Когда Павел Сергеевич объявил, что должность руководителя отдела досталась какому-то Артёму из московского филиала, я сначала не понял. Переспросил даже.
— Кому, простите?
— Артёму Викторовичу Князеву. Он переводится к нам из Москвы. Выходит в понедельник.
Я стоял посреди переговорной и чувствовал, как земля уходит из-под ног. Шесть месяцев. Сто восемьдесят дней. Бесконечные переработки, проекты, отчёты, презентации. Испорченные отношения с Димкой, который был моим другом до всей этой истории. Нервы, бессонница, конфликты с женой.
И всё это — ради человека с улицы?
Я посмотрел на Димку. Он стоял бледный, с таким же потерянным взглядом. Впервые за полгода мы смотрели друг на друга не как враги. А как два идиота, которых развели как детей.
***
Меня зовут Максим, мне тридцать четыре года. Я работаю в крупной логистической компании уже семь лет. Пришёл простым менеджером, вырос до ведущего специалиста. Знаю здесь каждый процесс, каждого клиента, каждую проблему.
Димка — Дмитрий Сергеевич, если официально — пришёл на год позже меня. Тоже начинал с нуля, тоже вырос. Мы сидели за соседними столами, обедали вместе, ездили на корпоративы. Дружили, короче. Насколько можно дружить с коллегой.
Наш начальник отдела Виктор Иванович ушёл на пенсию восемь месяцев назад. Ушёл внезапно — врачи нашли какую-то болячку, сказали, что работать нельзя. Он собрал вещи за неделю и исчез из нашей жизни.
И тут началось самое интересное.
***
Павел Сергеевич, наш генеральный, вызвал нас с Димкой к себе. Обоих. Одновременно.
— Садитесь, ребята. Разговор серьёзный.
Мы сели. Переглянулись. Не понимали, чего ждать.
— Виктор Иванович ушёл. Должность руководителя отдела вакантна. Я думал, кого назначить. И решил — пусть будет честная конкуренция.
— В смысле — конкуренция? — спросил Димка.
— В прямом смысле. Вы оба — лучшие специалисты отдела. Оба заслуживаете повышения. Но место одно. Поэтому я даю вам полгода. Кто покажет лучшие результаты — тот и получит должность.
Я молчал. Переваривал услышанное.
— А как вы будете оценивать? — спросил я наконец.
— По объективным показателям. Выполнение плана, новые клиенты, эффективность работы команды. Плюс субъективная оценка — как вы проявите себя в сложных ситуациях, как будете решать проблемы.
— То есть мы должны конкурировать друг с другом? — Димка нахмурился.
— Именно так. Здоровая конкуренция — двигатель прогресса. Вы оба станете работать лучше, отдел выиграет, компания выиграет. А один из вас получит заслуженное повышение.
Павел Сергеевич улыбался. Довольный собой. Придумал гениальную схему.
— Вопросы есть?
Вопросов было много. Но мы молчали. Потому что понимали — спорить бесполезно. Решение принято.
— Тогда удачи. Жду от вас результатов.
***
Мы вышли из кабинета и молча пошли к лифту. В голове крутилось одно: что теперь делать?
— Ну и как тебе? — спросил Димка в лифте.
— Никак. Бред какой-то.
— Согласен. Но выбора нет.
— Выбор есть всегда. Можно отказаться.
Димка посмотрел на меня. Внимательно.
— Ты откажешься?
Я помолчал. Должность руководителя отдела — это плюс сорок процентов к зарплате. Это кабинет вместо опенспейса. Это статус. Это карьера.
— Нет. Не откажусь.
— Вот и я не откажусь.
Мы стояли и смотрели друг на друга. И в этот момент что-то изменилось. Что-то тонкое, невидимое, но важное.
Мы перестали быть друзьями. Стали конкурентами.
***
Первый месяц был ещё нормальным. Мы с Димкой старались держаться по-дружески. Обедали вместе, шутили, обсуждали работу. Просто работали чуть усерднее, чем раньше.
Но к концу первого месяца начались первые трещины.
Я закрыл крупного клиента. Очень крупного. Такого, за которым гонялись полгода. И закрыл его красиво — с выгодными условиями для компании.
Павел Сергеевич похвалил меня на планёрке. При всех.
— Вот так надо работать! Максим, молодец!
Я посмотрел на Димку. Он улыбался. Но глаза не улыбались.
После планёрки он подошёл.
— Поздравляю.
— Спасибо.
