Глава 6. Под прицелом
После спасения Гриши ребятам нужно было влить ампулы с лекарством в кровь, чтобы их не заподозрили. Но сначала им нужно было подменить график обхода. Теперь они не могли договориться, как всё это сделать. Скоро должен был начаться обход, затем прогулка. Артём находился в своей палате.
— Как-то нужно пробраться к Мише и к Илье. К Мише легче, он в конце коридора. А к Илье? Так, сначала мне нужно незаметно взять ручку или карандаш с бумагой с поста, затем написать послание, подбросить его Мише и Илье.
Артём вышел из палаты, подошёл к посту, пожаловался на головную боль. Пока медсестра отлучилась, Артём быстро спрятал в карман лист бумаги и карандаш.
— Выпей таблетку, станет легче.
— Спасибо.
Артём вернулся в палату, разорвал лист на 2 части и написал: «На прогулке около заброшенного корпуса».
— Что ты делаешь? — спросил сосед по палате.
— Дорабатываю рисунок с арт-терапии.
Артём сложил лист дважды, вышел из палаты.
— Куда это ты намылился? — спросил санитар.
— В туалет, что-то живот прихватило.
Туалет был напротив палаты Марка. Внезапно Артём изобразил судороги, упал на пол и успел просунуть под дверь друга записку.
— Эй, парень, всё нормально?
— К врачу, пожалуйста! — простонал Артём.
Санитар взял на руки Артёма и понёс его на второй этаж в кабинет Дениса Юрьевича. Пока санитар договаривался об осмотре Артёма, мальчик просунул вторую записку под дверь Ильи. Вдруг показалась фигура Дениса Юрьевича.
— Ну что, Артём, заходи, сейчас мы тебя осмотрим.
Санитар помог ему зайти. Денис Юрьевич уложил мальчика на кушетку.
— Возможно, нужно поменять препараты. Это будет понятно по анализу твоей крови. Как раз сегодня утром у всех её брали. Не переживай, завтра будут результаты. Можешь идти.
Артём вышел в коридор в сопровождении санитара. Подходило время обеда. Санитар довёл Артёма до столовой, сказал что-то повару. Мальчика посадили есть прямо на кухню.
— Чтобы не было вопросов, почему у тебя сегодня другое питание, ешь здесь.
Артёму налили куриный бульон, дали пюре на воде с тушенкой и компот.
— Попритворялся, блин, на свою голову. — с досадой подумал Артём. — Главное, что записки были доставлены. Надеюсь, на прогулке удастся поговорить.
После обеда ребят повели на прогулку.
Артём медленно шёл по дорожке, высматривая Мишу и Илью. Остальные ребята шумно играли в мяч неподалёку, но его друзья пока не появлялись. Сердце билось чаще — план зависел от того, удастся ли им встретиться и обсудить дальнейшие действия.
Наконец он заметил Марка: тот стоял у забора, делая вид, что разглядывает что‑то за территорией. Артём незаметно кивнул ему в сторону заброшенного корпуса — туда, куда указывала записка. Миша коротко кивнул в ответ и неторопливо двинулся в нужном направлении.
Илья появился чуть позже: он шёл в компании двух ребят, оживлённо о чём‑то беседуя. Артём напрягся — вдруг тот не понял намёка? Но Илья, проходя мимо, едва заметно подмигнул и отстал от товарищей, будто бы завязать шнурок. Через минуту он тоже направился к заброшенному зданию.
Артём дождался, пока вокруг никого не будет, и ускорил шаг. У самого корпуса его уже ждали друзья.
— Ты что, совсем с ума сошёл? — зашипел Илья. — Притворяться больным, чтобы записки передавать! А если бы тебя раскусили?
— У нас нет времени на открытые разговоры, — тихо ответил Артём. — Денис Юрьевич и медсестры всё контролируют. Нужно действовать незаметно.
— Ладно, допустим, — вмешался Марк. — Но как мы подменим график обхода? И главное — как влить лекарство, чтобы никто не заметил?
