Как только за матерью захлопнулась дверь, Таня присела на пуфик перед телефоном. Нужно было привести мысли в порядок. Её будто кипятком ошпарило от воспоминания, что сегодня на кормушке появился голубь или голубка, о чём она достоверно не знала. Но это точно был тот голубь, который появлялся всегда перед сложными жизненными ситуациями.
"О чём хотел предупредить голубь?" - размышляла Татьяна, а рука непроизвольно потянулась к телефону. "Нужно посоветоваться с крёстной..."
- Тётя Нина, здравствуй, дорогая! Как у тебя дела? - спросила она, услышав в трубке хрипловатый голос крёстной.
- Моё дело стариковское: спать, есть, гулять понемногу, да следить за порядком, - перечислила круг забот тётя Нина. - Один день походит на другой. Это у вас, молодых, жизнь бьёт ключом...
- Тётя Нина, сегодня ко мне прилетал голубь... Помнишь, как тогда на кладбище?
- Как не помнить, конечно, помню. Это Галина, царствие ей небесное, присматривает за тобой... Раз появилась голубка, значит, жди беды...
- И она, похоже, пришла... - грустно сообщила Таня.
- Что случилось, родная?
- Мать из тюрьмы вернулась...
- Тьфу ты, нечистая! Не могли её там на постоянку оставить... Как узнала?
- Она позвонила, а следом приехала домой...
- Вот бесстыжая! Небось денег надо?
- Нет, про деньги разговор не шёл, но одежду попросила. Сказала, что на работу устраиваться будет, а надеть нечего...
- Зачем ты её в дом пустила?
- Я говорила, что ей здесь делать нечего, но разве она послушает. Ты же знаешь мать.
- Это точно. Наталья умеет без мыла в душу залезть. А с другой стороны, что бы мы ни говорили, всё равно она мать, хоть и кукушка, - вздохнула тётя Нина. - Родителей, к сожалению, не выбирают. И как она выглядит? Что говорит?
- Постарела, осунулась, но такая же худая, как была. Ей моя одежда впору...
- Дала ей чего?
- Пришлось, иначе было не выгнать...
- Наглость - второе счастье... Сама ничего дитю не дала, а взамен уже просит. Хорошо устроилась, сте@ва! Удобно, дочь взрослая, нос вытирать не надо, штаны менять тоже, бери и пользуй! Зря ты ей уступила. Она сейчас дорожку протопчет и будет по ней постоянно бегать...
- Она собралась стать образцовой матерью для Толика.
- Поздненько что-то... Мальчишке-то сколько уже?
- Двенадцать...
- Опасный возраст! Сможет ли такая мать стать авторитетом для пацана? Сама-то что думаешь про неё? Чего от Наташки ждать?
- Мамаша собралась выписать меня из квартиры... - вспомнила Татьяна.
- Ишь какая умная! Не вздумай выписываться! Там не её метры, а Серёгины. Он от своей квартиры отказался в твою пользу, а Наташка её обменяла. Услышала меня?
- Да, но, думаю, она не отстанет...
- Если будет нужда, подключишь отца. Пусть сам с ней объясняется... - категорично заявила тётя Нина и спросила: - Интересно, о чём Галина хотела предупредить?
- Не знаю... Может, о возвращении матери?
- Возможно... Про таких говорят: горбатого могила исправит. Сдаётся мне, Наташка из числа тех, кого и могила не исправит...
- Посмотрим, но бдительность точно нельзя терять. Тем более что она так и норовит засунуть свой нос в мои дела... А у меня как раз намечается важное событие... - радостно сообщила Таня и зачарованно посмотрела на колечко, поблёскивающее на безымянном пальчике.
- И что же такое намечается? Уж не замуж ли ты собралась, милая? - спросила крёстная, хотя заранее знала ответ, а её глаза наполнились слезами радости.
- Собралась. После праздника пойдём в ЗАГС заявление подавать.
- Рада за тебя, моя девочка! Жаль, что Галина не дожила до этого счастливого дня! Мы с ней частенько мечтали о твоём будущем с порядочным молодым человеком. Как смотрины прошли? Такая красавица должна была родителям понравиться.
- Не понравилась. Во всяком случае, матери точно не понравилась... Мы там были недолго, и всё это время она меня сравнивала с Александром: подчёркивала его достоинства и мои недостатки...
- Про мать, надеюсь, не говорила?
- Нет, Александр тоже сказал, что не стоит...
- И правильно. Когда узнают тебя получше, тогда и сообщите. А то, что ты не понравилась, не принимай близко к сердцу. Бывают такие свекровки, у которых любая, даже самая золотая сноха, будет недостойна её сыночка... Парень-то что говорит...
- Говорит, что у матери непростой характер и что ему уже не восемнадцать лет, поэтому он будет сам решать, на ком жениться.
- Молодец! Правильно говорит!
- И потом он от родителей не зависит. Александр сам заработал на квартиру и машину...
- Как-то уж всё слишком у парня хорошо...
- Это потому, что ему уже тридцать лет и должность серьёзная...
- И кем же работает твой будущий муж?
- Он управляющий в новом большом банке "Восток".
- Читала рекламу. Много её в нашем районе... Должно быть, солидный банк, если на каждом заборе о нём картинки висят, - тётя Нина вдруг замолчала, задумавшись на несколько секунд.