— Хороший клиент. Давно за ним бегал?
— Месяца три.
— А я думал, это мой контакт был. Помнишь, я тебе рассказывал про логистический центр на юге?
Я нахмурился.
— Это другой контакт. Совсем другой.
— Да? Ну ладно.
Он ушёл. А я стоял и думал: что это было? Намёк? Обвинение?
Контакт был мой. Полностью мой. Я нашёл его сам, сам вёл переговоры, сам закрыл. Димка тут вообще ни при чём.
Но осадок остался.
***
Второй месяц был хуже.
Димка тоже закрыл крупного клиента. Не такого крупного, как мой, но тоже хорошего. Павел Сергеевич и его похвалил.
— Отличная работа, Дмитрий! Продолжай в том же духе.
Теперь уже я смотрел и думал: чёрт, он догоняет.
Мы перестали обедать вместе. Не договаривались об этом — просто как-то так вышло. Я стал уходить на обед раньше, он — позже. Или наоборот.
Разговоры сократились до рабочих вопросов. И то — сквозь зубы.
Однажды я пришёл на работу и увидел, что Димка сидит за моим компьютером.
— Ты чего тут делаешь?
— А, привет. Я искал отчёт по складским мощностям. У себя не нашёл, думал, может, у тебя есть.
— Отчёт на общем сервере. Зачем лезть в мой комп?
— Я не лез никуда. Просто проверил, может, у тебя свежее версия.
Он говорил спокойно. Но я не верил ни одному слову.
— В следующий раз спрашивай разрешения.
— Хорошо. Без проблем.
Он ушёл. А я сел и начал проверять — не скопировал ли он чего. Не открывал ли мои рабочие файлы.
Следов не нашёл. Но паранойя уже поселилась в голове.
***
К третьему месяцу мы с Димкой почти не разговаривали.
Коллеги заметили. Начали шептаться. Атмосфера в отделе стала напряжённой.
— Что у вас случилось? — спросила Наташа из бухгалтерии. — Вы же друзьями были.
— Ничего не случилось. Работа.
— Работа? А почему вы друг на друга не смотрите?
Я не ответил. Что тут скажешь? Что нас стравили как собак? Что мы полгода должны грызться за кость?
Жена тоже заметила изменения.
— Ты стал нервным. Постоянно злой. Что происходит?
— На работе напряжёнка.
— Какая напряжёнка? Ты семь лет там работаешь, никогда такого не было.
— Сейчас другое. Конкурс на должность начальника.
— С кем конкурс?
— С Димкой.
Жена помолчала.
— С тем Димкой, с которым вы на рыбалку вместе ездили?
— Да.
— И как вы теперь?
— Никак.
Она покачала головой.
— Глупость какая-то. Вас специально друг против друга настроили?
— Типа того.
— И вы повелись?
Я разозлился.
— А что мне делать? Отказаться от повышения? Сказать — забирай, Димка, мне не надо?
— Может, поговорить с ним. Решить по-человечески.
— Как решить? Должность одна, нас двое.
— Ну тянете жребий. Или один уступает. Или оба отказываетесь.
— Ты не понимаешь.
— Я понимаю. Я понимаю, что ты полгода будешь нервный, злой и невыносимый. А потом либо получишь должность и потеряешь друга, либо не получишь и потеряешь друга всё равно.
Она была права. Но я не хотел этого признавать.
***
Четвёртый месяц стал переломным.
У Димки случился провал. Крупный клиент, которого он вёл, отказался от контракта. Причём отказался громко — с претензиями и угрозами судиться.
Павел Сергеевич устроил разбор полётов.
— Дмитрий, что произошло?
— Клиент изменил требования в последний момент. Мы не смогли выполнить новые условия.
— А почему не смогли?
— Потому что условия нереальные. Они хотели доставку за сутки на другой конец страны.
— И ты не предупредил заранее? Не обговорил риски?
Димка молчал. Ему нечего было ответить.
— Это серьёзный просчёт, — сказал Павел Сергеевич. — Такие клиенты не прощают ошибок.
Я сидел и наблюдал. И чувствовал странную смесь эмоций. С одной стороны — мне было жаль Димку. Он реально облажался, и это больно. С другой стороны — я понимал, что его провал — мой выигрыш.
И эта вторая мысль пугала меня больше всего.
Когда я успел стать таким? Радоваться чужим неудачам? Мысленно считать очки?
Это была не конкуренция. Это была война. И она меняла меня. Не в лучшую сторону.