— Наверное, надо вернуться к проверенному методу. — сказал Артём.
— Чшшшш... медсестра идёт. — сказал Марк.
Илья стал прыгать на одной ноге, Артём что-то напевать, а Марк просто захлопал в ладоши.
— Я смотрю, у вас тут весело. Илья, ты на трудотерапию, поможешь полы вымыть в отделении и цветы полить. Миша, а ты к психологу. Артём, тебе нужно вернуться в палату.
Марк вяло пошёл за медсестрой. Он помнил слова Ильи и Артёма: «Будь с психологом осторожен». Марк принял решение быть немного вялым, рассеянным и сонным во время беседы.
— Здравствуй, Миша.
— Здравствуйте. — вяло ответил Марк.
— Как ты себя чувствуешь?
— Нормально, но немного спать хочется. — сказал мальчик и зевнул.
— Расскажи мне, вспомнил ли ты что-то?
Марк потупил взгляд и медленно покачал головой:
— Нет… Ничего не помню. Всё как в тумане. Никаких снов, никаких образов — просто пустота.
Психолог внимательно наблюдал за ним, делая пометки в блокноте.
— А если постараться? Закрой глаза и попытайся мысленно вернуться в то время, до аварии. Что‑нибудь появляется?
Марк послушно закрыл глаза, глубоко вздохнул и изобразил усилие. Через несколько секунд он открыл глаза и вяло пожал плечами:
— Ничего. Просто темнота.
Психолог слегка наклонился вперёд.
— Представь, что ты идёшь по длинной дороге. В конце неё — твой дом. Ты помнишь, как он выглядит?
Марк на мгновение замер. В голове всплыл смутный образ: высокое дерево во дворе, качели. Но он тут же подавил это воспоминание.
— Не получается, — пробормотал он, потирая глаза. — Всё размыто. Как будто кто‑то стёр картинку.
Психолог откинулся на спинку кресла, задумчиво постучал ручкой по блокноту.
— Интересно… А что ты чувствуешь, когда пытаешься вспомнить? Страх? Тревогу? Или, может, облегчение?
— Ничего не чувствую. Просто… пустота. Как будто это было не со мной.
— Хорошо, Миша. Давай попробуем позже. Возможно, воспоминания вернутся постепенно. А пока отдохни.
Марк встал, слегка покачнулся для убедительности и направился к двери. Выходя, он бросил короткий взгляд на психолога — тот уже углубился в записи, видимо, анализируя сеанс.
В коридоре Марк на мгновение прислонился к стене, выдохнул и мысленно повторил: «Ни слова. Ни намёка». Затем он расправил плечи и пошёл. Пора было найти Артёма и Илью и рассказать им, что сеанс прошёл «успешно»: никто ничего не заподозрил.
Марк шёл по коридору и вдруг замер, уловив обрывок разговора за приоткрытой дверью кабинета психолога:
— …стабилен, — донёсся приглушённый голос Дениса Юрьевича. — Амнезия держится, прорывов нет.
— Но он стал внимательнее, — отозвался психолог. — Стоит понаблюдать… Возможно, скорректировать дозировку.
— Рано. Пока фиксируем реакции. Главное — не дать им сложить картину целиком.
— Да, это стимулирует нужные отклики. Завтра — забор крови и корректировка.
Голоса затихли, послышались шаги. Марк инстинктивно отпрянул и спрятался за поворотом коридора. Слова звучали тревожно, но смысл ускользал: что значит «не дать сложить картину»? О какой картине речь?
Отчего‑то по спине пробежал холодок.
Марк глубоко вдохнул, стараясь отогнать странные мысли.
— Не выдумывай, — приказал он себе. — У тебя и так проблем хватает.
Он расправил плечи и медленно побрёл к прогулочной зоне — как и положено «сонному Мише» с искусственной амнезией. Взгляд невольно цеплялся за детали: камеры в углах, расписание на стене, медсестру с планшетом.
