиться, шёпотом спросил я его.
Первое, что пришло мне в голову, что у моего пациента обострение расстройства, что он украл этого ребёнка. А это уже плохо. Надо принимать меры.
- Вы видите её? Мою дочь? – безмерно удивился он.
- Да, я вижу новорождённого ребёнка. Но откуда он у вас?
- Она родила вчера мне девочку, а сегодня пропала.
- Тааак, - протянул я в задумчивости, - давайте успокоимся, и вы мне всё расскажете по порядку. Пойдёмте-ка на кухню, угостите меня чаем, пока ребёнок спит. Не будем ему мешать.
Мы пили чай, и он рассказывал:
- Как вы мне предложили, я попросил её пригласить Юпитера к нам. После недолгого сомнения она согласилась. Он прилетел в тот же вечер, но разговаривала с ним только она. Мне он не явился. Может быть, она играла роль, но так явственно, что я полностью был убеждён в реальности их разговора. Юпитер сначала разгневался, но она смогла его смягчить, и гнев сменился на милость. Он благословил нас. Мы оба встали на колени, и я чувствовал его прикосновение к моей голове, но так и не увидел. Когда он оставил нас наедине, она стала моей женой. Это было полным безумием! Трое суток мы почти не сходили с этого дивана. Забыв о еде и отдыхе, мы наслаждались друг другом. Лишь изредка забывались коротким сном и снова впадали в сексуальную эйфорию. Со стороны это могло выглядеть отвратительно. Слипшиеся волосы, потные тела, влажная постель. Но мы этого не замечали. Весь мир пропал, остались только мы. Она была неутомима, а я чувствовал, что погибаю, но остановиться не мог и не хотел. Такая смерть была бы наградой для меня. Но когда я был на грани, она сама остановилась. Сутки я спал, потом мы отъедались и снова валились в постель. В таком режиме прошло десять дней. Сначала я предложил ей переехать в мою квартиру, там было комфортнее, большая ванна и прочее. Но она отказалась. Здесь ей было уютнее. И я не возражал. Она же богиня, она же всегда права. Но однажды утром я обнаружил свою божественную жену беременной на позднем сроке. Конечно, я удивился. Но она успокоила меня сказав, что у богов так принято, они хоть и бессмертны, но зря терять время не любят. И меня этот ответ удовлетворил. Кроме того, я был рад, что у нас будет ребёнок. На следующий день, проснувшись утром, я обнаружил её кормящей грудью младенца. Я как-то даже не удивился. Наверное, привык к божественным чудесам. Моей радости не было предела. Она тоже была счастлива. Чудесная девочка улыбалась нам обоим. Но счастье счастьем, а ребёнок требовал ухода и заботы. Я помчался в магазин за пелёнками-распашонками, памперсами и прочим детским имуществом. А когда вернулся, её уже не было. Статуя было разбита. Осталась только дочка. Я думал, что ещё раз сойду с ума от горя. Даже мелькнула мысль о суициде, но ребёнок… Только она удержала меня от смерти. И тогда я позвонил вам.
Что мне делать?
- Как что! Каждый новорождённый ребёнок должен быть поставлен на учёт в детской консультации, у него должны быть документы. Имя, в конце концов. Как её зовут?
- Мы как-то об этом не успели подумать, - после раздумья сказал он в растерянности.
- Вот видите. Вот что, давайте-ка забирайте вашу дочь и поехали в ближайший роддом.
- А что мы там скажем? Откуда у меня ребёнок?
- Скажете, что нашли у своей двери. Подкидыш. И что хотите удочерить её.
- Но они же её заберут и могут не отдать мне назад, - обеспокоенно сомневался Мастер.
- Обязательно заберут. Так положено. Но там ребёнка обследуют, будут надлежаще ухаживать. А когда вы оформите все формальности, отдадут вам. И тогда ваша дочь станет вашей уже на законных основаниях.
Мы сдали ребёнка в роддом, а они вызвали полицию. Так положено. Я пошёл на должностное преступление и не стал пока уточнять, что это мой психиатрический пациент. Полицейский составил протокол, мы его подписали и нас отпустили.
Несколько дней шли проверки, но никакого криминала не выявили. Дети не пропадали. Не удалось и установить, в каком роддоме был рождён этот ребёнок. Полиция навела справки о личности Фёдора Романовича Иконникова, но ничего плохого не выявила. Сам он настойчиво добивался разрешения на усыновление. И после долгих треволнений, беготни по инстанциям и сбора всех необходимых бумажек, счастливый папаша забрал свою дочь из роддома. Он привёз её в свою квартиру и весь ушёл в заботу о дочери. Ещё пару раз Мастер появлялся у меня на приёме, но я не обнаружил у него никаких признаков умственного расстройства. Дальнейшее наблюдение я отменил. Однако остался безусловно убеждён, что ребёнок не его. И пусть так. Главное, забота о дочке вернула его в нормальное состояние, а ребёнок обрёл заботливого родителя.
С тех пор прошло восемнадцать лет. Совсем недавно я случайно увидел рекламу персональной выставки заслуженного художника Иконникова Ф.Р. Пройти мимо такого события я не мог, тем более, что хотелось повидаться. Профессиональный интерес привёл меня на выставку.
Там было шумно, но его я узнал сразу. Он почти не изменился с тех пор. Пожалуй, даже помолодел, как мне показалось. Когда я подошёл к нему, он тоже узнал меня и с радостью протянул руку. Он выглядел бодрым, весёлым и счастливым. Глаза его горели юношеским задором.
Но даже не это меня поразило до глубины души. Его под руку держала девушка в длинном вечернем платье. Пышные золотистые локоны волной ниспадали на точёные плечи и грудь. В её фигуре, обтянутой тканью платья, безошибочно угадывались идеальные контуры глиняной скульптуры, созданной когда-то руками Мастера. Лицо её невозможно было отличить от тех портретов, которые я видел в мастерской. Это была та самая богиня, которая явилась в видениях художнику.
Заметив, что я поражён красотой девушки, он представил мне её: «Это моя дочь. Вы помните?» «Изида», - представилась она, протянув свою изящную руку. Не удержавшись, я поцеловал тонкие мраморные пальцы.
Мы ещё долго беседовали, рассматривали картины и скульптуры. Он много рассказывал об истории их создания, а потом мы отправились в ресторан.
И до самого расставания меня не покидала мысль: «Я, доктор медицинских наук, психиатр с огромным опытом, многого ещё чего не знаю о психике человека. А кто знает?»
Спасибо за прочтение.
Подписывайтесь, и делайте репосты.
Всегда рад новым читателям.
Пока.