Все описанные события и персонажи вымышлены. Любые сходства с реальными событиями случайны.
Выйдя из вестибюля станции метро «Новослободская», Ольга, легко подхватив Андрея под руку и доверчиво прижавшись к нему плечом, повела своего спутника знакомым маршрутом. Их путь лежал по Селезневской улице мимо здания музея МВД, которое они обогнули, чтобы войти в неприметное одноэтажное строение.
В кабинете, уже знакомом по прошлому визиту, их ждали. Из-за стола навстречу гостям поднялся высокий мужчина, одетый по-домашнему просто — в брюки и свитер. Приветствия были теплыми и искренними: Андрей крепко пожал протянутую руку, а Ольга, поприветствовав хозяина кабинета по имени-отчеству — Юрий Александрович, — одарила его своей обворожительной улыбкой. Получив приглашение пройти и присесть на стулья у стола, они сразу перешли к делу. Ольга, достав диктофон и нажав кнопку записи, объяснила цель их визита: миллионы зрителей «Клуба кинопутешественников» знают его как рассказчика об удивительных уголках планеты, но почти ничего не знают о нем самом. Читателям, без сомнения, будет интересно узнать о том, как он стал врачом и как родилась его страсть к странствиям.
Юрий Александрович начал свой рассказ с самого начала. По его слова, выбора профессии перед ним никогда не стояло: он с детства знал, что будет поступать в Военно-медицинскую академию. Вся его предыдущая жизнь, проведенная в кругу медиков — сотрудников и слушателей академии, — готовила его к этому. Отец, будучи начальником медицинской службы академии, еще мальчишкой водил его в анатомичку. Поначалу было страшно видеть трупы, но детский страх перед смертью не так осознан, как у взрослых, и со временем он привык. Отец рассказывал о великих хирургах, водил в музей при академии, готовя сына к будущему. Поэтому, окончив школу в 1954 году, он поступил в академию без всякого протеже, на общих основаниях, ведь подвести отца было немыслимо.
Их курс оказался сборным: часть составляли вчерашние школьники, а другую — уже послужившие офицеры. Сразу после зачисления всех вчерашних школяров отправили в летние лагеря в Красное Село. Там для Юрия началась новая, подчиненная армейским законам жизнь. Они были не просто студентами, а слушателями военной академии. Весь август длился «курс молодого бойца». Хотя в детстве он и бывал с отцом в этих лагерях, одно дело видеть все со стороны, и совсем другое — самому испытывать на себе все тяготы. Строевые занятия, марш-броски, умение окапываться, бегать в атаки, разбирать и собирать оружие — это был жесткий месяц. Ими командовали курсанты Ленинградского пехотного училища, которые проходили здесь свою предвыпускную стажировку и, по словам рассказчика, «отыгрывались по полной».
На первых курсах царила строжайшая дисциплина. На казарменном положении, без права выходить за территорию и носить штатскую одежду, они жили первые два года. Их казарма находилась напротив Нахимовского училища, на правом берегу Большой Невки. Строем ходили на лекции, строем — на самоподготовку, в анатомичку или столовую. Первые три года были особенно трудными из-за обилия новых предметов: биохимия, коллоидная химия, анатомия, латынь. Учиться было тяжело всем, и вчерашним школьникам, и зрелым офицерам. В изучении латыни ему помогало знание английского, да и сам древний язык привлекал своей чеканной красотой. Принцип обучения был суров: «Не умеешь — научим, не хочешь — заставим, не годишься — выгоним». Это звучало безжалостно, но выпускников готовили прекрасно.
Слушателей первых курсов часто придавали в помощь взводу охраны, и им приходилось ходить в караул, так как солдат на всех объектах не хватало. Под «объектом» могла подразумеваться какая-нибудь труба или котельная. Зимой, облачившись в тулуп и валенки, с винтовкой наперевес, он на два часа заступал на пост. Стоя возле анатомички или котельной, он, чтобы скоротать время, читал про себя стихи. Хорошо, если на посту можно было двигаться. Но самым нелюбимым был пост у знамени академии — самый почетный, но и самый утомительный. Там нужно было стоять истуканом, почти по стойке «смирно», не шевелясь, и каждый раз замирать, когда мимо проходил офицер или генерал. А в вестибюле главного здания их днем проходило немало. Тогда эти отвлечения от учебы страшно не любили, но позже пришло понимание, что так воспитывали выносливость и готовность к любым жизненным ситуациям.
