Найти в Дзене

От одиночества к системе

Как меняют жизнь людей с орфанными дерматозами в России и Азии Кожа, хрупкая, как крыло бабочки, повреждается от малейшего прикосновения. С этой реальностью с рождения живут дети с буллезным эпидермолизом, которых называют дети-бабочки. Их семьи ежедневно сталкиваются с болью, риском инфекций и многочасовыми перевязками. Другая тяжелая болезнь — ихтиоз, когда кожа покрывается похожими на рыбью чешую пластинами, что приводит к проблемам с терморегуляцией, зрением и слухом. Эти наследственные заболевания кожи пока остаются неизлечимыми, но современная медицина может взять их под контроль и кардинально улучшить качество жизни пациентов. Как рассказали журналу «Здравоохранение России» руководитель отдела научных и образовательных проектов фонда «Дети-бабочки» Виктория Поленова и основатель и руководитель благотворительного фонда «Дети-бабочки» и АНО «Редкие женщины» Алена Куратова, долгое время в России, как и во многих странах, помощь пациентам с редкими болезнями была разрозненной. Семь

Как меняют жизнь людей с орфанными дерматозами в России и Азии

Кожа, хрупкая, как крыло бабочки, повреждается от малейшего прикосновения. С этой реальностью с рождения живут дети с буллезным эпидермолизом, которых называют дети-бабочки. Их семьи ежедневно сталкиваются с болью, риском инфекций и многочасовыми перевязками. Другая тяжелая болезнь — ихтиоз, когда кожа покрывается похожими на рыбью чешую пластинами, что приводит к проблемам с терморегуляцией, зрением и слухом. Эти наследственные заболевания кожи пока остаются неизлечимыми, но современная медицина может взять их под контроль и кардинально улучшить качество жизни пациентов.

Как рассказали журналу «Здравоохранение России» руководитель отдела научных и образовательных проектов фонда «Дети-бабочки» Виктория Поленова и основатель и руководитель благотворительного фонда «Дети-бабочки» и АНО «Редкие женщины» Алена Куратова, долгое время в России, как и во многих странах, помощь пациентам с редкими болезнями была разрозненной. Семьи годами находились в поисках диагноза, пытаясь понять, что происходит с их ребенком. После его постановки следовало многомесячное ожидание консультации в федеральном центре. Поездка туда требовала колоссальных финансовых и моральных затрат. Проблема носила системный характер: врачи в регионах не обладали достаточными знаниями о редких патологиях, не было четких алгоритмов действий для пациентов, а поддержка пациентов и их семей ограничивалась эпизодическими акциями.

Инициатором системных изменений выступил благотворительный фонд «БЭЛА. Дети-бабочки», который работает с 2011 года. Он разработал и внедрил модель центров генных дерматозов (ЦГД), которую реализует совместно с министерствами здравоохранения субъектов Российской Федерации. Фонд открывает такие центры на базе государственных медучреждений, организует и курирует их работу. Ключевая философия модели — не построить с нуля дорогостоящие клиники, а грамотно встроить новые компетенции в существующую систему здравоохранения.

Что такое центр генных дерматозов на практике? Это в первую очередь не стены, а новая, выверенная система помощи, сфокусированная на нуждах пациента. Главная идея — сделать высококвалифицированную помощь доступной там, где люди живут. Врачи в ЦГД — дерматологи, педиатры, генетики — проходят специальное углубленное обучение, чтобы стать настоящими экспертами по редким болезням кожи. Центр работает по принципу единого окна: пациенту и его семье больше не нужно метаться между кабинетами — весь необходимый комплекс медицинской, психологической и социальной поддержки они получают в одном месте по четкому и понятному алгоритму.

С 2021 года в России была создана сеть из 12 центров генных дерматозов, охватывающая регионы от Подмосковья до Хабаровского края. Эта модель доказала эффективность не только внутри страны, но и успешно адаптирована в Узбекистане, показав потенциал для международного масштабирования. Например, в пилотной Московской области за два года число пациентов с буллезным эпидермолизом выросло на 316%, что свидетельствует не о всплеске заболеваемости, а о выявлении ранее не диагностированных случаев. При этом потребность в госпитализации в федеральные центры сократилась до минимума, что подтверждает способность регионов самостоятельно оказывать помощь пациентам с орфанными заболеваниями.

