Глава 3
Костер догорал, угли мерцали алым, и компания постепенно впала в то приятное, ленивое состояние, когда разговоры становятся тише, движения медленнее, а хочется только сидеть и смотреть на звезды.
Маша уже почти задремала, укутанная в плед Димы, когда почувствовала легкое прикосновение к плечу.
— Не спи, замерзнешь, — тихо сказал Дима. — Хочешь пройдемся? Размяться немного?
Маша подняла на него глаза. В темноте его лицо освещалось только отблесками углей, и от этого казалось еще загадочнее.
— А далеко? — спросила она, чувствуя, как внутри шевельнулось предвкушение.
— Паша говорил, тут где-то речка рядом. Метров двести, не больше. Провожу тебя до воды?
Она кивнула, осторожно высвобождаясь из пледа. Дима помог ей встать, и на секунду его рука задержалась на ее локте — просто чтобы убедиться, что она твердо стоит на земле. Но даже это короткое прикосновение отозвалось теплом где-то глубоко внутри.
— Мы прогуляемся, — сказал Дима остальным. Паша понимающе ухмыльнулся, но ничего не сказал, только махнул рукой.
— Только не утоните там! — крикнула вслед захмелевшая Кристина.
Тропинка начиналась сразу за поляной и уходила в березовую рощу. Ноги мягко ступали по прошлогодней листве, где-то в ветвях перекликались ночные птицы, а над головой раскинулось бескрайнее звездное небо.
— Красотища какая, — выдохнула Маша, запрокидывая голову. — У нас в городе такого неба не бывает. Там все звезды прячутся за фонарями и рекламой.
— Поэтому я и люблю такие вылазки, — отозвался Дима, шагая рядом. — Здесь дышится по-другому. И думается иначе.
Они шли молча, но молчание было уютным, не напрягающим. Тропинка петляла между деревьями, иногда ныряла в низинки, где еще держалась влажная прохлада, и Маша благодарила судьбу, что надела не кроссовки, а удобные трекинговые ботинки.
— Осторожно, корень, — предупредил Дима, и его рука снова коснулась ее спины, направляя в обход препятствия.
— Спасибо, — улыбнулась Маша в темноте, надеясь, что он не видит ее смущения.
Они прошли уже минут десять, а реки все не было.
— Странно, — задумчиво протянул Дима, останавливаясь. — Паша говорил, что она сразу за рощей. А мы уже, кажется, всю рощу прошли.
— Может, не туда свернули? — предположила Маша. — В темноте все тропинки одинаковые.
Дима достал телефон, посмотрел на экран и вздохнул.
— Связи нет. И карты не грузятся.
— Ого, — Маша вдруг осознала, что они совершенно одни в незнакомом лесу, и вместо страха почувствовала странный азарт. — Мы заблудились?
— Похоже на то, — усмехнулся Дима. — Испугалась?
— А должна?
Дима посмотрел на нее долгим взглядом, и даже в темноте Маша почувствовала его тепло.
— Нет, — ответил он просто. — Не должна. Я с тобой.
Они пошли дальше, но теперь уже медленнее, приглядываясь к каждому повороту. Тропинка становилась все менее заметной, трава — выше, а деревья вокруг сменились с берез на какие-то хвойные породы.
— Слушай, — вдруг остановилась Маша. — Ты слышишь?
Где-то вдалеке действительно слышался тихий, едва уловимый звук текущей воды.
— Речка! — обрадовался Дима. — Значит, мы не совсем заплутали.
Они ускорили шаг, продираясь сквозь кусты, и вдруг лес расступился, открывая узкую, но быструю речку с темной, почти черной водой, в которой отражались звезды и тонкий серп молодого месяца.
— Красиво, — прошептала Маша.
Они стояли на небольшом обрывчике, метрах в трех над водой. Речка действительно была узкой — противоположный берег можно было разглядеть во всех деталях: коряги, свисающие ветви ивы, темную траву.
— Тут не больше пятнадцати метров, — прикинул Дима. — Переплыть можно, но вода ледяная.
— Переплывать не будем, — решительно заявила Маша. — Посмотрим и пойдем обратно.
Они присели на большой валун, нагретый за день солнцем и еще хранивший тепло. Речка журчала, создавая идеальный саундтрек к этому моменту.