***
После того совещания Димка подошёл ко мне.
— Доволен?
— Чем?
— Моим провалом. Ты же теперь впереди.
— Димка, я не радуюсь твоим проблемам.
— Да ладно. Я же вижу. Все видят.
— Что ты видишь?
— Как ты улыбался на совещании. Когда Павел меня отчитывал.
Я не улыбался. Или улыбался? Я даже не помнил уже.
— Ты ошибаешься.
— Нет, не ошибаюсь. Ты изменился, Макс. Раньше ты бы поддержал. Раньше мы бы вместе думали, как исправить ситуацию. А теперь ты сидишь и считаешь, на сколько очков вырвался вперёд.
— А ты не так? Когда я облажаюсь, ты не будешь рад?
Димка помолчал.
— Буду. Наверное, буду. В этом и ужас.
Мы стояли и смотрели друг на друга. Два бывших друга. Два нынешних врага.
— Мы оба идиоты, — сказал он наконец.
— Согласен.
— Но я не собираюсь сдаваться.
— И я не собираюсь.
Он кивнул и ушёл. А я остался стоять и думать: во что мы превратились?
***
Пятый месяц был адом.
Я работал по двенадцать часов в день. Выходные проводил дома, но мыслями был на работе. Планировал, считал, придумывал стратегии.
Димка делал то же самое. Мы оба были на грани выгорания.
Коллеги перестали с нами общаться. Не потому что злились — просто боялись попасть под горячую руку. Атмосфера в отделе стала токсичной.
Однажды Катя, младший менеджер, расплакалась прямо на рабочем месте.
— Я не могу больше! Вы с Димой орёте на всех, требуете невозможного. Это не работа, это ад!
Я остановился. Посмотрел на неё. И понял, что она права.
— Катя, прости. Я не хотел орать.
— Вы не хотели. Но орёте. Каждый день.
В тот вечер я сидел в машине на парковке и думал. Что я делаю? Во что превращаюсь?
Я стал тем начальником, которого ненавидел в молодости. Требовательным, нервным, несправедливым. А ведь я ещё даже не начальник. Я только пытаюсь им стать.
Что будет, когда получу должность? Если получу?
Жена встретила меня вопросом:
— Ты сегодня в зеркало смотрел?
— Нет. А что?
— Посмотри.
Я посмотрел. Серое лицо. Красные глаза. Морщины, которых не было полгода назад.
— Это того стоит? — спросила жена.
Я не ответил. Потому что не знал ответа.
***
Шестой месяц. Финишная прямая.
Мы с Димкой шли почти вровень. По цифрам — я чуть впереди. По субъективной оценке — непонятно. Павел Сергеевич ничего не говорил, только улыбался загадочно.
За неделю до объявления результатов я закрыл ещё одну крупную сделку. Это должно было склонить чашу весов в мою сторону.
Димка тоже что-то пытался закрыть, но не успевал. Я видел его бегающий взгляд, нервные движения. Он понимал, что проигрывает.
И тут случилось непредвиденное.
Один из моих клиентов — тот самый, крупный, которого я закрыл в первый месяц — прислал претензию. Оказалось, были проблемы с документами. Не критичные, но неприятные.
Павел Сергеевич вызвал меня.
— Максим, что это?
— Техническая ошибка. Уже исправляем.
— Техническая ошибка, которая может стоить нам контракта?
— Нет, не может. Клиент лоялен, мы договорились.
— Договорились? А почему я узнаю об этом от клиента, а не от тебя?
Я молчал. Он был прав. Я должен был сообщить сам. Но не сообщил, потому что боялся испортить финальный счёт.
— Это непрофессионально, Максим. Я ожидал большего.
Я вышел из кабинета с ощущением, что проиграл. Всё зря. Полгода мучений — и облом на финише.
Димка видел, как я выходил. Он не улыбался. Просто смотрел. И в его взгляде было что-то странное. Не злорадство. Что-то другое.
Сочувствие?
***
И вот наступил тот день. День объявления результатов.
Нас собрали в переговорной. Меня, Димку и ещё нескольких коллег — для массовки, видимо.
Павел Сергеевич был в хорошем настроении. Улыбался, шутил. Явно наслаждался моментом.
— Итак, ребята. Полгода прошли. Вы оба показали отличные результаты. Работали на износ. Я доволен.
Мы с Димкой сидели напряжённые. Ждали.
— Но должность одна. И я долго думал, кого выбрать.
Пауза. Театральная пауза.
