Пост очень легко превратить в миф. Не в живое духовное делание, а именно в миф. В красивую историю о том, как человек будто бы идет вслед за Христом, Моисеем, пророком Илией или великими святыми. В такой логике пост переживается не как честная работа над собой, а как попытка встроить себя в чужой опыт. Человек как будто говорит себе: буду поститься по настоящему, как пророки или святые.
Ну, и что тут такого плохого?
Чужой подвиг почти всегда выглядит понятнее и возвышеннее, чем твои собственные усилия. Истории святых рассказаны как цельная история с началом и концом. На фоне житий святых твоя жизнь и усилия кажутся чем-то недостойным и бессмысленным. Вот тогда возникает сильный соблазн перестать смотреть на себя и начать копировать чужую форму.
Это и есть мифологический пост
Мы все хотим стать лучше и ежегодно ищем методичку по правильному посту. После чудесных историй про великих пустынников, больший кредит доверия у аскетов и монахов, вот мирян и тянет к самоистязанию плоти по их примеру. На выходе получается слепая имитация постящемуся Моисею или святым. Но ведь это нам нужен пост, а не Моисею.
Подражать чужим категориям поста или поверить в свой живой опыт?
На мой взгляд, сегодня возник обратный дефицит духовного опыта - личного опыта. Живой опыт всегда реальнее житий святых, хотя в нём и больше ошибок.
Христианский пост - это стремление выйти из анабиоза вседовольства, в который нас погружает современный мир потребления, и провести разоблачительную работу над самим собой. Пост нужен, чтобы человек перестал наконец увидел, чем он живет на самом деле, что им управляет, от чего он зависит, чем он заглушает внутреннюю пустоту.
По-моему, хороший знак, когда в конце поста ты ловишь себя на мысли, что не хочешь останавливаться. И я говорю не только про еду, но и про развлечения, молитву и милостыню. За 48 дней поста происходит эта удивительная внутренняя переассоциация, о которой говорил Иисус Христос:
«Отвергнись себя, возьми крест свой, и следуй за Мною» (Евангелие по Марку, 8 глава, 34 стих).
Поэтому главный вопрос поста звучит не так: стал ли я за это время честнее перед Богом и перед собой?
Подражание само по себе не всегда плохо. У христианства есть язык память о святых и опыт Церкви. Проблема начинается тогда, когда пример перестает быть ориентиром и становится маской. Когда человек вместо покаяния выбирает имитацию праведности. Вместо личной ответственности выбирает духовный образ, в который пытается себя втиснуть, вот тогда пост перестает вести к Богу и начинает обслуживать фантазию о себе.
Живой опыт всегда скромнее, чем миф. В нем меньше героизма и больше правды. Богу нужна не наша легенда о себе, а мы сами.
Аминь или как?