Смерть как двигатель торговли
1915 год. Нью-Йоркская гавань забита судами до горизонта. В Питтсбурге мартеновские печи вообще не гасят, сталь льётся круглосуточно, потому что британцам позарез нужны снаряды. Заводы "DuPont" перешли на трёхсменку, взрывчатка уходит в Европу пароходами. Акции лезут вверх, как на дрожжах. Ну а что вы хотели? Война – это всегда очень грустно, но не для всех. Для американского бизнеса эта грусть оказалась очень прибыльной.
И вот тут возникает вопрос, который историки любят обходить стороной, списывая всё на "объективные экономические процессы". А был ли у США вообще выбор? Провозгласив нейтралитет в 1914-м, они открыли ящик Пандоры под названием "свободная торговля с воюющими сторонами". И этот ящик очень быстро захлопнулся, прищемив американскую внешнюю политику своими стальными створками. К 1916-му выяснилась страшная правда, что Соединённые Штаты уже не могли позволить Антанте проиграть. Никак. Потому что проигрыш Лондона и Парижа означал бы финансовый коллапс самого Нью-Йорка.
Вопрос даже не в том, хотели ли американские банкиры помочь "родственной" англосаксонской цивилизации (хотя и это, конечно, тоже). Вопрос именно в деньгах. Гигантских, бешеных деньгах, которые потекли через океан и привязали экономику США к окопам Вердена и Соммы. Нейтралитет? Да какой там нейтралитет, когда твои кредиты висят на британском казначействе, а заводы работают на французские пушки. И самое политики в Вашингтоне вроде бы всё понимали, но остановить этот механизм было уже невозможно. Или же они и не хотели?
Финансовый кран Джона Моргана. Как Уолл-стрит сделала ставку?
Знаете, если искать главного бенефициара Первой мировой в Америке, то долго ходить не придётся. Достаточно заглянуть в контору на Уолл-стрит, 23. Джон Морган – сын того самого Джона Пирпонта Морган-старшего – сидел в своём кабинете и, кажется, даже не особо напрягался. Бизнес сам плыл в руки. В начале 1915 года британское и французское правительства официально назначили "J.P. Morgan & Co." своим эксклюзивным закупочным агентом в США. И всё завертелось.
Вы только представьте масштаб. Через руки моргановских клерков проходили миллиарды долларов (по тем временам – астрономические суммы, сопоставимые с бюджетом всей страны). Британцы и французы закупали всё: от консервов и обмундирования до стали, химикатов и, конечно, боеприпасов. Важно понимать, что Морганы не просто пересылали деньги, они координировали производство, искали подрядчиков, договаривались о ценах. За свои услуги банк получал комиссию, обычно 1-2% от объёма. Казалось бы, мелочь. Но посмотрите сами. Через них прошло около 3 млрд долларов. То есть даже если взять комиссию в 1%, "J.P. Morgan" заработал на этом около 30 миллионов долларов чистыми. Так, добавлю для сравнения: средний рабочий тогда получал долларов 500 в год.
А теперь самое интересное. Эти кредиты превращали американские банки в прямых заинтересованных лиц. Морганы размещали облигации англо-французского займа среди американских инвесторов – страховых компаний, пенсионных фондов, богатых людей. И все они теперь молились на победу Антанты. Если Британия проигрывает, то их бумажки превращаются в макулатуру. Связь Уолл-стрит и лондонского Сити была, конечно, старой и тесной, но теперь она стала буквально кровной.
По сути, уже к середине 1915 года США сделали свой выбор. Не политически, нет, Вильсон продолжал вещать про нейтралитет, но экономически ставка была сделана. И самое смешное, что этот выбор никто специально не планировал, просто бизнес делал бизнес. А политики потом расхлёбывали.
Промышленный бум и "торговля смертью"
Промышленный же индекс взлетел до небес. Если в 1914-м страна переживала рецессию, то уже к концу 1915-го безработица практически исчезла. Заводы "Bethlehem Steel" и "US Steel" работали на пределе мощностей. Паровозы, рельсы, колючая проволока – всё уходило в Европу.
И тут, конечно, в обществе поползли разговоры. Мол, а не слишком ли? Пацифисты, квакеры, социалисты вроде Юджина Дебса говорили, что на крови наживаются. Конгрессмен-республиканец от Висконсина Роберт Лафоллет (кстати, был одним из 6 сенаторов, проголосовавших против выступления в конфликт, за что подвергся суровой критике) требовал запретить поставки воюющим сторонам. Мол, настоящий нейтралитет – это эмбарго для всех. Но кто бы его слушал? Бизнесмены пожимали плечами и разводили руками. Формально они были чисты, т.к. международное право разрешает торговать с воюющими сторонами невоенными товарами. А кто сказал, что сталь – это военный товар? Из неё можно и плуги делать.
Одного из банкиров на слушаниях в сенате спросили:
-Как вы можете спать спокойно, зарабатывая на смерти?
А он ответил:
-Мистер сенатор, я не зарабатываю на смерти, я зарабатываю на стали. А уж что с ней делают европейцы – их дело, мы им оружие в руки не вкладываем, мы продаём сырьё.
Хотя все понимали, что без американской стали, меди и пороха Антанта бы долго не продержалась. Немцы, кстати, это очень быстро просекли и пытались давить на США через Мексику и подлодки, но об этом дальше.
Кстати, в 1916 году доходы компании "DuPont"выросли почти в 2,5 раза по сравнению с предыдущим годом, превысив совокупный доход за все предвоенные годы с момента нахождения троих братьев Дюпон в руководстве компании.