— Знаешь, — начал Дима после долгой паузы, — я редко так легко схожусь с людьми. Обычно мне нужно время, чтобы привыкнуть, притереться. А с тобой... как будто сто лет знакомы.
Маша почувствовала, как сердце пропустило удар.
— У меня тоже такое ощущение, — призналась она тихо. — Хотя обычно я настороженно отношусь к новым знакомым. Особенно после развода.
— Можно спросить? — осторожно начал Дима. — Что случилось? Если не хочешь — не отвечай.
Маша задумалась. Обычно она не любила рассказывать о своем неудачном браке, но сейчас, в темноте, у реки, с этим почти незнакомым человеком, ей вдруг захотелось открыться.
— Мы были слишком разными, — начала она. — Ему нужна была тихая домохозяйка, которая ждет его с работы с ужином. А я... я не могу сидеть на месте. Мне нужны проекты, поездки, новые идеи. Он считал это блажью. А я задыхалась.
Дима слушал молча, не перебивая.
— В итоге он ушел к своей коллеге. Она работает бухгалтером, сидит тихо, считает циферки. Его мечта, — Маша усмехнулась с горечью. — А ты? Ты был женат?
— Был, — коротко ответил Дима. — Тоже развелся. Три года назад. Детей нет, и это, наверное, к лучшему. Разводиться с детьми всегда сложнее.
— Почему расстались?
Дима помолчал, собираясь с мыслями.
— Она хотела, чтобы я стал кем-то другим. Более успешным, более амбициозным, чтобы зарабатывал больше, купил квартиру в центре, ездил на дорогой машине. А мне... мне всегда было достаточно того, что есть. Я не гонюсь за статусом. Мне важно чувствовать себя живым, а не гнаться за чужими стандартами.
— Понимаю, — тихо сказала Маша.
— Тебя это не пугает? — спросил Дима, поворачиваясь к ней. — Что я простой программист без амбиций?
Маша посмотрела на него. В темноте блестели его глаза, и она видела в них что-то такое, от чего замирало сердце.
— Меня пугают люди, которые притворяются теми, кем не являются, — ответила она. — А ты настоящий. Это редкость.
Дима не ответил. Он просто смотрел на нее, и в этом взгляде было столько тепла и нежности, что Маше захотелось провалиться сквозь землю или, наоборот, взлететь.
— Нам пора возвращаться, — сказал он наконец, но голос его звучал так, будто он сам не хотел уходить.
— А мы найдем дорогу? — спросила Маша, поднимаясь.
— Найдем, — уверенно ответил Дима, протягивая ей руку. — Вместе найдем.
Они побрели обратно, но теперь шли еще медленнее. Разговор сам собой затих, но молчание было наполнено чем-то большим, чем слова. Их плечи иногда соприкасались на узкой тропинке, и от каждого касания по телу Маши пробегали мурашки.
Через полчаса блужданий они вышли к поляне, но совсем с другой стороны.
— О! — обрадовался Паша, увидев их. — А мы уже хотели спасательную экспедицию снаряжать! Где вас носило?
— К речке ходили, — спокойно ответил Дима. — Заблудились немного.
— Заблудились они, — хитро прищурился Паша. — Ага, конечно. Ладно, садитесь, чай горячий есть. Согреетесь.
Маша села на свой плед, и через мгновение рядом опустился Дима, протягивая ей кружку с дымящимся чаем. Их пальцы снова соприкоснулись, и Маша увидела, как в глазах Димы мелькнуло что-то такое, отчего ей стало жарко, несмотря на ночную прохладу.
Она сделала глоток. Чай был сладким, с мятой и лимоном. Или ей просто казалось от того, что на душе было сладко и тревожно одновременно.
Где-то вдалеке все так же журчала речка, к которой они так и не дошли по-нормальному. Но Маша вдруг поняла, что эта прогулка — самое лучшее, что случилось с ней за последние несколько лет.
Она посмотрела на Диму. Он смотрел на огонь, но на его губах играла легкая улыбка, предназначенная только им двоим. И Маша улыбнулась в ответ, чувствуя, как внутри распускается что-то новое, хрупкое и очень важное.
Подписывайтесь на дзен-канал Реальная любовь и не забудьте поставить лайк))
А также приглашаю вас в мой телеграмм канал и Канал МАХ