- Александр далеко пойдёт, потому что просчитывает каждый шаг. Это очень хорошее качество! Крёстная, почему ты молчишь?
- Я тут вот о чём подумала. А что, если Галине твой жених не понравился? Может она о нём хотела предупредить? Может, не стоит торопиться со свадьбой, а получше узнать кавалера? - принялась рассуждать крёстная. - Или об обоих сразу предупредила? Ведь перемен в жизни наметилось две: предстоящее замужество и появление Натальи...
- Тётя Нина, Александр очень хороший! Уверена, он бы бабушке понравился, а мамашу она никогда не любила...
- Дай-то бог! Главное, чтобы ты была счастлива! Только с матерью не вздумай делиться своим счастьем. Наташка всегда была завистливой, а сейчас тем более, когда ей жизнь начинать с нуля...
***
Наталья после посещения дочери вернулась домой не сразу. Когда она вышла на улицу, сразу ощутила на щеках лёгкие и пушистые хлопья снега.
Снег и полное безветрие усиливало атмосферу новогодних праздников. Тщетно простояв двадцать минут на автобусной остановке, Наталья решила пешком прогуляться до дома. Восемь долгих лет она мечтала вот так свободно и неторопливо идти по улице, без высокого забора с колючей проволокой и без надзирателей. Как первопроходец, бывшая "зечка" гордо ступала на припудренный снегом тротуар и мечтала о том, как в скором времени ей снова покорится этот город, а мужчины будут оборачиваться вслед...
"Чтобы не прошибать головой стены, для лёгкого старта мне понадобится поддержка. Рассчитывать на друзей и знакомых после Витькиной смерти не приходится. Помощь семьи? Мамаша Виктора волком смотрит. Толик не особо реагирует на моё возвращение, хотя явно присматривается. А вот мой бывший муж и дочь должны мне помочь, если, конечно, есть чем..." - рассуждала Наталья про себя, одновременно наслаждаясь прогулкой. "Именно это мне и предстоит скоро узнать", - подумала она, вспомнив про телефонную книгу Галины Николаевны.
Дома её никто не ждал. Толик сказал, что будет ночевать у бабушки, объясняя тем, что там все друзья.
"Может, оно и к лучшему..." - подумала она, доставая из холодильника начатую вчера бутылку ликёра "Амаретто", которую ей подарила начальница отряда по случаю освобождения. Нехитрая закуска тотчас очутилась на столе. Что может быть вкуснее селёдочки иваси с тонко нарезанным лучком да с чёрным хлебушком и отварной картошечкой? Всё это сейчас казалось Наталье элементами свободной жизни.
Выпив первую рюмочку, она соорудила пирамидку из хлеба, картошки, селедки и лука, смачно откусила от неё и открыла телефонную книгу. Кого искать, она пока не представляла, но рассчитывала найти знакомые имена, которые смогут подробнее рассказать о жизни её бывшей семьи.
- Алфёрова Катя, - вслух начала читать Наталья. - Аристова Марина... Не знаю такую... Богачёв Алексей... Брусницын Григорий... Ватолина Жанна Фёдоровна... За свою жизнь мне попадалась только одна Жанна, и, по-моему, она была Фёдоровна - это свекровина соседка, что живёт этажом выше. Если мне не изменяет память, старуха очень любит поговорить. Это как раз то, что мне надо! - довольная находкой, сказала Наталья и принялась набирать номер Жанны Фёдоровны.
Гудки... Один, другой, третий... Длинные гудки никак не желали превращаться в голос. Наталья хотела было положить трубку, как на другом конце провода послышался немного заспанный голос старушки.
- Алло...
- Здравствуйте, Жанна Фёдоровна! С Новым годом вас! С новым счастьем!
- Спасибо! А кто это? - голос старушки несколько приободрился, и она сразу призналась: - Что-то со сна не соображу, кто со мной говорит...
- Ни за что не догадаетесь... Это сноха Галины Николаевны - вашей соседки снизу... Светлая ей память! - нежным голоском произнесла Наталья и мысленно принялась просить бога, чтобы старуха не была в курсе её отсидки в тюрьме. Шанс такой был, потому что таким обычно не хвастаются... - Была у дочки в гостях и случайно в мусорном ведре обнаружила мамину телефонную книжку. Вернулась домой и решила обзвонить самых близких ей друзей. Узнать, как у них дела, поздравить с праздником. Пустячок, а ведь любому человеку приятно внимание...
- Ой, спасибо, дочка! Конечно, приятно! Мы с Галиной хоть и не дружили, но всегда здоровались, по-соседски обсуждали дворовые новости. Молодёжь-то она сейчас какая пошла. Буркнут себе под нос: "Здравствуйте!" и убегут. Не спросят, как дела, как здоровье, ни чем помочь? Вот когда мы были молодыми, то сами записывались в тимуровцы и бегали по старикам, чтобы предложить помощь...
- Да, мы тоже совсем другими были... Всегда советовались со старшими. Смотрю на свою Татьяну и удивляюсь. Всё держит в себе. Слова не выдавишь. Живу отдельно и ничего не знаю дочь. Чувствую, что любовь крутит, но мне не признаётся...