— Я считаю, что мы должны соблюдать договорённости. Я свои соблюдаю. А ты сейчас пытаешься меня заставить делать то, что я не обещал.
К свои 40 годам Лида обзавелась солидным багажом. За плечами: выматывающий развод, дочка-подросток, усталость от одиночества и твёрдое убеждение, что хороших мужчин щенками разбирают. Бывший муж исчез из их жизни, будто бы его не было. Ни алиментов (попробуй вытряси), ни звонков, ни интереса к ребёнку. Она привыкла тащить всё сама, как лошадь, которая гребет из последних сил в надежде, что где-то там берег.
Сергей появился в ее жизни случайно. Общие друзья позвали ее на шашлыки, и по стечению обстоятельств там был он. Старше ее на несколько лет, тоже разведён, сын девяти лет. Работает инженером, живёт один, по выходным забирает ребёнка.
— А ты с бывшей как? — спросила она его, когда они разговорились.
— Нормально, — пожал плечами Сергей. — Общаемся по делу. Сын же общий. А ты?
— А я никак, — усмехнулась Лида. — Вот ты молодец, алименты платишь, ребенком интересуешься. Мой же парнокопытный как исчез, когда Юле было пять лет, так и с концами. Мотается по необъятной родине, алименты не платит. Тьфу, позорище, а не отец.
Сергей покачал головой, потом подложил ей на тарелку овощей.
— Как можно от своего ребёнка отказаться?
— Не все такие как ты, — польстила она ему.
У них закрутился ни к чему не обязывающий роман. Но всего спустя полгода Сергей предложил жить у него. Квартира большая, да и не мальчик он мотаться на другой конец города к ней. Лида согласилась, а свою квартиру решила сдавать. Обсудили всё заранее, по-взрослому.
— Значит так, — сказал мужчина твердо. — Давай все решать на берегу, чтобы не было обид. Я плачу коммуналку, заправляю твою и свою машину, ее ремонт на мне, плюс покупаю основные продукты. Отдых тоже я оплачиваю. Твои деньги — твои. Сдаёшь квартиру — откладывай, трать на себя, на дочку. Я не лезу.
— А твои деньги?
— Мои — мои, — улыбнулся он. — Если что-то сильно надо будет, скажешь.
— Согласна.
Подумав немного, тихонько добавила:
— Сереж, я понимаю, у тебя сын. Ты его любишь, и все такое. Но честно говоря, я не хочу искать с ним общий язык. Начнутся ссоры, какие-то конфликты. Поэтому, можно ты его не будешь сюда привозить?
В комнате повисла тишина. Лицо у Сергее потемнело, он нахмурился. Она торопливо продолжила, будто бы в попытке его убедить:
— Твоя бывшая может его настраивать против меня, — выговорила она неохотно. — Да и мало ли что. Нам это надо?
— Ты предлагаешь мне ездить с сыном к моей матери?
— Ну да. У тебя отличная мама, она обожает внука. Вот и проводите там время. Прости, но мне не хочется хоть как-то пересекаться с твоим прошлым. Здесь будем только мы. Я, ты и моя дочь.
Ему не хотелось об этом говорить. Он прекрасно понимал, что Лида пытается отгородить его от его собственного ребенка, но ничего поделать не мог. Нравилась она ему, ему было с ней хорошо, и казалось, что рана после расставания с бывшей женой понемногу затягивается. Может быть, она и права. Неизвестно как все это воспримет Артем.
— Ладно, я тебя понимаю. Мама будет не против.
Потекла обычная семейная жизнь. Иногда, раз в месяц, Сергей забирал сына и уезжал с ним на все выходные к матери. Всех все устраивало, ни у кого не было никаких обид.
— Нормально все? — спрашивала она, когда Сергей возвращался. Не потому, что ей это было интересно, просто так было положено.
— Ага. Сделали с ним уроки, поиграли.
— Как с его мамой у тебя отношения?
— Лида, какие у меня могут быть с ней отношения. Когда забираю малого — вижусь. Если что-то случается, то позвонит, обсудим.
Лида злилась. Ей это не нравилось, но она понимала: ребёнок есть ребёнок. Хотя она сама не понимала, почему не так раздражает эта ситуация. Обычная ревность или зависть? У ее Юли нет отца, а Сергей обожает сына, платит неплохие алименты, искренне им интересуется.
