Классический альбом Jethro Tull «Aqualung» примечателен многими вещами: отличной музыкой в русле фолка/блюза/рока, обложкой с загадочным косматым бродягой, размышлениями о духовности и влиянии урбанизации на природу... И, конечно, невероятно зажигательными соло на флейте! Иэн Андерсон выложился на полную на протяжении всей пластинки, напоминающей продуманный до мелочей роман, который хочется перечитывать снова и снова.
- Доступна премиум-подписка! За символическую плату 199 рублей вы можете поддержать канал и получить доступ к эксклюзивному контенту.
«Сидя на скамейке в парке...» Эти слова на фоне одного из самых узнаваемых гитарных риффов в истории рока открывают дверь в мир, полный изгоев, горькой иронии и философских размышлений. 19 марта 1971 года увидел свет четвёртый альбом группы Jethro Tull — легендарный «Aqualung». Пластинке суждено было стать самым коммерчески успешным проектом команды. Она разошлась тиражом более семи миллионов экземпляров и навсегда изменила представление о том, каким может быть рок-альбом.
К моменту работы над «Aqualung» группа из Блэкпула уже успела громко заявить о себе тремя блюз-роковыми полноформатными работами. На четвёртой звучание прибавило в тяжести, уверенности и разнообразии.
Состав группы на тот момент представлял собой гремучую смесь талантов: харизматичный фронтмен, флейтист и автор песен Иэн Андерсон, виртуозный гитарист Мартин Барр, клавишник Джон Эван, наконец-то ставший полноправным участником, новый басист Джеффри Хаммонд, который учился играть на инструменте прямо в процессе вступления в группу в конце 1970-го, и барабанщик Клайв Банкер, для которого этот альбом стал лебединой песней в Jethro Tull.
Процесс записи в только что открывшейся студии Island на Бейзинг-стрит в Лондоне оброс легендами. Как вспоминал Андерсон, музыканты чувствовали себя подопытными кроликами, работая на новейшем оборудовании, с которым никто толком не умел обращаться.
Студия состояла из двух рабочих зон. Led Zeppelin, которые корпели над своим легендарным четвёртым альбомом, забронировали малую, более «живую» комнату. Jethro Tull досталась огромная, холодная и гулкая бывшая церковь, больше подходящая для записи оркестра. Зато альбом обрёл уникальную звуковую атмосферу, которую поздние реставраторы будут с благоговением «полировать», возвращая бриллианту первозданный блеск.
Герои забытых окраин
Первая сторона пластинки, озаглавленная «Aqualung», представляет галерею персонажей, выброшенных на обочину жизни. Вдохновение пришло к Андерсону после того, как его жена Дженни сделала серию фотографий бездомных на набережной Темзы. Один из них — грязный, неопрятный, засаленный, бросающий откровенные взгляды на девушек, — и стал тем самым стариком, чей образ украсил обложку (оригинальный рисунок художника Бертона Силвермана был украден из лондонского отеля и где-то затерялся).
Заглавный трек «Aqualung» работает на контрасте между жёстким риффом Мартина Барра, хриплым и злым вокалом Андерсона — и нежным акустическим проигрышем со взглядом на человека, которого общество предпочитает не замечать.
Когда Мартин Барр корпел над гитарным соло в студии, в контрольной комнате неожиданно появился... Джимми Пейдж. Гитарист Led Zeppelin зашёл поздороваться и стал свидетелем того, как Барр пытается поймать единственный дубль: «Я был так сосредоточен, что даже не мог помахать ему в ответ, боясь сбиться. А в те времена, если ты не делал соло за один-два дубля, оно могло превратиться в соло на флейте!» В записи остался первый и единственный удачный дубль, сыгранный под пристальным взглядом Пейджа.
Сам Барр использовал в студии множество необычных приёмов и приборов, включая крошечный усилитель, купленный за фунт у прохожего на улице. Правда, из-за плохой проводки гитариста однажды ударило током во время записи.
Следом на публике появляется косоглазая Мэри — школьница, торгующая собой, которую Андерсон называет подругой Акваланга. Тема, которая и сегодня способна вызвать споры, в 1971 году подавалась с нотой обречённости и сочувствия.
За мрачными историями следуют островки спокойствия. Короткая песня «Cheap Day Return» — звуковой дневник Андерсона, который на поезде ездил навещать умирающего отца в больницу. «Матушка Гусыня» — сюрреалистичная зарисовка с бородатыми женщинами, слонами на Пикадилли и пугалами, ворующими машины у снеговиков. «Wond'ring Aloud» («Размышления вслух») — возможно, самая личная песня на альбоме, пример акустической любовной лирики: «Мы сами себе спасители, когда наши сердца начинают биться, наполняя друг друга жизнью».