И этот промышленный бум создал колоссальную инерцию. Тысячи рабочих мест, налоги, прибыли акционеров – всё это зависело от продолжения войны. Мир означал бы остановку конвейеров и кризис перепроизводства. Так что к 1916-му американская промышленность уже молилась не на нейтралитет, а на то, чтобы европейская мясорубка крутилась дальше.
Почему Германия осталась с пустыми руками
Если Америка была нейтральной и готова торговать со всеми, то где же немецкие заказы? Где германские облигации на Уолл-стрит? Почему немецкие агенты не скупали американскую сталь и медь так же рьяно, как британские?
Ответ, друзья мои, до боли прост. И дело даже не в том, что американские банкиры сплошь были англофилами (хотя среди моргановской элиты этого добра хватало). Дело в географии и британском флоте. С первых дней войны Королевский флот установил морскую блокаду Германии. Северное море патрулировалось, проливы контролировались, любые суда, идущие в Германию или из неё, задерживались, досматривались и конфисковывались, если везли что-то "полезное для войны". А что в XX веке не полезно? Правильно – всё.
Британия очень быстро составила список "контрабанды", куда включила все от продовольствия до меди и резины. Немцы, конечно, пытались прорываться, но это были капли в море. Американские бизнесмены – народ прагматичный. Какой смысл продавать немцам, если товар всё равно не дойдёт, а британцы ещё и в чёрный список занесут? А вот с Антантой – пожалуйста: океан чист, британский флот гарантирует доставку, страховые ставки приемлемые.
Но была и вторая сторона – финансовая. Кредиты Германии были просто невозможны технически. Даже если бы какой-то смелый банкир захотел разместить германские облигации в Нью-Йорке, как бы немцы расплачивались? Золотом? Но золото тоже не вывезти из-за блокады. К тому же, немецкая военная машина сидела на голодном пайке ресурсов и к 1916-й год подходила с тотальным дефицитом всего. Давать кредит стране, которая с каждым месяцем слабеет и проигрывает в ресурсной войне – это не бизнес, а самоубийство.
Американские банкиры, кредитуя Антанту, прекрасно понимали, что если Британия и Франция проиграют, они просто не вернут долги. А это означало крах финансовой системы США. К концу 1916 года объём частных американских кредитов странам Антанты перевалил за 2 миллиарда долларов (против 20 млн Германии). Государственный департамент мог сколько угодно вещать про нейтралитет, но Уолл-стрит уже сделала выбор.
Так что, когда осенью 1916-го немецкие подлодки начали топить торговые суда с американским грузом для Англии, вопрос стоял уже не просто о защите торговли. Вопрос стоял о защите тех самых 2 миллиардов, которые в случае победы Германии превратились бы в пыль. И Вильсон это понимал, поэтому оставалось только найти повод. Но это уже тема для следующего разговора.
Нейтралитет, который сдох незаметно
Знаете, в чём главная ирония всей этой истории? Америка 1915-1916 годов искренне считала себя нейтральной страной. Президент Вильсон вещал с трибун о беспристрастности, госдепартамент строчил ноты протеста обеим сторонам, а обыватель читал газеты и радовался растущим зарплатам. Но правда заключалась в том, что нейтралитет помер где-то в тот момент, когда первый крупный кредитный чек подписывали в офисе Моргана.
К 1916 году Соединённые Штаты попали в классическую ловушку, из которой нет выхода без потери лица или денег. Американский бизнес сделал ставку и поставил на кон слишком много. Два миллиарда долларов кредитов, тысячи рабочих мест, промышленный бум, привязанный к военным заказам Антанты – всё это висело на волоске. И волосок этот назывался "победа Германии". Если бы немцы взяли Париж или вынудили Британию к сепаратному миру, британский фунт рухнул бы, а вместе с ним и вся американская финансовая пирамида.
Осознавали ли политики в Вашингтоне, куда всё катится? Конечно, осознавали. Госсекретарь Лансинг, например, ещё в 1915-м писал в мемуарах, что разрешать частные кредиты воюющим сторонам – это фактически делать выбор, но остановить этот процесс он не мог, потому что в Америке бизнес – дело святое. И запретить банкирам зарабатывать значило бы пойти против самой сути капитализма.
Другая сторона медали – а был ли вообще у США вариант? Многие тогда (и сейчас) говорят, что надо было вводить эмбарго для всех с самого начала. Запретить и кредиты, и поставки, пусть европейцы сами грызутся. Но это означало бы экономический кризис, безработицу и крах тех самых банков. Вряд ли Вильсон пережил бы такие выборы. Да и конгресс бы не поддержал, слишком много денег крутилось.
Так что к 1917-му нейтралитет превратился в фикцию. США были нейтральны только на бумаге. Экономически они уже воевали на стороне Антанты. И когда немецкие подлодки начали топить американские торговые суда, вопрос стоял уже не о защите абстрактного нейтралитета. Вопрос стоял о защите конкретных долларов, вложенных в победу Лондона и Парижа. А там, как говорится, до полноценной войны – один шаг. Или один торпедный залп...
Если труд пришелся вам по душе – ставьте лайк! А если хотите развить мысль, поделиться фактом или просто высказать мнение – комментарии в вашем распоряжении! Огромное спасибо всем, кто помогает каналу расти по кнопке "Поддержать автора", а также благодарность тем, кто поправляет/дополняет материал! Очень рад, что на канале собралась думающая аудитория!
Все статьи по этому циклу и ссылки на них вы можете увидеть здесь: