Найти в Дзене
NOIR

Зона стала бизнесом: как начальник челябинской колонии построил тюремную империю и попался ФСБ

Утро 19 марта 2026 года для начальника исправительной колонии №11 в Копейске Алексея Ромашова началось не с планерки, а с визита людей из ФСБ, Главного управления собственной безопасности ФСИН и Следственного комитета. Полковника внутренней службы вывели из его кабинета в наручниках — это стало финалом совместной операции трех ведомств, которые, как утверждает следствие, вскрыли подпольный бизнес, работавший прямо за колючей проволокой. По версии следствия, полковник Ромашов выстроил на территории колонии две схемы незаконного обогащения. Первая — это предоставление платных VIP-услуг для осужденных. За взятки он создавал для них «тепличные» условия, которые грубо нарушали режим: разрешал пользоваться запрещенными предметами, в частности, мобильными телефонами, и обеспечивал прочие послабления. Однако, по данным следствия, это была лишь верхушка айсберга. Основной статьей дохода, как утверждают силовики, стало прямое использование ресурсов колонии в корыстных целях. Ромашова подозревают
Оглавление

Утро 19 марта 2026 года для начальника исправительной колонии №11 в Копейске Алексея Ромашова началось не с планерки, а с визита людей из ФСБ, Главного управления собственной безопасности ФСИН и Следственного комитета. Полковника внутренней службы вывели из его кабинета в наручниках — это стало финалом совместной операции трех ведомств, которые, как утверждает следствие, вскрыли подпольный бизнес, работавший прямо за колючей проволокой.

VIP-услуги и производство на свой карман: в чем обвиняют полковника

По версии следствия, полковник Ромашов выстроил на территории колонии две схемы незаконного обогащения. Первая — это предоставление платных VIP-услуг для осужденных. За взятки он создавал для них «тепличные» условия, которые грубо нарушали режим: разрешал пользоваться запрещенными предметами, в частности, мобильными телефонами, и обеспечивал прочие послабления.

Однако, по данным следствия, это была лишь верхушка айсберга. Основной статьей дохода, как утверждают силовики, стало прямое использование ресурсов колонии в корыстных целях. Ромашова подозревают в том, что он эксплуатировал труд осужденных и задействовал производственные мощности учреждения для личного обогащения, а не для нужд государства. Фактически, цеха и рабочая сила колонии работали напрямую на карман ее руководства.

Проклятое место: коррупционные традиции ИК-11

Для тех, кто следит за жизнью челябинской пенитенциарной системы, эта новость могла и не стать громом среди ясного неба. Как оказалось, ИК-11 уже имеет богатую коррупционную историю, и Алексей Ромашов, можно сказать, пошел по стопам одного из своих предшественников на этом посту — Германа Керопяна, который руководил колонией с 2008 по 2014 год.

В марте 2023 года Керопян, уже будучи начальником другой колонии (ИК-4), попался на афере с присвоением зарплат заключенных. Вместе со своей подчиненной, начальницей оперотдела Оксаной Кожевниковой, он фиктивно трудоустраивал осужденных, а деньги забирал себе. Однако наказание за это оказалось поразительно мягким: за превышение полномочий обоим назначили штрафы по 30 тысяч рублей, а за мошенничество Керопяну присудили 150 тысяч, а Кожевниковой — 140 тысяч рублей. Все приговоры вступили в законную силу.

-2

Дело заведено, доказательства ищут

Теперь же история повторяется, но с новым действующим лицом. В отношении Алексея Ромашова возбуждено уголовное дело. Официальный комментарий от силовиков звучит предельно конкретно:

— Следственным управлением СК России по Челябинской области в отношении Ромашова А.В. возбуждено уголовное дело по статье о коррупции. Действия полковника квалифицированы по п. “в” ч. 5 ст. 290 УК РФ (получение взятки).

Сразу после задержания в кабинете и дома у полковника прошли обыски, была изъята документация. Пока точная сумма взяток и период, в который действовала схема, не называются. В ближайшее время суд изберет для Ромашова меру пресечения, а следствию предстоит выяснить, была ли коррупция в стенах ИК-11 личной инициативой начальника или системной проблемой, передающейся по наследству.