Найти в Дзене
Марта Яковлева

Какую любовь вы выбираете — драматичную или тихую? Расскажу, чему меня научили кот и собака

Уроки любви от мохнатых членов семьи Разговор с Томасом о том, как по-разному мы любим кота Оникса и щенка Декстера, навёл меня на важное сравнение. Любовь к коту Ониксу — это «тихая любовь-дружба». Он входил в нашу семейную систему постепенно. Приходил на нашу территорию, но не оставался. Мы были рады его видеть, но с уважением относились к тому, что он может остаться, а может уйти. Это свобода. Это любовь, в которой нет драмы. Она спокойная и ровная. Любовь к щенку Декстеру — это «драматическая любовь-спасение». Он ворвался в нашу жизнь со своей болезнью и немотой. Его нужно было спасать, лечить, не спать ночами. Эта любовь с первого взгляда, она щемящая, болезненная, с привкусом страха и вины. Она не дает покоя, она раскачивает. Культурологически мы привыкли романтизировать вторую. Любовь — это жертва, подвиг. «Я готов(а) ради неё на всё!» Но я хочу сказать вам то же, что сказала своему сыну Томасу. Любовь принадлежит только нам, и мы можем выбирать, какой она будет. Драматичной или

Уроки любви от мохнатых членов семьи

Разговор с Томасом о том, как по-разному мы любим кота Оникса и щенка Декстера, навёл меня на важное сравнение.

Два урока любви
Два урока любви

Любовь к коту Ониксу — это «тихая любовь-дружба».

Он входил в нашу семейную систему постепенно. Приходил на нашу территорию, но не оставался. Мы были рады его видеть, но с уважением относились к тому, что он может остаться, а может уйти. Это свобода. Это любовь, в которой нет драмы. Она спокойная и ровная.

Оникс: пришёл — ушёл — я всё равно рада
Оникс: пришёл — ушёл — я всё равно рада

Любовь к щенку Декстеру — это «драматическая любовь-спасение».

Он ворвался в нашу жизнь со своей болезнью и немотой. Его нужно было спасать, лечить, не спать ночами. Эта любовь с первого взгляда, она щемящая, болезненная, с привкусом страха и вины. Она не дает покоя, она раскачивает.

Декстер: тот, кого нужно было спасти
Декстер: тот, кого нужно было спасти

Культурологически мы привыкли романтизировать вторую. Любовь — это жертва, подвиг. «Я готов(а) ради неё на всё!»

-4

Но я хочу сказать вам то же, что сказала своему сыну Томасу. Любовь принадлежит только нам, и мы можем выбирать, какой она будет. Драматичной или расширяющей и дающей опору.

Настоящая сила, мне кажется, в том, чтобы позволить драматической любви превратиться в тихую. Не любить меньше, а любить иначе. Без надрыва, но с глубиной. Без страха потери, но с благодарностью за присутствие.

Для кого-то это путь «взросления» чувств. От страстной драмы — к тихой, но нерушимой дружбе. Это сложно, но возможно. Для кого-то это норма, и если уж идти в отношения, то только в те, где чувствуешь это расширение. Как говорится, каждый выбирает для себя.

-5

А что выбираете вы?