— В итоге я решил... пригласить человека со стороны.
Тишина. Мёртвая тишина.
— Артём Викторович Князев. Опытный руководитель из московского филиала. Он переводится к нам и возглавит ваш отдел с понедельника.
Я не сразу понял, что произошло. Переспросил:
— Кому, простите?
— Артёму Викторовичу Князеву. Он переводится к нам из Москвы. Выходит в понедельник.
Я смотрел на Павла Сергеевича и не мог поверить. Это шутка? Розыгрыш?
— А как же конкурс? — спросил Димка. — Вы сказали — кто лучше покажет результаты, тот и получит должность.
— Я сказал — я посмотрю на ваши результаты и приму решение. Решение принято.
— Но это нечестно! — я не выдержал. — Мы полгода работали как проклятые! Полгода конкурировали! И вы просто взяли и отдали должность человеку с улицы?
Павел Сергеевич нахмурился.
— Максим, следи за тоном. Я принял решение, которое лучше для компании. Артём — опытный управленец. Он знает, как строить процессы. Вам обоим есть чему у него поучиться.
— Поучиться? Мы семь лет в этой компании!
— Именно поэтому вам нужен свежий взгляд. Вы слишком зациклены на своих методах. Артём привнесёт новые подходы.
Я сидел и не мог пошевелиться. Полгода. Сто восемьдесят дней. Испорченная дружба с Димкой. Нервы. Здоровье. Отношения с женой.
И всё это — ради ничего?
***
После совещания мы с Димкой вышли в коридор. Стояли молча. Не смотрели друг на друга.
Потом он сказал:
— Пойдём покурим.
— Я не курю.
— Я тоже. Но сейчас начну.
Мы вышли на улицу. Он достал сигарету откуда-то — видимо, стрельнул у кого-то. Закурил.
— Знаешь, что самое смешное?
— Что?
— Мы полгода ненавидели друг друга. А он всё это время знал, что возьмёт человека со стороны.
— Ты думаешь, он знал?
— Конечно знал. Такие решения не принимаются за день. Он давно вёл переговоры с этим Артёмом. Просто использовал нас.
Я подумал. И понял, что Димка прав.
— Использовал для чего?
— Для мотивации. Мы полгода работали как ненормальные. Показатели отдела выросли. Клиентов стало больше. А ему это и было нужно.
— То есть он нас просто развёл?
— Как лохов. Стравил, заставил грызться, а сам получил результат.
Я стоял и чувствовал, как внутри поднимается волна гнева. Не на Димку. На Павла Сергеевича.
— Сволочь.
— Согласен.
— И что теперь?
Димка затушил сигарету.
— Теперь? Теперь нам решать. Либо продолжаем работать на этого манипулятора, либо уходим.
— Куда?
— Не знаю. Но точно не здесь.
***
Прошла неделя.
Артём Викторович вышел на работу. Молодой, уверенный, с московским апломбом. Сразу начал менять всё подряд.
— Ребята, у вас тут бардак. Процессы не отстроены, документация в ужасном состоянии. Будем всё переделывать.
Мы с Димкой переглянулись. Впервые за полгода — без ненависти.
Артём не знал ничего о нашем отделе. Не понимал специфику. Не знал клиентов. Но с первого дня начал раздавать указания.
— Максим, переделайте отчётность. Формат ужасный.
— Этот формат работает семь лет. Клиенты привыкли.
— Мне плевать, к чему они привыкли. Делайте как я сказал.
— Дмитрий, эти контракты нужно пересмотреть. Условия невыгодные.
— Условия оптимальные для наших реалий. Если изменим — потеряем клиентов.
— Не потеряем. Они никуда не денутся.
Он был самоуверенным идиотом. Но он был начальником.
И мы с Димкой внезапно оказались по одну сторону баррикад.
***
Через месяц Артём начал терять клиентов.
Тех самых, которых мы вели годами. Которые доверяли нам. Которые работали с нами, потому что знали — мы не подведём.
Артём их не понимал. Говорил с ними снисходительно. Менял условия без предупреждения.
И они уходили. Один за другим.
Павел Сергеевич забеспокоился.
— Что происходит? Почему клиенты уходят?
— Им не нравится новый подход, — сказал я честно. — Артём меняет всё, что работало.
— Артём делает то, что я ему сказал. Оптимизирует процессы.
— Он разрушает то, что мы строили годами.
Павел Сергеевич нахмурился.
— Максим, ты предвзят. Ты обижен, что не получил должность.
