Вскоре он заплясал по‑другому, когда я стала главной по деньгам.
С Семёном мы познакомились на работе — да, вместе работали в соседних отделах. Как‑то завязались у нас отношения: сначала у кофе‑автомата пересекались, потом стали вечером до остановки ходить, потому что нам по пути.
Я не скажу, что мы прямо как друзья общались. Я даже не воспринимала Сёму в качестве парня — ну, приятель по фирме: всегда поможет. Нам всегда в фирме прививали корпоративную культуру.
Ну а потом как‑то очередным пятничным вечером он у меня спросил:
— Слушай, а ты сильно домой торопишься? Говорят, вот тут кафешку новую открыли, коллеги были, сказали: пицца там с кофе — просто обалденная. Может, заглянем? — сказал мне по‑приятельски Семён.
Ну и тут я уже поняла, что Семён смотрит на меня не просто как на коллегу по работе, а как на женщину. Он работал небольшим начальничком — типа зама заведующего отделом, я — секретарём в другом отделе. Формально мы не были связаны должностной иерархией, поэтому я не знала, какой мой будущий муж на работе.
Я лишь видела его улыбчивым и приветливым на обеде и в конце рабочего дня, когда не надо было выполнять директивы, чего‑то от кого‑то требовать и прочее.
Была пятница, настроение приподнятое, ведь впереди выходные. Семён пригласил в кафе, а я и подумала: «А действительно, чего дома‑то делать?»
Я не скажу, что он мне супер‑мега нравился и был прямо мужчиной‑красавцем. Нет… Но как‑то мы сошлись: у меня на тот момент никого не было, у него тоже… Мой предыдущий парень оказался ревнивцем, и я была рада, что разорвала с ним, а этот был, по крайней мере, адекватным.
Вот так мы с ним и гуляли по городу: то в кафешку, то в кино, то просто вечером по парку погуляем, общались. Сёма мне много рассказывал про себя: что очень любит работу свою, что предыдущая его девушка была крайне плохой и они плохо расстались.
А потом он предложил мне переехать к нему, и я согласилась. Через полгода после переезда Сёма мне сделал предложение выйти за него замуж, и я снова согласилась.
Он полностью меня устраивал: спокойный, надёжный, не крикливый, как мой бывший, к каждому столбу меня не ревнует, работу любит, деньги зарабатывает. Что ещё нужно для счастья?
Ну а потом я ушла в декрет, родился у нас Миша. У Семёна жизнь не изменилась: он каждый день ходил на работу, приходил с работы поздно, а я не всегда успевала приготовить ему ужин.
— Что‑то я не понял, Оль? А где покушать? Я целый день на работе трудился, а ты суп не удосужилась приготовить? — высказал мне претензии муж.
— Извини, я не успела… Сегодня с Мишкой в поликлинику мотались, потом пришли, я его покормила, потом на прогулку с ним пошли, а после прогулки он заснул, и меня сморило — всю ночь ведь не спали… — оправдывалась я перед мужем.
— Знал бы, в кафешку какую зашёл… — пробубнил Семён.
— Не надо в кафешку, я сейчас разогрею. Слушай, Сём, я бы в магазин сходила, продуктов каких купила, пока ты кушаешь. Совсем я дома засиделась, хочется хоть в магазин сходить! — попросила я мужа.
— Ну так сходи… — недовольно проговорил муж.
Сёма сильно изменился с того времени, как я ушла в декрет. Я всё думала, что ему просто тоже тяжело: Мишка часто по ночам не спит, приходится укачивать, убаюкивать — вот Сёме и тяжело. Муж стал раздражительным и даже грубым. Вот и в этот раз всё повторилось.
— Слушай, ты мне карту свою дай, на моей деньги ещё с прошлого раза закончились. Помнишь, я последний раз подгузники взяла, и денег у меня там всего 500 рублей, — проговорила я мужу.
— Карту? — многозначительно проговорил муж. — А ты там что покупать‑то собралась? Всё же есть дома. Иди просто так развейся…
— Ну… Крупы кончились, хлеб в булочную надо купить, пельменей я сразу на неделю беру… — начала я перечислять список покупок, которые мне надо было совершить.
— Так… Подожди, не так быстро… Я не успеваю считать. Так сколько тебе надо? Я посчитал, ты должна в 1300 уложиться! Сойдёт? — с воздыханием потянулся мой муж к своему телефону. — Я тебе сейчас перекину.
— Подожди… Ты шутишь? Что ты на 1300 купишь? Я же не всё сказала, а вдруг я что‑то по дороге вспомню или уже в магазине увижу. Вот, например, яйца ещё надо купить сразу две упаковки, чтобы потом не бегать, заварка кончилась! — проговорила я.
— Ну так сколько накинуть, ещё рублей 300?! — уже раздражённо проговорил муж.
