…и чтобы я вносил Свет во Тьму…
Айка стояла в растерянности посреди улицы и пыталась разобраться в карте, которую вырывал у нее из рук ветер, очевидно, прилетевший в этот августовский день прямиком из промозглого ноября. «Да где же эта Лесная Школа? – ворчала Айка. – Я в центре города, откуда тут взяться лесу? Или она просто называется лесной?» Но тут Айка поняла, что ей нужно было свернуть еще в предыдущем переулке. Ладно, какая разница. Свернуть можно и тут. Айка решительно двинулась направо по узкой улочке, но тут же остановилась и ахнула – в перспективе улицы виднелся зеленый массив, похожий на лес. Айка прибавила шагу и скоро вышла на угол кружевной чугунной ограды, за которой шелестели ветвями деревья. На угловом столбе висела табличка со стрелкой, указывающей на главный вход в «ЛесШкООД», к которому Айка и вышла бы, если бы свернула вовремя. ЛесШкООД – Лесная Школа для Особо Одаренных Детей, именно там Айке предстояло учиться целых два года. В своей прежней школе Айка была лучшей ученицей и на отлично сдала все отборочные тесты, но все равно волновалась, достаточно ли ее знаний, чтобы соответствовать требованиям Лесной Школы.
Айка миновала ворота и долго брела по въездной дорожке, наслаждаясь лесными ароматами: она выросла в степном городке у моря и впервые в жизни видела столько деревьев сразу, да еще таких могучих. Трехэтажное здание Школы выглядело старинным и очень респектабельным – Айка почувствовала себя настоящей Золушкой в своих потертых джинсах с прорехами на коленках и растянутой футболке. Она поднялась по ступеням и не без душевного трепета потянула за большое золоченое кольцо, что было у двери вместо ручки. Но дверь открылась неожиданно легко, и Айка оказалась в просторном прохладном вестибюле с высоким потолком и полом, вымощенным терракотовой и желтой плитками. Прямо напротив входа красовалась двойная беломраморная лестница, над площадкой которой сияло разноцветным витражом огромное окно. Между двумя крыльями лестницы красовался вазон, в котором рос большой куст роз – или несколько кустов? Потому что розы были и белые, и красные, и розовые. Айка подошла поближе – нет, ствол один, а цветы разные – как же так? Розы пахли нежно и сладко, каждый цвет немного по-другому. Айка увлеклась, нюхая один цветок за другим, и обнаружила даже несколько желтых. Но тут сзади раздался скрипучий голос:
– Новенькая?
Айка быстро обернулась: перед ней стояла высокая худощавая дама, с ног до головы в сером: темные туфли на довольно высоком каблуке, более светлые чулки без единой морщинки – в тон блузке, узкая длинная юбка, тесный пиджачок. Коротко остриженные волосы дамы тоже были неопределенно-серого цвета. Очки в стальной оправе и маленькие часики, прикрепленные к нагрудному кармашку, завершали ее образ.
– Ваше имя? – спросила дама.
Айка шаркнула ножкой и сказала:
– Навсикая Тарнвальдсен, мадам.
– Обращайтесь ко мне «наставница», – велела дама. – Я Глория Забройски, преподаватель этики.
– Да, мадам… То есть – наставница, – пискнула Айка.
Глория взглянула на Айку поверх очков, потом посмотрела на часики, подняв их за цепочку – Айка только тут заметила, что часики висят «вниз головой», как раз так, чтобы даме было удобно различать время.
– Хорошо. Сейчас мы пойдем в канцелярию. Потом я пришлю кого-нибудь из дежурных, чтобы вас познакомили со школой. Занятия начнутся завтра. Но это вы знаете, я надеюсь.
В канцелярии их встретила очаровательная пухленькая дама с яркими голубыми глазами и светлыми кудряшками, перехваченными вязаной голубой лентой с бантиком, – секретарь Доротея. Свитер на ней тоже был самовязанный и пушистый, розовый с голубым, а когда дама встала, чтобы достать из шкафа нужную папку, Айка увидела, что это не свитер, а короткое платьице с широкой юбочкой, из-под которой выглядывают полненькие ножки в белых ажурных колготках из такой же пушистой шерсти. Айка умилилась, настолько забавно и уютно выглядела эта мохеровая фея. Пока Глория свысока разговаривала с Доротеей, наряд которой явно не одобряла, Айка стояла рядом и, с трудом сдерживая смех, косилась на профиль Глории: высокая, тонкая и плоская, с идеально прямой осанкой и длинным выступающим вперед носом, наставница своим обликом неимоверно напоминала единицу. Наконец, она удалилась, величественно кивнув Айке напоследок, и секретарь Доротея доброжелательно взглянула на девочку:
– Ты ведь уже знаешь, что тебе не хватило места в общежитии, лапушка? Как ты устроилась?
– Я живу у родственников, но там не очень удобно.
– Ты будешь первой на очереди. Как только освободится комната, сразу въедешь.
– А нельзя мне к кому-нибудь подселиться?
– Это не положено. Так, лапушка… Вот тебе бэйджик с карточкой учащегося – не теряй ее! Она служит пропуском в некоторые аудитории и лаборатории, а также по этой карточке тебе будут давать скидку в школьной столовой и в ближайших кафешках. Еще тебе положен годовой бесплатный билет на городской транспорт. А то, может, хочешь скутер, лапушка? Школа выдает желающим.
– Нет-нет! Я и водить не умею, и вообще боюсь ездить. Я жила в маленьком городе, а тут такое движение на улицах, просто ужас.