— Просто будь осторожнее, — мысленно повторил он. — Просто будь осторожнее.
Тем временем Илья поливал цветы на своём этаже, в том числе, и на посту.
— Вот он, мой шанс. Сейчас и подменим график.
Илья сделал вид, что поливает цветы, а сам пролил воду на график, он быстро и незаметно вытащил из папки другой график и положил его на то место, где лежал старый. Илья отступил на шаг, оценивая результат: вода растеклась по бумаге, размывая чернила — теперь никто не заподозрит подмены. Он аккуратно поставил лейку на подоконник и огляделся: медсестра всё ещё была занята разговором с коллегой у окна.
— Отлично, — тихо пробормотал Илья, незаметно кинув старый график в ведро с водой для мытья полов. — Теперь главное — не попасться.
Он направился к лестнице, но вдруг замер: из‑за угла показалась та самая медсестра. Сердце ёкнуло — она шла прямо к цветам.
— Илья, ты уже закончил? — спросила она, подходя ближе.
— Да.
— Вытри воду и можешь идти.
Мысли метались:
— Как теперь передать информацию Артёму? Прогулка окончена, нас поведут на арт‑терапию — там всё под присмотром.
В это время Артём, сидя на скамейке у прогулочной зоны, нервно постукивал ногой. Он заметил приближающегося Марка и подался вперёд.
— Ну? — одними губами спросил он, когда тот подошёл ближе.
Марк молча сел рядом и едва заметно кивнул:
— Всё нормально. Психолог ничего не заподозрил. Но… — он понизил голос до шёпота, — я слышал разговор Дениса Юрьевича и психолога. Они что‑то скрывают. Что‑то про «не дать сложить картину целиком» и корректировку дозировки.
Артём нахмурился:
— «Сложить картину»? О чём это?
— Не знаю, — Марк пожал плечами. — Но звучало так, будто они специально держат нас в неведении. И завтра снова забор крови…
К ним подошёл Илья, подмигнул, шепнул, что график подменил и нарочито громко сказал:
— Эй, вы чего тут засели? Пошли, на арт-терапию, а то опоздаем.
Ребята поспешили к зданию. В холле их встретила медсестра:
— Расходитесь по кабинетам. Артём — в третий, Миша — в первый, Илья — во второй.
Друзья обменялись тревожными взглядами. Разделять их начали целенаправленно.
В кабинете арт‑терапии Артём сел за стол, машинально взял кисть и уставился на чистый лист. Мозг лихорадочно работал:
— Как передать лекарство? И что значат слова Миши о разговоре врачей?
Внезапно он заметил, что на обратной стороне палитры кто‑то нацарапал: «У запасного выхода в 20:00». Артём резко поднял глаза.
— Значит, план остаётся в силе, — понял Артём. — Но теперь всё опаснее. Если нас поймают…
Он начал наносить на холст хаотичные мазки, стараясь выглядеть увлечённым. В голове крутилась одна мысль:
— 20:00. Всего несколько часов. Нужно продумать каждый шаг — иначе всё пойдёт прахом. И ещё этот разговор врачей… Что они скрывают?
После занятия ребят повели на ужин, а затем — в палаты. Артём дождался, пока санитар проверит всех и уйдёт, и осторожно достал из тайника три ампулы с лекарством.
Часы на стене показывали 19:30.
Он тихо прошептал, глядя в окно:
— Пора двигаться. Но что, если это ловушка? Что, если Денис Юрьевич уже всё знает?
В коридоре послышались шаги. Артём быстро спрятал ампулы и притворился спящим. Шаги затихли у его двери, затем удалились.
Мальчик открыл глаза. Взгляд упал на расписание процедур на стене — завтра утром снова забор крови.
— Если не успеть до этого, — подумал он, — всё будет напрасно. Нужно рискнуть.
Он осторожно поднялся и бесшумно вышел в тёмный коридор.
Следующая глава