Я тоже считал Москвич-412 обычной рабочей лошадкой. Ну знаете, "колхозник", "таксист", "машина участкового врача" пока не узнал, что эти машины выходили на трассы в Европе — туда, где правили Porsche и BMW.
Одно дело - стоять в очереди за машиной, другое - доехать на ней через два континента.
А бывало и такое.
"Колхозник" или боец
Прозвище "колхозник" к Москвичу прилипло не просто так.
Простая внешность, без лишнего хрома, без попытки казаться дороже, чем он есть.
Но если копнуть глубже - это был не деревенский простак, а упрямый и выносливый боец. У моего отца первый автомобиль был как раз Москвич-412. Наш первый семейный. Мы звали его "Потапыч".
Ломался он, честно скажу, регулярно - в багажнике постоянно лежал набор инструментов, как маленькая СТО. И вот глядя на всё это, я тогда никак не мог понять:
как такая машина вообще могла выходить на раллийные трассы?
А оказалось - именно такие и выходили.
Лондон - Мехико. Где ломались сильные
Весной 1970-го в Лондоне стартовала гонка, в которую слабые просто не шли.
Маршрут - от Уэмбли до Мехико. Тысячи километров, разные континенты, климат и дороги, которые ломали даже сильных. На старте - почти сотня экипажей. Ford, BMW, Mercedes, Porsche - весь цвет автопрома.
И среди них - Москвич-412. Тогда на него смотрели с улыбкой.
Машина из страны, где нормальный асфальт был редкостью - против европейских "монстров". Но дальше всё пошло совсем не по их сценарию.
Почему он вообще туда попал
Многие до сих пор думают, что Москвич туда отправили "для галочки".
Мол, показаться - и тихо сойти с дистанции. Но у этой машины был козырь, который тогда просто недооценили. Мотор УЗАМ-412.
Для своего времени - неожиданно живой.
Алюминиевая головка, верхний распредвал, нормальная отдача - это уже был не «дедовский» двигатель, а вполне современная конструкция.
Его можно было крутить, нагружать, форсировать - и он не рассыпался через тысячу километров. А в марафоне это важнее всего. Не разгон до стони. Не статус.
А способность ехать, когда другие уже встали.
Где закончилась гонка, а где началась реальность
25 тысяч километров.
Два континента. Жара, пыль, горы, камни. И вот здесь начиналась уже не гонка - а отбор.
Ломались подвески у быстрых. Перегревались моторы у самых мощных.
Сходили те, на кого изначально ставили. А Москвич ехал.
Не быстрее всех - но стабильно. Без лишнего шума и без громких ожиданий. В итоге до финиша добрались чуть больше двадцати машин.
И среди них - Москвичи. 12-е место в абсолюте.
Для "колхозника" - это уже был совсем другой разговор.
"Он не быстрый. Он живучий"
Позже я наткнулся на воспоминания механика из той команды.
Он сказал простую, но очень точную вещь:
"Москвич не выигрывает. Он переживает".
И в этой фразе - весь смысл. Подвеска - с запасом под разбитые дороги.
Мотор - терпит плохое топливо и перегрузки. Конструкция - прощает ошибки, за которые другие машины сразу наказывают.
Он не был самым быстрым. Он просто доезжал.
Тур Европы. Тут уже без улыбок
В 1971 году был ещё один экзамен - Тур Европы от ADAC. 14 тысяч километров. 16 стран. И вот здесь Москвичи уже не выглядели экзотикой. На них смотрели иначе - как на машины, которые точно доедут.
Но они сделали больше. Они не просто дошли до финиша. Они выиграли свой класс. Не случайно. Не "повезло".
А именно выиграли.
И вот после этого улыбок стало заметно меньше.
Почему у нас этого никто не помнит
Меня всегда раздражало, что у нас об этом почти не помнят.
За границей Москвич запомнили как выносливую машину, которая доезжает там, где другие сдаются.
А у нас — «ну ездит и ладно». Почему так получилось? Потому что в СССР по телевизору показывали хоккей, а не ралли.
Потому что обычный водитель видел совсем другой Москвич — не тот, что шёл марафоны по Европе.
Личный момент
Я не был гонщиком. Но с техникой рядом всю жизнь - и кое-что в этом понимаю. Есть машины, которые любят идеальные условия. Ровный асфальт, хорошее топливо, аккуратное обращение. А есть другие.
Те, которые выживают. Москвич - как раз из таких. Да, он мог капризничать.
Да, по сборке до идеала было далеко. Но если его не добивать - он ехал. И ехал туда, куда современные машины иногда даже не суются.
Сравнение, которое многим не понравится
Попробуй сейчас взять любой современный седан.
Неважно — немец, кореец или китаец с экранами на полсалона.
И отправь его на 25 тысяч километров: гравий, жара, горы — без сервиса и тепличных условий.
Сколько он выдержит? А Москвич выдержал.
И это факт, который почему-то не любят вспоминать. Москвич-412 не был самым быстрым. Не был самым красивым. Но он оказался тем, кто доезжает.
А в таких историях этого иногда достаточно, чтобы остаться в памяти.
После всего этого я уже не могу смотреть на него как на «колхозника».
Для меня это упрямый марафонец, который делает своё дело до конца.
И, знаете, таких машин сейчас почему-то становится всё меньше.