Пять лет пролетели незаметно. Юля выросла, поступила в колледж. Отношения у Лиды с Сергеем были идеальными. Они вместе ездили отдыхать, вместе встречали праздники, вместе строили планы. Ей казалось, что наконец-то жизнь дала ей шанс встретить старость под треск огня в камине с любимым человеком, но не тут то было. Она не знала, что всё рухнет в один обычный вечер.
В тот день Сергей пришёл с работы, поужинал и лёг на диван смотреть телевизор. Она хлопотала на кухне, Юля была у подруги. Открыла холодильник, чертыхнулась.
— Сергей, ты сметану что-ли не взял?
— Забыл. Хочешь, сейчас схожу.
— Да лежи ты уже, я быстрее сбегаю.
Она накинула куртку и выскочила из квартиры. Дошла до первого этажа и вспомнила, что забыла телефон. Вернулась, открыла дверь и замерла.
— ...да, я насчитал около двух миллионов. Плюс твои... Да, я знаю. Ну да, лучше оформить на тебя. Ты права, еще просрет по глупости.
Она стояла, боясь пошевелиться. С кем он разговаривает? Какие два миллиона? Что за тайны?
— Да, я смотрел варианты, которые ты скинула. Нет, тот мне категорически не нравится. Давай еще съездим, посмотрим? Нет, соседи это тоже важно. Хорошо, договорились.
У нее потемнело в глазах. Что происходит за ее спиной? Не выдержав, она чеканным шагом зашла в комнату. Сергей поднял на нее глаза и нахмурился:
— Что случилось?
— Сереж, с кем ты разговаривал?
Он молча смотрел на неё. Подождав пару секунд, удивлённо поднял брови.
— Ты что, подслушивала? Судя по твоему выражению лица и по тому, что ты стоишь на светлом ковре в обуви, да.
— Я слышала только про два миллиона.
— Я с бывшей говорил, — сказал он, стараясь быть терпеливым. Мы решили купить ребенку квартиру.
— Квартиру? И оформить на бывшую? — ее голос дрожал от смеси злости, обиды и какой-то всепоглощающей зависти. — Ты копил деньги от меня тайком? На квартиру сыну?
Сергей встал, расправил плечи и пошел на кухню. Он будто бы хотел отгородиться от нее, уйти от этого разговора.
— Я что, не имею право? Мы договаривались: твои деньги — твои, мои — мои.
— Что значит твои? Ничего, что квартира будет оформлена на твою бывшую жену?
— Это временно, пока Артём не вырастет. Точнее, пока он не поумнеет. Не хочется, чтобы он наделал глупостей. Потом переоформим.
— Ты с ней значит встречаешься? Квартиры ездите смотреть?
— Да что ты заладила, — рассердился он. У нас общий ребенок, если ты не забыла. Если у нас с ней что-то не получилось, это не значит, что он должен страдать. Она откладывала алименты, я тоже копил. Тем более, ее родители и моя мама тоже доложат. Это наше с ней общее решение!
— А моя дочь? Ты о ней подумал? Она пять лет живёт с тобой под одной крышей! Ты ей как отец стал! Где ее квартира?
От этих слов Сергей оторопел. Он смотрел на лицо Лиды и понимал, что она говорит это всерьез. Она искренне уверена, что он обязан обеспечивать ее дочь. Сам виноват, что годами так и делал. Вот и уютно устроилась на шее, позабыв обо всем.
— Лида, я не обязан обеспечивать твоего ребёнка. У неё есть отец. Пусть он и помогает.
Лида всхлипнула, на глазах показались слезы:
— Он не помогает! Ты это знаешь!
— Это не мои проблемы, — твёрдо сказал он. — Я тебя сразу предупреждал: я плачу за коммуналку, за продукты, за отдых. Твои деньги — твои. Ты сдавала квартиру пять лет. Ты могла откладывать. Могла купить своей дочери что угодно. Я же не лез в твои сбережения.
Какое-то странное чувство грызло и мучило ее. Бессилие, страх и ещё что-то, что определить она никак не могла. Понимала только, что должна его остановить, что-то такое придумать, чтобы он осознал, что неправ.
— Вот как ты заговорил. Я тратила их на Юлю, на себя, на нас!