— Я говорю факты. Посмотрите на цифры.
Цифры были плохие. Очень плохие.
Но Павел Сергеевич не хотел признавать ошибку. Это было бы слишком больно для его эго.
***
Мы с Димкой начали общаться. Сначала осторожно — слишком много обид накопилось. Потом всё более открыто.
— Слушай, я хотел извиниться, — сказал он однажды. — За всё это.
— За что конкретно?
— За то, что я говорил про твоего клиента. Что это был мой контакт. Это было не так.
— Я знаю.
— Я просто... я завидовал. Ты был впереди, я нервничал.
— Я тоже много чего думал. И говорил. Тоже извиняюсь.
Мы стояли и смотрели друг на друга. Два идиота, которые полгода грызлись из-за должности, которую никто из нас не получил.
— Пива хочешь? — спросил Димка.
— Хочу.
Впервые за полгода мы пошли в бар вместе. Как раньше. До всего этого безумия.
***
За пивом Димка сказал:
— Я думаю уволиться.
— Серьёзно?
— Да. Не хочу больше здесь работать. На Артёма, на Павла Сергеевича. На всю эту систему.
— И куда пойдёшь?
— Не знаю. Может, в другую компанию. Может, своё дело открою.
— Своё дело?
— Логистика — это то, что я знаю. Клиенты у меня есть. Связи есть. Почему бы не попробовать?
Я молчал. Думал.
— Хочешь вместе? — спросил он вдруг.
— В смысле?
— Вместе. Партнёрство. Ты — операционка, я — продажи. Как раньше, только на себя.
Это было неожиданно. Но чем больше я думал, тем больше мне нравилась идея.
— А деньги?
— Накопления есть. Плюс можно кредит взять. Для начала хватит.
— А клиенты?
— Те, что уходят от Артёма. Они и так ко мне звонят. Спрашивают, что происходит. Готовы перейти, если будет куда.
Я допил пиво. Посмотрел на Димку.
— Давай попробуем.
Он улыбнулся.
— Серьёзно?
— Серьёзно. Только давай без конкуренции. Хватит с меня.
Он рассмеялся.
— Договорились. Партнёры — не конкуренты.
***
Через два месяца мы уволились.
Оба. В один день. Павел Сергеевич был в шоке.
— Вы что, сговорились?
— Нет. Просто совпало.
— Это непрофессионально!
— Это наше право.
Он угрожал, что не даст хороших рекомендаций. Что испортит нам репутацию. Что мы пожалеем.
Мы не пожалели.
Через три месяца наша маленькая компания начала работать. Первые клиенты — те самые, что ушли от Артёма. Они звонили сами. Говорили: - Наконец-то! Мы ждали.
Это было странное чувство. Работать на себя. Отвечать за свои решения. Не ждать милости от начальства.
Жена сказала:
— Ты изменился.
— В какую сторону?
— В лучшую. Снова стал нормальным человеком.
Я рассмеялся.
— Спасибо. Я старался.
***
Прошёл год.
Наша компания выросла. Не огромная, но стабильная. Десять сотрудников, постоянные клиенты, хороший оборот.
Мы с Димкой работаем партнёрами. Спорим иногда, ругаемся даже. Но не конкурируем. Потому что цель одна — общее дело.
Недавно узнал, что Артём уволился. Или его уволили — точно не знаю. Павел Сергеевич ищет нового руководителя отдела.
Кто-то из бывших коллег написал: - Он снова устроил конкурс. Между двумя менеджерами. Угадай, чем кончится?
Я угадываю. Наверняка возьмёт кого-то со стороны. Или вообще никого не возьмёт. Главное — что сотрудники полгода будут работать как проклятые.
Павел Сергеевич гений. В своём роде.
***
Иногда я думаю: а если бы он тогда выбрал меня? Или Димку? Было бы лучше?
Не знаю. Наверное, я был бы доволен. Получил бы должность, зарплату, кабинет. Работал бы на Павла Сергеевича дальше. Терпел бы его манипуляции.
А Димка стал бы моим подчинённым. Или уволился бы. И мы точно не были бы друзьями.
Так что, может, всё к лучшему? Может, его подлость нас освободила?
Или я просто пытаюсь найти смысл в бессмыслице?
***
Жена говорит, что я слишком много думаю о прошлом. Что надо жить настоящим.
— Ты же добился своего. У тебя своя компания, хороший партнёр, интересная работа. Зачем вспоминать?
