Наверное, меня сейчас закидают тапками, но я скажу как есть. Трилогия Дени Вильнёва «Дюна» (на днях вышел трейлер третьей части) — это красивая, дорогая, но абсолютно пустая обёртка. Создатели посмотрели в книгу и увидели там… ну, мягко говоря, не то, что писал Фрэнк Герберт. Честно говоря, я не понимаю, зачем браться за экранизацию культового романа, если ты не улавливаешь его сути. Ответ, в общем-то, лежит на поверхности: современный зритель, изголодавшийся по зрелищам, схомячит любой попкорн-блокбастер, если там есть червяки, песок и эпичные планы на закате.
Но давайте разберем по косточкам, что именно пошло не так и почему Вильнев, при всём уважении к его таланту, просто прочитал краткое содержание.
Что режиссер проспал (или просто не заметил)?
1. Прощай, Восток.
Книга Герберта — это не просто фантастика, это настоящий микс из исламской культуры, ближневосточных традиций и арабского эпоса. Фримены — это не просто синеглазые партизаны в стильных комбинезонах. Это бедуины будущего. У них своя философия, свои обычаи, свои «джихады» и свои пророки. В фильме же всю эту «восточную» душу будто вырезали монтажными ножницами, чтобы, не дай бог, кого-то не обидеть или не нарушить правила политкорректности. Но, ребята, либо беритесь экранизировать книгу, либо пишите сценарий по мотивам. Здесь же получился какой-то стерильный космос, где от Востока остался только песок.
2. История Муад'Диба — это не просто сюжет про принца.
Вильнев сделал из «Дюны» космическую оперу про мальчика, который потерял дом и хочет отомстить. Да, внешне всё так. Но книга — это глубокий и сложный роман о становлении лидера, о религии как инструменте власти, об экологии и ответственности. Это история превращения Пола в Муад'Диба, и этот путь полон нюансов. В фильме же нам показали лишь яркую картинку, за которой не стоит почти ничего из того внутреннего конфликта, что терзает героя на страницах романа.
3. Где вархаммеровская эклектика?
Описания Герберта — это бомба. Он смешивает всё: римские доспехи с сарацинскими халатами, средневековые мечи с технологиями далёкого будущего, спартанский аскетизм с космической роскошью. Это та самая эклектика, которую позже так лихо утянул себе Warhammer 40,000 (когда он ещё был годным, а не просто брендом для надувания щёк). В фильме же всё прилизано, унифицировано и выглядит как очень дорогой, но скучный дизайн. Нет той пёстрой, живой вселенной, где «рыцарь» в античном нагруднике может запросто стоять рядом с «бедуином» в бурнусе.
Облик героев: костюмная вечеринка, на которую всё пошло не так
И вот тут начинается самое интересное. Вильнев, Линч и остальные товарищи, которые пытались обуздать «Дюну», провалили даже внешний вид. И дело не в бюджете, а в понимании.
Герберт чётко описывает мир, где огнестрел и лазеры — дикость и редкость. В ходу — личные щиты, которые делают бессмысленным огнестрел. Поэтому оружие — холодное, и оно должно висеть на поясе так, как это делали древние воины: от римского гладиуса до восточного ханджара. Никаких вам здоровенных фэнтезийных тесаков с переростными гардами!
А теперь представьте фримена. По книге он должен быть одет в свободную джуббу или бурнус (несколько слоёв ткани, между прочим, работают как кондиционер в пустыне — физики, ау!). На голове — куфия, на лице — фильтр-маска. Это практично и красиво. И знаете, кто, пусть и косвенно, но лучше всех это показал? Джордж Лукас со своим Оби-Ваном Кеноби на Татуине. Вот он — практически готовый фримен! А в новой «Дюне» нам показывают каких-то людей в высокотехнологичных комбинезонах, которые больше смахивают на спецназ, чем на племя, живущее в гармонии с жесточайшей пустыней.
И это мы молчим про стилсьюты. Герберт несколько раз в книге даёт их подробное описание. Это целая система регенерации влаги! Но, видимо, читать было лень, потому что в фильме мы видим что-то совершенно иное, не имеющее с первоисточником ничего общего.
Битвы и смыслы: ТЮЗ отдыхает
Вы посмотрите на битвы в фильме. Эти жиденькие шеренги людей с копьями, которые должны изображать масштабное побоище? В провинциальном театре юного зрителя и то битвы ставят убедительнее. У Линча, кстати, с этим тоже был полный провал, но у него хотя бы можно было списать на технические ограничения прошлого. У Вильнева же нет оправданий.
А главное — зритель
И тут мы подходим к самому грустному. Фильм имеет оглушительный успех. Все в восторге. И это говорит не о гениальности режиссёра, а о нас с вами. Точнее, о деградации массового зрителя. Люди разучились вчитываться в смыслы. Они потеряли способность к критическому мышлению. Дайте им красивую картинку, надувных червяков, песок под правильным софт-боксом и Остина Батлера с бровями — и они счастливы.
Нам подсунули блестящую, дорогую пустышку, а мы хаваем и нахваливаем. Тёплое, дымящееся, с мухами. И это, пожалуй, главная трагедия всей этой истории.