— Это твои проблемы. Я копил, это мое право. И не только эти пять лет. Ещё до встречи с тобой стал.
Она смотрела на него и не верила. Этот человек, с которым она прожила пять лет, с которым делила постель, планы, надежды, оказался совершенно другим. Расчётливым, наглым, подлым.
— Ты её любишь? — выдохнула она, осознав, что происходит. — Бывшую?
— Господи, — Сергей устало потёр лицо, открыл холодильник, налил себе рюмку и залпом выпил. — При чём здесь любовь? Мы просто решаем вопрос с жильём для ребёнка. Я с ней развёлся, но мы остались людьми ради сына. Я не виноват, что ты со своим бывшим даже не общаешься. Это твои проблемы. Не надо мне приписывать то, чего нет.
— Ты пять лет жил со мной, а сам втихаря копил на квартиру для бывшей жены! И даже не подумал сказать!
— А зачем? Это мои деньги. Ты за пять лет хоть раз поинтересовалась, сколько вложено денег в твою машину? Ты поправила свое финансовое положение, стала одеваться как человек, вылечила зубы, отдыхаешь на море. Я хоть раз тебя упрекнул тем, что твоя дочь с нами живет, хотя давно уже не маленькая? Я спрашиваю, куда уходит твоя зарплата и твои деньги со сдачи квартиры? НЕТ! Я не лезу, вот и ты не лезь.
— Я не лезь?
— Знаешь, у нас у каждого свои дети. И свои обязательства перед ними.
Лида осознала, что ей не о чем с ним больше говорить. Поэтому развернулась и ушла в спальню, громко хлопнув дверью. Ночь она не спала. Лежала, крутилась и прокручивала в голове его слова. Он прав? Она действительно могла копить. Могла откладывать деньги от сдачи квартиры. Но она тратила: на Юлю, на одежду, на учёбу, на репетиторов, на себя. А он копил. Молча.
Утром, не дав ему даже позавтракать, она начала новый скандал.
— Сережа, я требую, чтобы ты купил квартиру и моей дочери!
Мужчина, который всю ночь проспал на неудобном диване и теперь неважно выглядел, посмотрел на неё с недоумением.
— С какой стати?
— Мы семья! Или ты только своего ребёнка за ребенка считаешь?
— Лида, я к твоему ребенку хорошо отношусь. Но покупать ей квартиру? Это не моя обязанность. У неё есть отец, пусть он и обеспечивает.
— Его нет!
— Это не моя вина и не мои проблемы.
— Ты не любишь меня! Если бы любил, подумал бы о моём ребёнке!
Почему он молчит и только дышит как-то странно? Почему не убеждает ее в любви, не предлагает варианты решения проблем. Что с ним происходит? Почему он смотрит на нее такими злыми глазами?
— Лида, я люблю тебя. Но я не обязан решать твои проблемы. Ты взрослая женщина. У тебя есть квартира, ты её сдаешь. Ты могла копить все это время. Не копила — твои проблемы.
— Я хочу общий бюджет, чтобы я видела, сколько ты зарабатываешь. И с этого дня мы начинаем откладывать моей дочери на квартиру.
— Мы так не договаривались, — напомнил он ей каким-то странным, будто бы механическим голосом. — Я считаю, что мы должны соблюдать договорённости. Я свои соблюдаю. А ты сейчас пытаешься меня заставить делать то, что я не обещал.
Все было бесполезно. Неделю она ходила сама не своя. Пилила Сергея каждый вечер, требовала, плакала, кричала. Он молчал или огрызался.
—Ты изменяешь мне с бывшей, — шипела она.
— Господи, — вздыхал он. — Опять двадцать пять. Я не изменяю, мы просто покупаем квартиру сыну.
— Деньги на неё вы копили вместе! Заранее решили.
— Да, потому что у нас ребенок, и мы умеем разговаривать. И для него мы хотим облегчить старт в жизни.
— А для моей дочери ты значит не хочешь облегчить жизнь?
Сергей был непробиваемый. Через две недели она демонстративно собрала вещи.
— Я уезжаю. Поживём отдельно. Может, ты поймёшь, что неправ.
Внезапно мужчина равнодушно пожал плечами.
— Как хочешь.