— Затем, что меня обманули. И это до сих пор бесит.
— Тебя не обманули. Тебя использовали. Но ты вырвался.
— Это разные вещи?
— Конечно. Обманули бы — ты бы остался ни с чем. А ты получил опыт, понимание и мотивацию уйти.
Она умная, моя жена. Всегда находит правильные слова.
Но всё равно. Иногда, ночью, я вспоминаю то совещание. Лицо Павла Сергеевича. Его улыбку. Слова про Артёма Викторовича.
И чувствую злость. До сих пор.
***
Недавно мы с Димкой обсуждали: если бы нанимали сотрудников, устроили бы такой же конкурс?
— Нет, — сказал Димка сразу.
— Почему?
— Потому что это разрушает команду. Люди начинают видеть друг в друге врагов. Перестают помогать. Начинают вредить.
— Но результаты растут.
— На короткой дистанции — да. А потом всё разваливается. Мы же видели.
Я кивнул. Мы видели.
Отдел, который мы оставили, сейчас в ужасном состоянии. Половина людей уволилась. Клиенты ушли. Показатели упали.
Павел Сергеевич получил свои полгода бешеной работы. А потом — годы упадка.
Вот такая арифметика.
***
Знаете, что меня до сих пор не отпускает?
Не сама ситуация. Не потеря должности. Даже не подлость начальства.
А то, как легко мы повелись. Как быстро превратились из друзей во врагов. Как охотно начали грызться за кость.
Павел Сергеевич не заставлял нас ненавидеть друг друга. Он просто создал условия. А мы сами — сами! — всё остальное сделали.
Может, проблема не в нём? Может, проблема в нас?
Димка говорит — нет, проблема в системе. В корпоративной культуре, которая поощряет конкуренцию вместо сотрудничества.
Но я не уверен. Мы же взрослые люди. Могли сказать — нет, не будем играть в эти игры. Могли сесть и договориться. Могли вместе пойти к начальству и сказать — это неприемлемо.
Но не сделали. Потому что каждый хотел выиграть. Каждый думал, что победит именно он.
И в итоге проиграли оба.
***
Вчера позвонил бывший коллега. Тот самый, из старого отдела.
— Максим, привет. Слышал, у вас своя компания теперь?
— Да, уже год.
— Круто. Слушай, у вас вакансии есть?
— Есть. А что?
— Я хочу уволиться. Достало всё.
— Опять конкурс устроили?
— Как ты догадался?
Я не стал объяснять. Просто сказал:
— Приходи на собеседование. Поговорим.
Он придёт. И ещё придут. Потому что Павел Сергеевич не меняется. И система не меняется. И люди устают.
А мы с Димкой строим другую компанию. Где люди — партнёры, а не конкуренты. Где общий успех важнее личных амбиций.
Получится ли? Не знаю. Но мы пробуем.
***
Сейчас сижу в офисе. Маленький, но свой. За стеной — Димка. Что-то обсуждает с клиентом по телефону. Смеётся.
Год назад мы не разговаривали. Ненавидели друг друга. Готовы были подставить ради должности.
А сейчас строим общее дело. Странно, правда?
Иногда думаю: а если бы не тот подлый финт Павла Сергеевича? Если бы он честно выбрал одного из нас?
Мы бы до сих пор работали на него. Тот, кто проиграл — ушёл бы или остался обиженным подчинённым. Тот, кто выиграл — стал бы начальником и постепенно превратился бы в такого же манипулятора.
А сейчас мы свободны. Оба. Вместе.
Так что, может, Павел Сергеевич сделал нам одолжение? Сам того не желая?
***
Я долго думал — писать эту историю или нет. Всё-таки личное. Неприятное.
Но потом решил — напишу. Потому что таких историй много. Потому что начальники-манипуляторы никуда не денутся. И люди будут попадаться на их удочки снова и снова.
Может, кто-то прочитает и задумается. Может, не поведётся на искусственную конкуренцию. Может, не станет врагом коллеге ради призрачной должности.
А может, и нет. Люди повторяют одни и те же ошибки. Из поколения в поколение.
Но попробовать стоит.
***
И напоследок — вопрос.
Как думаете, мы с Димкой правильно сделали, что повелись на этот конкурс? Или надо было сразу отказаться?
И ещё — должен ли начальник нести ответственность за такие манипуляции? Или это просто бизнес, ничего личного?
Жду ваших мнений. Правда интересно.
Потому что я до сих пор не знаю, что думать.