Лена не работала. Говорила, что её задача — поддерживать образ семьи.
Я не был против — у нас маленькая дочь, я зарабатывал достаточно. Но деньги не задерживались. Каждый месяц что-то новое: телефон в кредит, кофемашина в кредит, светильники для умного дома — тоже в кредит. Она объясняла: все так живут, надо соответствовать.
Я пробовал говорить. Разговоры всегда заканчивались одинаково: она о том, как всё должно выглядеть, я — о том, сколько это стоит. В итоге я соглашался. Спорить было дольше и тяжелее.
Взял подработку.
Лена заметила, что у дочки старый пуховик. Попросила пятьдесят тысяч — в брендовый магазин.
Я сказал — давай на маркетплейсе, те же бренды дешевле.
Она сказала — не буду одевать дочь в ширпотреб.
Я объяснил, что все бренды шьют в Китае.
Она сказала — для дочери всегда должны быть деньги, это моя святая обязанность.
Пуховик купили на маркетплейсе. Лена два дня не разговаривала. Потом купила ноутбук в кредит — старый не соответствовал.
Взял третью работу.
Через год она объявила, что забронировала тур на Маврикий. Оплата в конце месяца, сто процентов.
Я сказал — нет, слишком дорого.
Она — возражения не принимаются.
Я повторил — нет.
Она — тогда рассмотрю другие варианты.
Я думал, что это фигура речи. Через пять минут она пришла с телефоном и показала переписку с двумя мужчинами. Один — с сыроварней, готов содержать. Второй — живёт на Гоа.
— Вот люди, которые готовы быть щедрее.
Я посмотрел на неё. Сказал — обдумаю.
Наташа появилась через несколько недель. Случайно познакомились. Она не говорила о брендах и не показывала переписки с другими.
Я не горжусь. Но я был измотан, и мне просто нужно было что-то тихое.
Однажды вечером я собрал вещи.
— Ты куда? Из-за пылесоса? Я его сдам.
— Дело не в пылесосе. Я устал приходить домой и видеть витрину.
Она кричала, что я предал семью.
Я сказал — мы давно не семья, а картинка. Когда ты последний раз делала что-то для нас, а не для фото? На ярмарке ты снимала контент и не дала дочке купить леденцы — сказала, пустая трата.
Она замолчала.
Долги закрыл до ухода. Квартира осталась ей. Алименты плачу, дочку беру регулярно.
Лена пыталась найти адвоката. Оказалось — вытряхивать нечего. Формально она получила всё что могла.
Слышал, что она начала продавать вещи — кресло-кошачья лапка, фен с логотипом, технику. Квартира пустеет.
Дочка нормально. Мы видимся часто. На прошлой неделе попросила научить делать блинчики — говорит, у бабушки вкуснее, чем в кафе.
Я подумал — вот с этого и надо было начинать.
Спасибо что читаете мои истории каждый день.
Особая благодарность за подписку на канал!