Алина Артес — шеф-редактор телеканала «Россия-Культура», экс-редактор раздела «Театр» портала «Культура.РФ», выпускница аспирантуры журфака МГУ имени М.В. Ломоносова и продюсерского факультета РАТИ – ГИТИС. В интервью для Школы журналистики имени Владимира Мезенцева она рассказала о работе телеканала «Россия-Культура» и трудностях понимания современного искусства.
— Вам приходится работать в различных форматах интернет-СМИ. Какой из них Вам более близок?
— Для меня самыми интересными являются все форматы интернет-СМИ, поскольку я работаю в редакции новых медиа и изучала этот вопрос в своей диссертации. Поэтому, на данный момент, информационные медиа во всём своём многообразии, мне кажется, занимают лидирующую позицию.
В то же время, я думаю, что сейчас мы живем в эпоху конвергентности, когда все виды СМИ смешиваются между собой. Если раньше однозначно делили средства массовой информации на новые и традиционные, то теперь разница стирается, и всё диджитализируется. Мне такой тренд близок, думаю, что это хорошо, поскольку всё больше людей имеют свободный доступ к данным.
— Вы конкурируете с другими каналами или рекомендательными лентами YouTube и соцсетей?
— Безусловно, «Россия-Культура» находится в конкурентной среде, это же не канал-монополист. Но в то же время, как таковой конкуренции в остром смысле этого слова нет. Потому что сейчас каждый человек, по сути, сам является создателем своей ленты и голосует просмотрами и вниманием. Поэтому все каналы, которые пишут на тему культуры и искусства, хороши. Здесь просто конкурентной среды быть и не может, поскольку они просто дополняют друг друга. Хотя «Россия-Культура» всегда занимал особое положение в структуре отечественных медиа, так как это единственный канал, который занимается культурно-просветительской проблематикой.
— Какого жанра, формата о культуре сегодня не хватает на российском ТВ?
— Мне кажется, что не хватает свежих имен и новых журналистов, которые не банально освещали бы вопросы культуры. Традиционно всё-таки подобными медиа занимаются люди старшей возрастной категории.
— Какой момент в карьере заставил Вас резко пересмотреть взгляд на профессию?
— Конечно, мой декретный отпуск, потому что до этого периода я была шеф-редактором телеканала «Россия. Культура». Сейчас я им тоже являюсь, но в моей жизни появилась новая прекрасная глава — это преподавание. Я очень люблю общение со студентами, с теми, кто занимается со мной частно и ходит в домжур.
Мне кажется, что именно преподавание позволяет совершить такой прекрасный обмен, когда не только мы даем новые знания, но и наша аудитория во многом делает нас лучше и заставляет задаваться необычными классными вопросами. Часто не только педагоги учат своих студентов, но и студенты дают что-то интересное в ответ.
— Есть ли культурное явление (книга, фильм, спектакль), к которому Вы периодически возвращаетесь в моменты профессиональных сомнений?
— Для меня самой большой радостью всегда является поход в театр. В самом начале своего карьерного пути я долгое время работала театральным обозревателем. Каждое возвращение в этот мир искусства — интересный и волнующий момент. Я вообще считаю, что театр — одно из самых увлекательных проявлений творчества. Миг, когда выключается свет и мы становимся частью процесса, наверное, ни с чем не сравним. Такого нельзя получить нигде. Близкий опыт — кинематограф, но и там всё записано заранее, а в театре есть мгновение соединения зала и спектакля. Поэтому постановка не может повториться просто потому, что зритель каждый раз разный. В связи с этим, если мне грустно или хочется как-то настроить свой моральный компас, я ищу интересное представление и иду именно туда.
— Есть ли у Вас или у коллег по каналу ритуалы, приметы, связанные с выходом в эфир сложного материала?
— Ритуалы и приметы у каждого свои, но я обычно не люблю говорить о том, что еще не случилось. То есть, если планирую сложное интервью, то не скажу, с кем оно будет и когда — даже не называю точную дату, потому что для меня всегда важно говорить только о случившемся и совершенном. Вот такой я, наверное, отчасти суеверный человек. Никогда не говорю ни о чем заранее. Но зато, если что-то получилось, то с радостью делюсь этой информацией.
— Как долго готовится материал? И как выбираются темы?
— Смотря какая тема. Есть материалы, которые готовятся очень быстро. Если это какая-то новостная заметка о видном деятеле культуры и искусства, то нужно сделать чуть ли не за считанные минуты. Если это какой-то большой тематический материал, например, интервью — можно делать на протяжении пары недель. А в научных текстах, которые мне тоже приходится писать, процесс занимает месяцы и годы. Поэтому всё всегда зависит от конкретной задачи.
