Знаешь, иногда я думаю: вот живёшь себе, считаешь, что всё нормально, что ты — нормальный, адекватный человек. Работаешь, растишь ребёнка, стараешься для семьи… А потом встречаешь свекровь — и вдруг узнаёшь о себе столько нового, что диву даёшься.
Недавно разговорилась с подругой, и она меня так подбодрила: «Не переживай, это нормально — когда свекровь тебя не жалует. Зато сколько нового о себе узнаёшь!»
И я задумалась: и правда, сколько же всего я теперь знаю о себе — исключительно благодаря маме моего мужа Игоря.
Во‑первых, оказывается, я необразованная.
Хотя университет окончила, причём вместе с Игорем — мы в одной группе учились. Никаких учёных степеней у нас нет, но у него, видите ли, есть козырь: он музыкальную школу закончил.
Правда, из всего богатства музыкального наследия помнит только одну композицию — «Во саду ли в огороде». Да, именно её он и может играть на своей балалайке хоть ночью разбуди. А сам инструмент больше походит на предмет антуража. Если честно, мне кажется, что понаблюдав за его бренчанием, и при желании тоже освою эту чрезвычайно несложную композицию.
Но свекровь считает: Игорь может что‑то ещё выучить, если постарается. А я — нет. Потому что необразованная в музыкальном плане. Вот уж прямо меломанша...
Во‑вторых, я плохо готовлю.
Хотя кормлю мужа драниками — а он их обожает. Но свекрови они не нравятся, и этого достаточно, чтобы признать мои кулинарные способности нулевыми.
И неважно, что готовлю я не каждый день — у меня работа, я зарабатываю даже больше Игоря. Но это, видимо, не считается.
Свекровь к нам не живёт, слава богу, но наведывается часто. И каждый раз находит, к чему придраться. Особенно любит покритиковать моих родителей:
- вырастили неумеху;
- женили сына на мне, а квартирой не обеспечили;
- теперь сыночке приходится ипотеку платить, а я «села на шею и ножки свесила».
А то, что я работаю и прилично зарабатываю? Не считается. То, что сидела в декрете с нашей дочкой Катей? Так это, по мнению свекрови, «ничего не делала, дурью маялась».
Игорь… Он, конечно, меня как‑то защищает. Но так вяло, неуверенно — видно, что ссориться с мамой не хочет. А я что сделала? Отдала Катю в музыкальную школу. Вдруг ей такая же свекровь попадётся? Пусть хоть инструмент освоит — будет чем козырнуть.
Прошло несколько лет. И вот опять встреча с той же подругой. Она смотрит на меня и спрашивает:
— Ну что, узнала ещё что‑то новое о себе?
— Ещё как, — отвечаю. — После развода.
— От кого?
— От бывшего мужа и его мамы.
Оказывается, Игорь наконец‑то осознал, что его мама была не права. Даже жалко его стало: столько лет со мной прожил, «промучился»…
А свекровь вдруг резко пересмотрела взгляды. Теперь кричит на сына:
— Дурень! Где ты ещё такую жену найдёшь? Умница, красавица, образованная, готовит вкусно, деньги зарабатывает! А за то, что тебя, дурака, терпела — ей памятник при жизни надо поставить!
— Что это с ней? — удивляется подруга.
— Так Игорь к ней переехал. Вместе с балалайкой. Теперь, видимо, каждый вечер «Во саду ли в огороде» исполняет.
И знаешь, что я поняла? Всё это время я сомневалась в себе. Верила этим словам — про необразованность, неумелость, бесполезность. А теперь вижу: дело не во мне. Дело в том, кто и зачем это говорит.
Я хорошая мать. Я любящая, заботливая жена — была, пока это ценили. Я профессионал, я обеспечиваю себя и ребёнка. Я умею радоваться жизни и создавать уют. И никакие чужие оценки этого не изменят.
Теперь я живу для себя и дочки. Никаких «должна», никаких «как принято». Только то, что действительно важно. И знаешь? Стало легче дышать. Гораздо легче.
