На поле брани он не знал сомнений, но в личной жизни маршала Жукова метания между женщинами напоминали затяжной бой, у которого не было победного финала.
Мария Волохова, Александра Зуйкова, Лидия Захарова, Галина Семёнова — каждая из спутниц Маршала Победы оставила свой след в истории, но ни одна не могла назвать его своим окончательно.
Осенью 1919 года в саратовском лазарете, пропахшем карболкой и йодоформом двадцатидвухлетняя Мария Николаевна Волохова, дочь саратовского мещанина, окончившая гимназию, работала медсестрой.
В палату, где она дежурила, привезли молодого командира. Георгию Жукову шёл двадцать четвёртый год, он лечился после тяжёлого ранения. В госпитальной тишине их взгляды встретились. Он был коренаст, с цепким, тяжёлым взглядом, она — статная, с мягкими чертами лица.
Позже Мария вспоминала: он казался суровым, неразговорчивым, но в глазах его иногда загорался такой огонь, что становилось жарко. Между юной медсестрой и молодым командиром закрутился стремительный роман, но война не терпит сантиментов.
Едва зажили раны, Жукова отправили на фронт гражданской войны. Влюбленные расстались, как тогда казалось — ненадолго.
Расставание, расстояние, а жизнь-то продолжается! В конце 1920 года, командуя эскадроном в Воронежской губернии, на станции Анна, Жуков встретил молодую учительницу Александру Диевну Зуйкову.
Девушке было двадцать лет, она была дочерью агента по продаже швейных машин «Зингер». Жуков, окончивший лишь церковно-приходскую школу, оценил её образованность — Александра помогала ему совершенствоваться в русском языке.
Георгий Константинович оформил Сашеньку Зуйкову писарем в эскадрон, и с тех пор она следовала за ним везде. Считается, что в 1922 году их брак зарегистрировали, хотя документы об этом не сохранились, и спустя три десятилетия регистрацию пришлось повторять. Ничего удивительного, если официального брака в начале 20-х годов и вовсе не было.
В молодой советской республике официальный брак довольно длительное время считался буржуазным пережитком и многие "кремлевские жены" и супруги деятелей Политбюро ЦК КПСС на деле являлись лишь сожительницами, получая официальный статус лишь в 50-х и 60-х годах, когда такое негласное распоряжение было спущено "сверху".
Александра Диевна считала себя женой, старалась как-то обустроить быт вечно пропадавшего на службе мужа, а он мотался по служебным делам и в 1923 году судьба занесла уже командира 39-го кавалерийского полка Жукова в Минск,. А там... он вновь нашёл Марию Волохову.
Первая любовь Георгия Константиновича ничуть не изменилась, чувства вспыхнули с новой силой и началась странная жизнь на два дома, растянувшаяся на шесть лет, с 1923 по 1929 год. Мария и Александра знали о существовании друг друга, но обе молчали.
В декабре 1928 года Александра Зуйкова родила дочь, которую назвали Эрой. А уже через полгода, в 1929-м, у Марии Волоховой родилась дочь, ей дали имя Маргарита. Отцом девочки был Георгий Константинович.
Напряжение достигло предела. Александра Диевна была женщиной крутого нрава и не собиралась уступать сопернице. Узнав о рождении Маргариты, она написала заявление в партийную организацию, требуя, чтобы Жуков официально жил в одной семье — с ней.
Это нам сейчас кажется, что вмешивать партийные органы в личную жизнь, да еще и требовать, чтобы на мужа повлияли и он перестал ходить "налево" - из области сюрреализма. Но тогда было иное время, а по тому, как муж ведет себя с женой, судили о его моральных качествах: "Изменяет жене? А что если он и родной партии изменит?"
Жукову скандал с двоежёнством мог стоить карьеры. По свидетельству Маргариты Георгиевны Жуковой, Александра не ограничилась партийным заявлением: «Отец ушёл от Зуйковой, но та заявила: она ославит его на весь свет, и даже предлагала взять меня на воспитание. И маме грозилась облить лицо кислотой».
Мария Николаевна испугалась — не за себя, за дочь. Вскоре она уехала с Маргаритой в Минеральные Воды, где вышла замуж за инженера-строителя А. М. Янина. Но Георгий Константинович был официально указан отцом в ее свидетельстве о рождении, да и внешне Маргарита оказалась самой похожей на великого отца. Позже, именно эта дочь будет позировать скульптору Клыкову, автору памятника Георгию Константиновичу на Манежной площади.
Жуков же подчинился требованиям Александры, ему объявили выговор за аморальное поведение в семейной жизни, но карьеру сохранили. В 1937 году у Александры Диевны родилась ещё одна дочь — Элла.