К третьему курсу строгости поумерились. Им разрешили не ночевать в общежитии, куда они переехали из казармы. Все с нетерпением ждали окончания третьего курса, так как раньше к четвертому слушателям присваивали офицерские звания. Но именно на их курсе эту практику отменили, и погоны они должны были получить только по окончании академии.
Примерно со второго курса отец начал настойчиво внушать ему мысль о необходимости занятий наукой. Юрию же в то время больше нравилась хирургия, которая у него, как говорится, «пошла». Он даже ассистировал профессору Колесникову, и тот его хвалил. Отец видел увлечение сына, понимал его, но от своего намерения не отказывался. Он привлек одного из своих выпускников, молодого ученого Александра Еремеевича Карпенко, чтобы тот убедил Юрия заняться наукой. Постепенно он увлекся физиологией, а затем и патологической физиологией на кафедре, куда его переманил другой ученик отца, Николай Иванович Кочетыгов. Это оказалось очень интересным.
Ближе к окончанию академии встал вопрос о будущем. К тому времени он серьезно увлекся красивой москвичкой Галей Петровой, артисткой знаменитого ансамбля «Березка». Они познакомились в Сочи, где он отдыхал, а ансамбль выступал. Затем были встречи в Ленинграде во время гастролей «Березки» и в Москве, куда он все чаще ездил на «Красной стреле». Галя ждала предложения, но он никак не мог решиться на этот шаг, чувствуя ответственность. Что он мог предложить много гастролирующей артистке, не зная, куда получит назначение и как их жизни можно будет совместить? Эта неопределенность заставила его тянуть с решением, и в итоге они расстались.
К окончанию шестого курса, получив офицерское звание, он столкнулся с распределением. Карьера просто военного врача его уже не привлекала, мысли были заняты наукой. Он видел свое будущее так: поработать пару лет обычным врачом в части, а потом вернуться на кафедру в адъюнктуру. Поэтому на комиссии по распределению он высказал пожелание стать младшим врачом полка. Это удивило членов комиссии, ведь учился он хорошо. Но представитель академии, видимо, дал нужные разъяснения, и его пожелание учли, направив в воинскую часть под Бологое.
После расставания с Галиной в его жизнь вошла другая артистка «Березки», более энергичная Ирма Помчалова. Зная теперь место будущей службы, можно было строить планы. Ирма жила в Москве, а место его службы находилось как раз на полпути между Москвой и Ленинградом. Последний отпуск перед назначением они провели на юге, а по возвращении он объявил родителям о женитьбе. Свадьбу сыграли в Москве. Оформив все документы в Ленинграде, он вместе с отцом, уже вышедшим в отставку, на отцовском «Москвиче» отправился к месту своей первой службы.
В этом месте рассказа Юрий Александрович предложил сделать перерыв и выпить кофе. Ольга, останавливая запись, с улыбкой согласилась и спросила, не думал ли он написать книгу о своей жизни. Сенкевич, посмеиваясь, ответил, что время для мемуаров, пожалуй, еще не пришло.
Все вместе они пересекли двор и вошли в четырехэтажное здание, где размещалось кафе. Взяв по чашке кофе, они расположились за столиком у окна. Завязался разговор о путешествиях. Юрий Александрович вспомнил яркое описание Никарагуа, которое Андрей дал в прошлую встречу, назвав эту страну страной вулканов и озер. Его заинтересовало, есть ли среди них действующие. Андрей подтвердил, что местные жители называют такие вулканы «спящими с сигарой в зубах». Ему довелось подняться на некоторые из них. Он поделился ощущениями: стоя у кратера, испытываешь одновременно восторг от прикосновения к чему-то древнему и осознание собственной беззащитности перед силами природы. Вид из жерла открывается мрачный: голые скалы с красноватыми наростами лавы, завывания ветра, пропитанного серой, леденящие душу крики стервятников, кружащих над пропастью, и тяжелый дым, застилающий солнце. Но стоит спуститься вниз, и вулкан уже не кажется пугающим, а выглядит могучим исполином, наблюдающим за людьми.
Сенкевич, соглашаясь, заметил, что в путешествиях видел много сказочной красоты, но порой ему не хватает простого — например, возможности просто сесть на траву и любоваться природой. Во многих тропических местах это чревато встречей с полчищами ползучих гадов. Андрей с жаром поддержал эту мысль, заметив, что из всех тех краев, пожалуй, только на Кубе можно без опасений опуститься на землю.
На площадке Author Today можно приобрести и скачать в формате FB2 электронные книги: «Пикси», «По прозвищу Змей», «Серж» (6 книг), «Сашка» (пока 5 книг).
Полную версию и другие произведения читайте на Boosty, подписка платная всего 130 рублей месяц.