Открылась дверь и на пороге появилась смуглая и кудрявая девочка, одетая очень ярко:
– Доротеечка, здрааасьте! – пропела она и улыбнулась, показав милые ямочки на щеках.
– Здравствуй, лапушка. Опять ты дежурная?
– Ага! Где тут новенькая? А, это ты! Привет! Я – Далийла Смит, можно просто Лийла. Как тебя зовут?
– Навсикая Тарнвальдсен, можно просто Айка.
– Вы со всем разобрались? Тогда пойдем, я тебе Школу покажу.
Лийла провела Айку по всем этажам и корпусам Школы и трещала, не умолкая, так что у Айки даже голова закружилась. Чего только не было в этой Школе: аудитории для занятий, лаборатории, библиотека с читальным залом, бассейн, спортивный зал, столовая, медпункт, комнаты отдыха для учеников и для занятий по клубам, не считая кабинетов преподавателей и учительской! Когда проходили через вестибюль, Айка спросила Лийлу про странный розовый куст. Та сказала, что число роз соответствует числу учащихся: белые розы – начальный этап, розовые – средний, красные – старший.
– А желтые?
– Желтая роза обозначает ОР – Особенного Ребенка. Мы называем их осорками.
– Особенного даже для Лесной Школы? Чем же они отличаются от остальных?
– Потом поймешь. Ты в каком классе будешь учиться?
– В классе «А».
– Ура, со мной вместе! У нас есть один осорк.
– Значит, этот розовый куст – волшебный?
– Да нет, самый обыкновенный. Просто некоторые люди умеют договариваться с растениями. Ты скоро увидишь преподавательницу природоведения – Агланию Стеффенсон. Растения ее обожают. Она всегда одевается только в зеленое, такая милая!
– А секретарь Доротея – в розово-голубое и пушистое?
– Ага! Она сама вяжет – такая искусница!
Напоследок Лийла привела Айку в библиотеку, чтобы она набрала учебников.
– Мое дежурство закончилось, – сказала Лийла. – Пойдем, выпьем кофейку? Я покажу тебе хорошую и дешевую кофейню.
– Но у нас вроде бы и так есть скидка?
– Знаешь, в некоторых заведениях даже со скидкой ужасно дорого!
Кофе действительно оказался хорошим, и Айка даже решилась купить пирожное – самое дешевое, какое было. Ей следовало экономить, потому что мама не могла присылать много денег. Надо было продержаться первый семестр, и, если Айка сдаст все экзамены на высокие оценки, ей выделят стипендию. Можно, конечно, попробовать найти подработку, но тогда не останется времени на учебную подготовку...
Распрощавшись с дружелюбной, но чересчур разговорчивой Лийлой, Айка отправилась погулять по городу, но скоро устала, потому что рюкзак с учебниками с каждым шагом становился все тяжелее и тяжелее. Пришлось возвращаться домой. Ладно, в первый день можно прийти и пораньше. И даже поужинать. Но потом она постарается возвращаться как можно позже и перекусывать в городе, чтобы не быть в тягость тетушке и ее семье. И так уже их старший сын Гертс смотрит на «понаехавшую» Айку волком, потому что к нему переселили младшего брата Дерса – тот-то был вне себя от радости, что больше не придется делить комнату с пятилетней сестренкой Наюкой: его место заняла Айка. Ладно, может быть рано или поздно ей все-таки удастся получить место в общаге!
На следующее утро Айка вышла пораньше, чтобы уж точно не опоздать. Почти добравшись до места, она вдруг подумала: может, надо было прийти с цветами? Но огляделась по сторонам и увидела, что никто из учеников в форме Лесной Школы, торопящихся к началу занятий, не держал ни цветочка. Лийла ждала ее на крыльце, подпрыгивая и размахивая руками:
– Ты пришла! Сядем вместе, ладно? Как хорошо, у меня теперь есть пара для совместных проектов, а то пришлось полгода все делать одной!
– Почему?
– Девочка, что сидела вместе со мной, заболела и ушла из Школы. Так что я ужасно тебе рада!
Класс постепенно заполнялся учениками. Все перекрикивались, здороваясь друг с другом, и явно были рады встретиться после недолгих летних каникул. Айка обратила внимание, что один стол стоит впереди всех остальных и немного на отшибе.
– А там кто сидит? – спросила Айка у Лийлы.
– Сейчас придет – увидишь. Только не пялься на него, он этого не любит. И не вздумай влюбляться!
– С какой стати я вдруг стану в него влюбляться? – удивилась Айка.
– Он очень красивый. Ага, пришел! Смотри, но осторожно.
В дверях стоял мальчик, при виде которого Айка невольно открыла рот: он был так красив, что больно смотреть! Невысокий – чуть выше Айки, очень стройный и настолько элегантный, словно его костюм изготовили в доме высокой моды.
В его облике было что-то восточное: черные волосы, спадавшие на лоб густой челкой и отливавшие серебром, когда на них падал солнечный свет; очень светлая кожа, точеные скулы, прямой нос; изящные брови, приподнятые к вискам; большие, слегка раскосые глаза с длинными ресницами – удивительного оттенка, какой Айка видела только на черно-сизых ягодах степного винограда.
И чувственный рот с выемкой на верхней губе – «лук Купидона», как сказала бы бабушка Айки, весьма ценившая мужскую красоту. Образ юноши яркой вспышкой впечатался в сознание Айки за какие-то пару секунд, пока тот шел к своему месту. Когда он сел, оказалось, что его длинные волосы завязаны сзади в хвост, доходящий почти до пояса.
– Кто это? – шепотом спросила Айка...
Продолжение следует.