Ходили слухи, что Эра и Элла были приёмными — Зуйкова страдала бесплодием, но брала девочек, чтобы создать видимость полноценной семьи и держать Георгия Константиновича при себе. Впрочем, слухи могли и не иметь под собой никакой реальной почвы: где есть женское соперничество, всегда будут и сплетни.
Факт остаётся фактом: Александра удержала мужа, а Мария Волохова исчезла из его биографии почти бесследно.
Осенью 1941 года под Москвой, в дни, когда судьба страны висела на волоске, маршал Жуков встретил новую любовь — военфельдшера Лидию Владимировну Захарову. В историю она вошла как «походно-полевая жена», хотя сам Жуков незадолго до этого издал приказ, предписывающий удалить всех женщин из штабов и командных пунктов, чтобы прекратить подобные отношения.
Но Лидия была не просто женщиной при штабе — она прошла с Георгием Константиновичем всю Великую Отечественную, выхаживала после ранений, делила тяготы неустроенной жизни первых лет войны.
Современники вспоминали Захарову как негромкую, выносливую, преданную, ту, что была рядом с маршалом в самые тяжёлые дни — под Москвой, под Сталинградом, на Курской дуге. Их отношения продолжались до 1950 года, когда Жуков, оказавшись в опале после войны, отправился командовать Одесским военным округом.
Лидия осталась в Москве, позже вышла замуж за полковника Валентина Игнатюка и прожила с ним почти сорок лет. Говорят, Жуков тяжело переживал их расставание, и в его домашнем архиве всегда лежали её снимки. Лидия Владимировна погибла в 1996 году в автокатастрофе, она тоже всегда трепетно хранила фотографии маршала.
В 1950 году, во время службы на Урале, в Свердловске, Жуков познакомился с Галиной Александровной Семёновой. Девушке было двадцать четыре года, она работала врачом в военном госпитале. Разница в возрасте с Георгием Константиновичем составляла тридцать лет, но это не стало помехой.
Официально оформить отношения долго не получалось: Жуков всё ещё был связан браком с Александрой Диевной. Лишь в 1965 году, после долгих лет разлада прежний брак был расторгнут и Жуков официально женился на Галине.
Маршалу шёл седьмой десяток, когда у него родилась еще одна дочь, Мария. Имя не случайное? Галина стала последней спутницей полководца, ухаживала за ним до последних дней. До своих последних дней.
При такой разнице в возрасте, именно Галине суждено было уйти первой - опухоль. 13 ноября 1973 года Галина Жукова умерла. Маршал пережил её всего на семь месяцев. 18 июня 1974 года человек, творивший историю, стал ее неотъемлемой частью.
Мария Георгиевна - единственная из четырёх дочерей, которая носила фамилию отца с рождения, окончила МГИМО, написала книгу воспоминаний и долгие годы хранила мемориальный кабинет маршала. У неё родился сын Георгий — внук, названный в честь великого деда.
Эра, старшая дочь Александры Диевны, работала в Институте государства и права Академии наук, вышла замуж, жила в Москве, но отца видела редко — отношения в семье были сложными. Элла стала переводчиком, много лет проработала в системе внешней торговли и на радио. Обе они редко давали интервью и предпочитали не выносить семейные драмы на публику. Эра умерла в 2003 году, Элла — в 2009-м.
Маргарита, дочь Марии Волоховой, росла в Минеральных Водах. Её отчим, инженер-строитель, пропал без вести на фронте в 1942 году. Мария Николаевна Волохова больше не выходила замуж.
Маргарита окончила МГУ, работала преподавателем, не стремилась к публичности, не требовала от отца внимания, иногда встречалась с ним, но эти встречи оставались за кадром официальных биографий. У Маргариты родился сын, которого она назвала Георгием — тоже в честь деда. Внук маршала позже станет рассказывать о запутанной истории семейных отношений Жукова, которую так долго скрывали.
«Моя бабушка, Мария Николаевна, была женщиной необыкновенной верности, — скажет он в одном из интервью. — Она любила его до конца своих дней и никогда ни в чём не упрекала».
Мария Николаевна Волохова прожила долгую жизнь, работала, поднимала дочь, пережила войну, эвакуацию, голод. Она никогда не давала интервью, не писала мемуаров, ушла из жизни в начале 1980-х.
В запутанной личной жизни великого полководца Мария Николаевна Волохова осталась единственной, кто не боролся за него, не писал доносов, не просил материальных благ, не требовал убрать соперниц.
Спасибо за лайки!