— Ты сразу тысяч пять мне закинь, тогда точно хватит! — я тоже уже была несколько раздражена таким подходом мужа.
— Нет, дорогая, так дела не делаются… Давай ты сейчас всё чин по чину составишь мне в Excel, сходишь в магазин, выпишешь мне цены, а потом мне на утверждение пришлёшь, а я уже тогда тебе без проблем нужную сумму перекину! — проговорил муж.
— Подожди… То есть ты хочешь сказать, что я с тобой должна согласовывать список покупок? — удивилась я.
— Ну да, а чего такого? В семье сейчас деньги я зарабатываю, и мне нужен контроль над финансами, — заявил мне муж.
— Но раньше у нас такого не было? Ты, когда тебе было надо, брал мою карту и оплачивал с неё то, что тебе было нужно. Помнишь? На летнюю резину на машину тебе не хватало? Ты взял и оплатил тогда с моей карты! — призвала к памяти своего мужа.
— Ну я не виноват, что ты так бездумно дала распоряжаться мне своими деньгами, а я — не такой ветреный. Я человек расчётливый, практичный! Мне нужен во всём учёт! — проговорил Семён.
— Так значит, у тебя «свои» деньги стали, когда я в декрет вышла? Раньше, значит, деньги были общими, которые были на моей карте, а твои деньги всегда были твоими? Постой‑ка. И вправду, ты никогда мне не давал свою карту и не перечислял мне с неё! — удивилась я своей слепоте.
— Ко мне какие вопросы? — буркнул Семён, доев суп. — Кофе мне варить будешь или мне самому этим заняться?!
— Я так‑то в магазин собралась и жду от тебя финансов! — уже более раздражённо проговорила я.
— Знаешь, дорогая, — уже более раздражённо проговорил Семён, — давай ты просто сходишь на улицу, прогуляешься, а покупки на сайте в корзину добавишь, я посмотрю и оплачу. Лады? — проговорил Сёма.
Я согласилась, хотя мне было обидно такое поведение мужа. Я сделала ему через силу его любимый кофе, оделась и буквально выбежала на улицу.
На улице меня прорвало: я всю прогулку проплакала. На моей карте было ещё рублей 500, я зашла в магазин, взяла себе кофе.
— Сегодня к кофе у нас бонус, вот, возьмите билетик! — протянула мне улыбчивая продавщица на кассе. — Плюс я вам кофе по скидке пробила — как для пенсионеров!
— Боже, неужели по мне видно, что у меня совершенно нет денег? А может, у меня вид такой жалкий и заплаканный, что впервые мне женщина на кассе предложила сделать скидку?
— Спасибо большое, скидка мне действительно не помешает, и немного удачи! — проговорила я и улыбнулась кассиру.
— Ну, за удачу я не ручаюсь, а скидку в 20 % вам провела. Потом скажете, что там эти билетики — совсем хламные или что‑то всё же выскакивает? — улыбнулась мне в ответ кассир.
— Обязательно, спасибо за кофе! — поблагодарила я уже немолодую женщину.
Кофе и забота совершенно чужого мне человека сотворили чудо. Я перестала плакать, успокоилась, зарядилась позитивом и пришла домой как ни в чём не бывало.
Вечером я, как и хотел муж, сформировала заказ, перекинула список покупок Семёну и ждала его одобрения.
— Так, сметаны слишком много, да и творог слишком дорогой, вычёркиваем, — бубнил себе под нос Семён.
— Сём, а что случилось? Тебе зарплату урезали? — спросила я у мужа.
— Нет, с чего ты взяла? — недовольно посмотрел на меня муж.
— С того, что ты уж больно стал экономным. Ты мне тут половину списка покупок почёркал, зато две пачки своих фирменных сигарет по 200 рублей пачка приплюсовал и пива! — укорила я мужа.
И тут Семён взорвался, он даже подпрыгнул на диване.
— Ты?! Ты ещё будешь мне тыкать, что мне покупать, а что нет?! Я зарабатываю все эти деньги, и я имею право покупать себе всё, что я пожелаю! — взвизгнул он.
— То есть себе ты имеешь право покупать всё без ограничений, а мне? А сыну? Я люблю именно вот этот творог, да, он дороже, и сметана мне больше нравится именно та, которую ты вычеркнул! Немедленно включи их обратно в список покупок! — тоже взорвалась я.
— И не подумаю! — буркнул муж.
Я тогда тоже вышла из себя, слёзы обратно нахлынули, нахлынула обида на мужа, ведь я точно знаю, что это далеко не последние деньги.
Муж мог с лёгкостью спустить десятку в баре с друзьями после работы, мог купить себе новый модный чемодан тысяч за 20 или новую куртку — причём он любил всё брендовое. Но вот мою любимую сметану, которая на 20 рублей дороже, он категорически покупать мне отказывался.