Гнев верующего
Вторая сторона пластинки, названная «My God» («Бог мой»), резко меняет угол зрения. Если первый акт представления — социальная драма, второй — проповедь против церковных институтов. Семиминутная песня «My God» начинается как меланхоличный блюз, чтобы через пару минут перейти к тяжёлым риффами и фирменным соло на флейте. Андерсон обрушивается на церковь как на организацию, которая «заперла Бога в позолоченную клетку» и использует святыни для оправдания греховных деяний.
По слова автора, это вовсе не проповедь атеизма, но крик верующего человека в поисках истинной, а не обрядовой духовности: «В глубине души я возвращаюсь к тем представлениям о Боге и религии, с которыми вырос. В том контексте, в котором я это понимал, Бог — нечто очень личное, чувство праведности и добра».
«Hymn 43» («Гимн 43») — стремительный фортепианный блюз с оттенком госпела, в котором Андерсон просит у Бога прощения за то, что человек сделал с Ним. Для группы в 1971 году это был смелый шаг. Андерсон понимал, что может оскорбить многих («Aqualung» не избежал нападок, вызвав гнев ультраконсервативных баптистов в США). Но он подчеркнул, что его беспокоили не Бог или духовность, а системы власти, которые использовали связь с Богом как оправдание для бесчеловечного поведения.
И, наконец, великая «Locomotive Breath» («Дыхание локомотива») рисует поезд, сорвавшийся с рельсов, — метафору мира, летящего в тартарары из-за жадности и перенаселения. Композиция, которая начинается с джазового фортепианного вступления, перерастает в один из самых мощных рок-гимнов в истории, где гитара Барра, ритм-секция и истеричный вокал Андерсона создают ощущение неконтролируемого ускорения. Партию ударных здесь пришлось изобретать прямо в студии: у группы никак не получался «пыхтящий» ритм паровоза, и Андерсон сам набросал основу.
Завершает альбом композиция «Wind Up» («Заводной»), подводящий итог всему сказанному. Это песня о лицемерии воскресных школ, куда детей отправляют родители, чтобы те выучили манеры. Андерсон поёт: «Что ж, можете отлучить меня от церкви по дороге в воскресную школу, / И пусть все епископы споют эти строки в унисон». Рефреном звучит мысль о том, что веру человек должен найти сам.
А была ли концепция?
Несмотря на то, что критики и слушатели единодушно окрестили «Aqualung» концептуальным альбомом, сам Иэн Андерсон всегда яростно это отрицал. В многочисленных интервью он повторял: «Это просто сборник песен, три или четыре из которых объединены общей темой». Конечно, здесь есть свои истории и персонажи, но песни также прекрасно существуют сами по себе, без единой сюжетной линии.
По его словам, именно раздражение от нежелательного ярлыка подтолкнуло группу к созданию следующего альбома — «Thick as a Brick», который был задуман как откровенная пародия на жанр концептуального альбома. «Они думают, что это концепт? Ладно, сейчас мы покажем вам настоящий концепт!» — смеялись музыканты. Барабанщик Клайв Банкер объяснял путаницу «испорченным телефоном»: кто-то из журналистов запустил идею, которая наложилась на картинку на обложке — и слух разнёсся по миру.
Мартин Барр утверждал: «Мы были аутсайдерами. Мы не были глэм-группой, и мы не были хэви-рокерами вроде Led Zeppelin или Deep Purple. Скорее, мы были антигероями, которые гордились тем, что отличаются от всех остальных. У нас был такой настрой, который я бы описал как панк за несколько лет до того, как он стал модным».
«Aqualung» добрался до четвёртого места в Британии и до седьмого в США. Сингл «Hymn 43» хоть и затерялся в сотне, но песни с пластинки зазвучали по радио. Через пятьдесят лет Иэн Андерсон признался, что эти «подростковые» эмоции не отпустили его. Темы безопасности, потери человечности, поисков духовности и борьбы с системой стали ещё острее. Говоря о мире, несущемся на поезде без тормозов, он заявил: «Мы до сих пор не поменялись. Мы создаём гораздо более неблагоприятную среду обитания с точки зрения еды, воды и качества воздуха, поскольку люди продолжают забирать ресурсы без долгосрочного плана».
Спасибо за подписку, лайк и комментарий! Отдельная благодарность тем, кто присылает донаты. Ваша поддержка очень ценна!