Не менее показателен пример Пензенской области. Всего за три месяца работы местный ЦГД принял 1328 пациентов с дерматологическими проблемами, а общая нагрузка по этому профилю в учреждении выросла на 65%. Это доказывает, что создание центра помогает не только «редким» пациентам, но и разгружает систему в целом. Но, пожалуй, самый яркий пример международного успеха — открытие ЦГД в Ташкенте в 2021 году при методической поддержке российских экспертов. Сегодня под наблюдением узбекских врачей, обученных по российской модели, находятся более 600 пациентов. Ежегодно более сотни человек приезжают в Ташкент из других стран Центральной Азии, чтобы получить помощь, которая раньше была для них недостижимой мечтой.

При словах «орфанная помощь» у многих возникает ассоциация с гигантскими, почти неподъемными для государства затратами. Однако модель ЦГД убедительно демонстрирует обратное — она не просто гуманна, но и экономически выгодна. Расчеты показывают, что создание центра окупается всего за 1-2 года. За счет чего достигается этот эффект? Во-первых, практически исчезает необходимость в дорогостоящих и длительных поездках пациентов в федеральные клиники. Например, в Московской области ежегодная экономия на госпитализации составляет 12-15 млн рублей. В Пензенской области эти расходы и вовсе удалось свести к нулю — за отчетный период не было направлено ни одного пациента в федеральный центр. Во-вторых, благодаря ведению детального цифрового реестра пациентов, который учитывает сотни параметров, государство может с высочайшей точностью прогнозировать потребность в дорогостоящих перевязочных материалах и лекарствах. Это позволяет оптимизировать закупки, избегая как дефицита, так и перерасхода, экономя до 22% бюджетных средств.

Краеугольным камнем успеха всей модели стало массовое и непрерывное обучение врачей. Более 15 800 медицинских специалистов из России и стран СНГ прошли специальные курсы. Была создана уникальная онлайн-академия Skill for Skin, где врачи из любого уголка страны могут дистанционно повышать свою квалификацию по авторским программам.

Телемедицина позволила стереть границы для пациентов. Так, в Подмосковье за один год провели 371 телеконсультацию для пациентов с буллезным эпидермолизом и ихтиозом из отдаленных городов и поселков. Это позволило снизить потребность в очных визитах на 25-30%, сэкономив семьям бесценные время, деньги и силы, которые раньше уходили на дорогу.

-2

В конечном счете любая статистика имеет смысл только тогда, когда за ней стоят изменения в жизни реальных людей. И здесь результаты впечатляют. Время ожидания консультации сократилось с 3-6 месяцев до 2-3 недель. Дети пошли в школу: если раньше лишь 35% детей с тяжелыми дерматозами могли посещать образовательные учреждения из-за сложностей с уходом и стигматизации, то сейчас их доля выросла до 78%. Взрослые вернулись к работе — доля трудоспособных взрослых пациентов увеличилась с 28% до 52% благодаря программам реабилитации и поддерживаемого трудоустройства.

Российская модель центров генных дерматозов, инициированная и реализованная благотворительным фондом «БЭЛА. Дети-бабочки», — это живой пример того, как системный подход, грамотное использование технологий и фокус на нуждах человека позволяют решить одну из самых сложных задач современного здравоохранения. Созданная благотворительным фондом «БЭЛА. Дети-бабочки» с нуля и воплощенная в тесном партнерстве с государством, эта модель доказала свою эффективность и продолжает развиваться. Опыт уже стал бесценным активом для международного гуманитарного сотрудничества, наглядно доказывая, что даже с самыми редкими и тяжелыми болезнями можно и нужно бороться сообща, давая пациентам и их семьям не просто помощь, а шанс на полноценную, достойную жизнь.