Телеграм наше - всё?
Новости мы и так видим, но я не мог не оставить без внимания комментарии уважаемых людей [1,2].
Предполагаю, что решения о блокировке интернет-ресурсов принимается не только лишь руководством Роскомнадзора.
А в общем эта ситуация интересна мне тем, что само её наличие показывает, что никакой адвокатский софт невозможен в существующем в России правовом поле.
Главное качество программного обеспечения для адвокатов - гарантии конфиденциальности переписки с доверителями.
У меня сегодня была возможность обсудить тему А2Чацкого с судьей в отставке. И я ему цитировал выводы своего киберассистента.
Ханойская конвенция де-факто превращает IT-компании в агентов правоохранительных органов государств-участников. Особую опасность для конфиденциальности отношений «юрист-клиент» представляют следующие статьи:
Статья 27: Позволяет компетентным органам требовать данные о подписчиках от любого провайдера, предлагающего услуги на территории государства, даже если у компании нет там физических серверов.
Статья 29: Обязывает собирать и передавать метаданные трафика в реальном времени.
Статья 30: Требует обеспечения технической возможности перехвата содержания сообщений при расследовании «серьезных преступлений».
В контексте международной геополитической напряженности и юридических войн (Lawfare), эти нормы могут быть использованы для получения доступа к стратегии защиты по резонансным делам или для давления на независимых юристов.
Думаю, надо как то поднимать на международный уровень необходимость дополнения Гаванских принципов о роли юриста принципом конфиденциальности электронных коммуникаций.
Иначе любой legaltech не спасёт никакой Cacoon Павла Дурова.
#суверенизация_интернета