— Как отличить модный, но пустой театральный жест от настоящего современного высказывания?
— Мне кажется, что модный, но пустой театральный жест от настоящего современного высказывания отличает зрительский, культурный и текстуальный уровень. Важно понимать, кто является потребителем этой области искусства. Второй главный маркер — само время. Наверное, оценивать современное искусство сложнее всего — дать ему оценку, понять. Иногда что-то становится ясным только спустя энное количество времени. Поэтому, я думаю, высокий интеллектуальный уровень зрителей и время — те два главных маркера, позволяющие сказать, что перед нами просто красивый провокационный жест или всё-таки нечто большее.
— Согласны ли Вы с тезисом, что настоящий интерес к культуре всегда в чём-то оппозиционен?
— Нет, я так не думаю. Например, Пушкин или Чайковский — это то искусство, которое не является оппозиционным и спорным. Оно вполне устоялось, и аудитория, в целом, с этим контентом уже согласилась и приняла. Тем не менее, я всегда вижу, как перед Новым годом возникает ажиотаж вокруг «Щелкунчика» — это подлинный интерес к культуре. Он не оппозиционен, он логичен. Поэтому интерес к культуре, мне кажется, никогда не связан с остротой восприятия действительности. Здесь важнее сам объект, с которым мы взаимодействуем. Если это стоящее произведение искусства — оно привлекает наше внимание.
— Как Вы относитесь к мейнстриму в культуре?
— Спокойно. Если люди смотрят кино или ходят в театр — даже на самый простой фильм или спектакль — это некоторое высказывание, мысль. Такой вариант, безусловно, лучше, чем если бы человек просто лежал на диване и ничего не делал. Даже самое мейнстримное произведение искусства или высказывание имеет право на существование. Однако всегда стоит поднимать себя на ступенечку выше и стремиться употреблять не только подобный вид творчества, но и что-то настоящее, подлинное и необычное.
— Интервью с кем из современных культурных деятелей заставило о многом задуматься?
— Пожалуй, одним из самых интересных интервью в моей карьере было с народным артистом России Алексеем Гуськовым. Любопытно было побеседовать с ним, поскольку был затронут такой момент, как амплуа. И как раз я спрашивала, почему так часто ему предлагают роли злодеев. На самом деле, большое удовольствие получила, поскольку он умнейший и интереснейший человек, который, к тому же, рассказал мне много любопытного о произведениях искусства, спектаклях, где он участвовал, фильмах.
Второе приятное впечатление — это разговор с Леонидом Каневским. В своё время мне нужно было брать у него интервью, но получилось так, что первое мини-интервью не записалось. Мне пришлось переговорить с ним то же самое во второй раз. Я очень волновалась и извинялась, однако он с пониманием отнёсся к этому и с радостью согласился переписать со мной маленький фрагмент бэкстейджа и сделал это ещё более виртуозно, чем в первый раз. Так что я была покорена его мастерством и поняла, что даже великие артисты спокойно воспринимают какие-то ошибки и неудачи. Если они прекрасные люди, то ничто не мешает насладиться этим процессом.
— Как Вы относитесь к пересмотру наследия художников с точки зрения их биографии? Должен ли канал учитывать этот контекст, рассказывая об их творчестве?
— Смотря какая биография и какой художник. Если мы говорим об авторе прошлого, который жил в совершенно другом контексте, наверное, здесь пересматривать что-то бессмысленно — их образ устоялся. Но, с другой стороны, все живые люди, и всегда интересно узнать о том, каким был классик на самом деле. Я люблю такие занимательные факты жизни того или иного мастера, потому что прежде всего все гении — это люди, а потом уже и всё остальное. Поэтому, да, я думаю, что канал должен учитывать этот контекст, рассказывая о творчестве. Всегда важно то, как сформировался мастер.
— Какие книги по искусству и культуре Вы можете посоветовать прочесть?
— Одну книгу советовать не буду, но рекомендую попасть во вновь открывшийся магазин «Подписные издания» в Музее русского импрессионизма. Это совсем свежий магазин с прекрасной подборкой книг по искусству и культуре. И я всегда рекомендую к посещению музейные магазины Пушкинского музея, Третьяковской галереи. Мне кажется, что это кладезь классных собраний по культуре и искусству. Любая книга, которая там приглянется зрителю, мне кажется, может быть прочитана. Более того, это будет сделано с большим удовольствием.
— Что Вас заряжает и вдохновляет за пределами профессиональной сферы?
— Честно говоря, культура и искусство меня довольно сильно заражают и вдохновляют, но помимо этого ещё и спорт. Я обожаю бассейн, считаю, что это одно из лучших и высвобождающих мозг занятий. И, конечно, время с моей семьей — это всегда бесценно.