Я воспользовалась кредиткой и сделала отдельный заказ — причём демонстративно: я заказала свою любимую сметану, молоко и взяла себе ещё кофе, причём самую дорогую позицию.
Курьер, когда доставлял заказ, ещё такими глазами на мужа посмотрел, отдавая ему заказ.
— А это на имя другого человека, но по этому же адресу, — вопросительно проговорил курьер и было хотел вручить мой пакет с кофе мужу.
— Нет, это моё! Муж не покупает со своих денег мне сметану и кофе, приходится заказывать отдельно! — демонстративно проговорила я курьеру, чтобы муж слышал.
— Ай‑ай‑ай, — неодобрительно помотал головой уже возрастной мужчина, посматривая на моего мужа, потом кивнул мне и поплёлся дальше.
— Чего добилась‑то? К чему этот спектакль?! У нас теперь будет так: мои деньги — значит, я решаю, как их тратить. Появятся свои — трать их, куда хочешь… — бросил муж.
Только муж и не подозревал, что буквально в субботу утром на меня свалились практически 15 миллионов рублей — это уже за вычетом налогов.
— Ну вот, я теперь богата! — проговорила я демонстративно мужу. — У меня на счёте вот такая вот сумма!
Я показала мужу сумму с шестью нулями в своём банковском приложении.
Муж как начал прыгать до потолка, обнимать меня, целовать — не верил в произошедшее. А я ему объяснила:
— Ну вот, а ты на меня обижался… Да если бы я тогда перечислил тогда эти пять тысяч, может быть, всё иначе сложилось, и не дали бы тебе тот билетик! — хохотал Сёма.
— Может, и так. Надо сходить поблагодарить ту женщину на кассе! — лишь тихо проговорила я.
— Не вздумай ей ничего ценного покупать! Коробку конфет возьми, да и хватит с неё! — машинально пробубнил Семён.
— А это уже не тебе решать, это мои деньги — что хочу с ними, то и делаю. Я ей решила миллион перечислить, пусть не половина, но хотя бы… — проговорила я мужу.
Вы бы видели, что с ним творилось: его глаза налились кровью, стали злыми.
— Что?! Ты сдурела?! А ну отдай мне свою карту обратно, отдай телефон! — попытался вырвать у меня мой телефон Семён из рук, но я не дала ему это сделать и смогла оттолкнуть от себя.
— Я уже давно всё решила. Завтра мы едем в салон, покупаем новую машину, а старую потом продадим или в трейд‑ин сдадим, если предложат хорошую стоимость. Потом… Надо купить вторую квартиру — трёшку, а мою однушку будем сдавать! — как ни в чём не бывало диктовал условия мне муж.
Нет, квартиру я действительно купила — трёшку. И машину тоже купила, только уже после развода с Семёном.
Развод был тяжёлым. Сёма пытался разделить ту сумму, которую я выиграла, подав заявление, что деньги, выигранные в процессе брака, являются совместной собственностью.
— Уважаемый суд! Мы в состоянии доказать, что этот билет был передан в дар по акции магазина именно моему клиенту такого‑то числа в 19:00. Моя подзащитная купила в магазине кофе, а как раз за кофе и полагалась данная акция, — проговорил мой адвокат на суде.
— Тем самым я считаю доказанным, что моя клиентка приобрела данный билет за свои собственные средства. К тому же она самостоятельно перечислила налоговые обязательства в бюджет государства, а билет был подарен, — добавил адвокат.
— Чем это можете доказать? Предъявите доказательства? — скептически посмотрела на меня судья.
— Да, вот выписка со счёта клиентки. Этот счёт является собственным счётом моей подзащитной. А также в зале есть свидетель — работник того самого магазина, которая и осуществляла отпуск товара в тот день. Она всё может подтвердить! — проговорил мой адвокат.
У суда больше не было вопросов, и Сёма ничего не получил.
— Подожди, это получается, что если бы я дал тогда тебе свою карту, то… — уже после суда подошёл ко мне уже бывший муж с ошарашенным видом.
— Да, Сёма, и тогда бы ничего бы этого не было: у нас бы была общая трёшка, а у тебя — новый кроссовер! Но ты же у нас расчётливый товарищ, вот и считай свои деньги сам, а я буду считать свои! — высказала я Сёме, развернулась и пошла в другую сторону.
— Постой, Оль, ну что ты… Ну так не делается… Давай не дури, когда переезжать‑то будем? Неужели ты из‑за такой мелочи? Ну показала характер — и ладно! — кричал мне в спину Семён.
А я шла и мысленно улыбалась, на моих щеках были слёзы обиды, но Семен их не видел. Я победила. И хорошо, что вскрылось это всё сейчас — у меня ещё есть шанс начать всё с начала.
