Это был худший день в моей жизни. И лучший. Сложно объяснить, но давайте по порядку, а то я сама запутаюсь.
Развелись мы с Серёжей года два назад. Бурно развелись, с битьём посуды, дележом кота и взаимными претензиями, которые копились годами. Он говорил, что я пилила, я говорила, что он козёл и козлом был. Кот, кстати, остался со мной, потому что он сам выбрал. Пришёл, лёг на мою подушку и засопел. Серёжа обиделся на кота, но это уже его проблемы, кота не переспоришь.
И вот иду я по делам. Захожу в лифт в торговом центре, нажимаю пятый этаж, двери закрываются. И вдруг на втором этаже лифт дёргается и встаёт. Гаснет свет. Через секунду загорается аварийный – тусклый, жёлтый, как в фильмах ужасов про психбольницы.
Я нажимаю кнопку вызова диспетчера. Там говорят: «Ждите, сейчас приедем. Минут через десять. Или двадцать. Сидите тихо, не паникуйте».
И тут лифт снова дёргается, двери приоткрываются, и в щель протискивается... ОН. Серёжа. Мой бывший.
Мы смотрим друг на друга. Я в ужасе. Он в ужасе. Двери закрываются, лифт снова глохнет, и мы остаёмся вдвоём. В этой железной коробке. На неопределённое время.
Первые пять минут мы молчим. Я смотрю в угол, он смотрит в другой угол. Тишина такая, что слышно, как скрипят мои нервы. И его, кажется, тоже слышно. Потом он кашлянул. Я дёрнулась. Он сказал: «Привет». Я сказала: «Привет». И снова тишина. Даже страшнее, чем когда орали.
Ещё через пять минут он не выдержал:
– Слушай, а ты ничего, что ли, не хочешь мне сказать?
– А ты мне?
– Ну, могла бы извиниться за тот скандал на кухне.
– Я? Это ты должен извиняться за то, что сковородку в меня кинул!
– Она не долетела!
– А могла бы долететь! И вообще, это была моя любимая сковорода!
Мы начали орать. Вспомнили всё: кто кому изменял (никто, просто подозрения), кто кому не мыл посуду (он), кто кота кормил неправильным кормом (тоже он). Орали так, что, наверное, в диспетчерской слышали и думали, что там убийство. Потом я села на пол и заплакала. От злости, от бессилия, оттого, что уже час сижу в лифте с этим козлом и выхода нет.
И он сел рядом. Рядом со мной на грязный пол лифта. Взял меня за руку. Сказал: «Ну прости, дурак был. И сковородка была дурацкая». Я говорю: «И я дура». И мы засмеялись. Сидим на полу лифта, как два идиота, и ржём. Над собой, над ситуацией, над тем, как глупо мы потратили два года на обиды.
Спасатели пришли через три часа. За это время мы успели поговорить по душам, обсудить его новую девушку (он сказал, что она стерва и командует им, я сказала: «а что ты хотел, сам таких выбираешь»), мою новую жизнь (я сказала, что отлично, он сказал: «вижу, счастливая, даже в этом свете видно»), и даже поделиться планами на будущее. Он хочет купить машину, я хочу съездить на море.
Из лифта мы вышли под руку. Спасатели смотрели на нас как на ненормальных. А мы пошли в кафе, пить кофе и заедать разговор. Теперь мы друзья. Настоящие. Без обид, без претензий, без дележа кота. Он иногда забегает к нам (к коту, но и меня заодно навещает), мы пьём чай и вспоминаем тот лифт как лучшее, что с нами случилось после развода.
Иногда, чтобы помириться, нужно застрять. В прямом смысле. В лифте, в проблемах, в старых обидах. Главное – не бояться сесть рядом и заговорить. Или хотя бы поорать друг на друга, а потом обняться.
А вы мирились с бывшими? Или лучше не надо и пусть всё остаётся как есть?