Она ждала, что он ее остановит, скажет: «Не уезжай, давай поговорим», но он молчал. Стоял в коридоре и смотрел, как она вытягивает на лестничную площадку чемоданы.
Через час они с дочкой уехали. Юля ничего не понимала, но молчала. Лида же ждала. Ничего, пару дней поживет без нее, потом позвонит и скажет: «Прости, я был неправ, давай мириться». Она ждала день, два, три. Тишина.
Она не верила. Не могла поверить, что человек, с которым она прожила пять лет, вот так просто взял и вычеркнул ее из жизни. Из-за денег. Из-за квартиры для сына. Вечером она позвала в гости подругу. Та удивилась, узнав, что она ушла от Сергея.
— А из-за чего? Вы же вроде нормально жили?
И ее понесло. Всхлипывая и вытирая слезы, она рассказала про подслушанный разговор, про квартиру, про скандалы. Ира слушала молча, крутила в руках бокал. Потом спросила:
— Лид, а ты вообще знала, что он копит?
— Нет. Он не говорил.
— А почему он должен был говорить? У вас же был договор: его деньги — его.
— Ира, но мы семья!
— Вы же даже не расписаны, — вздохнула та. — У вас было банальное сожительство. У каждого свои дети, он старался для своего сына. Это нормально.
— А моя дочь?
— А при чем здесь Юля? Она же твоя, не его. Ты могла для неё копить. Ты же эту квартиру сдавала пять лет. Где деньги?
Лида замолчала. Она как-то бездумно их тратила на себя, на Юлю, на вещи, какие-то процедуры в косметических салонах.
— Ира, ты что, на его стороне?
— Я ни на чьей стороне, — устало ответила подруга. — Я просто пытаюсь понять. Он копил на сына. Тратил на вас, между прочим, тоже немало. А ты хочешь, чтобы он ещё и твоей дочери квартиру купил? С чего бы это?
— Потому что он меня любит!
— Лида, он тебя любит, но он не обязан обеспечивать твоего ребёнка. У неё есть отец.
— Что вы все заладили, его нет!
— Так при чем здесь твой Сергей?
— Да иди ты, еще подруга называется.
С Ирой она поругалась. Та ушла, обидевшись на нее. Ей же казалось, что все против неё. Никто не понимает, что она абсолютно права.
Не выдержав, написала сообщение:
— Ты просто хочешь быть со своей бывшей! Вы квартиру вместе покупаете, значит, и живёте вместе!
Ответ пришел через полчаса.
— Лида, мы не живём вместе. Мы просто родители. И я не обязан перед тобой отчитываться.
Да пошел ты!
— Хватит истерить, я делал всё, что обещал. Платил за всё, возил отдыхать, был рядом. А ты требуешь то, что я не обещал. И устроила скандал из-за того, что я копил на своего ребёнка. Прости, но я так не могу. Давай поставим точку, не пиши мне больше.
Она не стала ничего отвечать. Ей было так больно, что хотелось кричать, биться головой об стену или разорвать Сергея и его бывшую голыми руками. Как он мог так с ней поступить? Обмануть, обворовать и нагло бросить?
Прошло полгода. Ей было сложно привыкать, что теперь все в ее жизни зависит только от нее. Она сама заправляла машину, сама гоняла ее на СТО, сама покупал продукты. Денег стало катастрофически не хватать. Еще и дочка почти не бывала дома: учёба, друзья, личная жизнь. Однажды вечером она зашла на страницу Сергея. На свежей фотографии он, Артём и его бывшая на фоне новой квартиры. Светлой, чистой, с большими окнами. Все трое улыбались.
Подпись: «Новоселье! Теперь у Артёма есть своя квартира. Мы молодцы!»
Лида смотрела на фото и не могла отвести взгляд. Его бывшая жена стояла рядом с Сергеем, но между ними было расстояние. Просто родители, которые радуются за сына. Может, она была неправа? Может, он действительно просто заботился о сыне? И её скандалы, её требования, её ревность — всё это разрушило то, что могло длиться ещё долго?
Она думала о нем, о пяти счастливых годах, о скандале. И понимала: она могла бы быть умнее, промолчать и действительно начать откладывать деньги. И продолжить жить с любимым долго и счастливо. Впрочем, знал бы прикуп, жил бы в Сочи.