- В следующую субботу позову гостей, - объявила Степану жена, намекая на свой день рождения.
- Дело твоё, хочешь - зови. Я не против, - спокойно отреагировал муж, садясь за стол, чтобы поужинать.
- Ну и славно, что ты не против. А то в прошлом году не собирались. У Петровых-то как раз дед преставился, помнишь? Не до праздников нам было. А в позапрошлом вообще сорок мне стукнуло. Говорят, что отмечать ни в коем случае нельзя, вот мы и не отмечали, - рассуждала Надежда, собирая еду на стол.
- Да люди много чего молотят языком, а ты слушаешь, - натирая чесноком хрустящую корочку только что испечённого женой хлеба, ответил мужчина.
- Нет, не ерунду! Вон соседка наша Зинаида отметила с размахом свои сорок лет, и что?
- Что?
- Всё!
- Всё? - удивлённо поднял глаза на супругу Степан. - Она же вроде жива-здорова была до вчерашнего дня? Я её вот только видел!
- Да тьфу на тебя! При чём здесь это? Ну что ты как маленький, ей-богу! Мужик-то её Антон через месяц после того юбилея в город поехал по работе. Ну, помнишь? А назад так до сей поры и не вернулся! - с жаром рассказывала жена.
- Эк, удивила! - громко отреагировал Степан. - Так он вроде давно уже собирался ко второй семье в город уезжать. У него же там ребёнок растёт. Все об этом в посёлке знали, и ты в том числе.
- Собираться-то он собирался, да не уезжал. Ну? А тут раз - и вмиг смылся. Только его и видели. А Зинка теперь одна. Примета! И народ зря говорить не будет. Сорок лет не отмечают.
- Ну хорошо, что тебе уже сорок два на днях стукнет. Кого приглашать собираешься? - спросил Степан с замиранием сердца.
Он боялся, что Надежда позовёт в их дом свою бывшую одноклассницу Анну. Даже душа его в комок вся сжалась в ожидании ответа. Но вовсе не Анна ему была страшна или неприятна до такой степени. А её супруг Геннадий.
Именно он, этот человек, уже много лет лишал Степана покоя и сна, не давал ему жить спокойной жизнью. Будоражил душу и сердце. А недавно и вовсе случилась неприятность - у Надежды вдруг наметилась крепкая дружба со своей бывшей одноклассницей Анной, что была женой Геннадия.
- Всю родню позову, чтобы никого не обижать. Это уж как водится, - начала перечислять гостей Надежда.
- Много получается. На такую ораву и еды надо воз. Про спиртное я уж вообще молчу.
- Да, родни у нас много, ты прав. И с одной стороны это очень хорошо. Если беда, все помогут, не оставят. А еду я наготовлю, мне нетрудно. Сестру позову, да и дочка поможет, справимся.
Помолчав немного, жена добавила:
- И Анну приглашу с Генкой. Пусть приедут, посмотрят, как мы с тобой живём. Позавидуют на наш дом и хозяйство. А то мы только по телефону с ней общаемся, а в гости друг к другу - ни ногой. А нам ведь есть чем похвалиться, правда? И дом у нас с тобой, Стёпа, большой, и в доме всего полно.
- Нет! Их не приглашай! - крикнул муж слишком резво.
- Что это ты? - удивилась Надежда. - С чего так всполошился, Стёпушка?
- Не зови Аньку и Генку, я тебе запрещаю! - Степан даже есть перестал, так расстроился. - Не смей звать их в мой дом!
- А я позову. Позову, Стёпа. И с чего бы мне не позвать их? Мне, знаешь ли, бояться-то нечего. Всё уже давно в прошлом, - жена тоже начинала нервничать, но пока держалась. Не давала волю чувствам.
- В прошлом, говоришь? Ну и чудесно! Вот и не приглашай их сюда! - Степан поднялся из-за стола, есть резко расхотелось.
- Да что же ты творишь? Ешь давай, ведь голодный пришёл с работы. Так из-за своей вредности с пустым пузом и ляжешь спать? - возмущалась супруга.
- Не буду есть. Не хочу! Аппетит пропал. Последний раз тебя спрашиваю - не будешь Аньку с Генкой звать на день рождения?
- Буду, - упорствовала Надежда. - Что ещё за новости такие? Сказала, буду, значит, так тому и быть!
Её непростой характер не позволял согласиться с мужем. И так было всегда и во всём.
- Ну тогда я... Тогда, знаешь, что я сделаю? Знаешь? - закричал Степан так, что в шкафу зазвенела посуда.
Мужчина очень нервничал. Но в данный момент никак не мог придумать, чем бы таким припугнуть свою непокорную жену, чтобы она сразу его послушалась.
- Нет, не знаю. Скажешь, буду знать. Говори, жду! - усмехнулась Надежда.
- Я... Я тогда на твой день рождения свою... лю бовницу приведу! Поняла? - выдал вдруг Степан фразу, которую даже сам от себя не ожидал.
- Кого-кого? Ах ты ж, за ра за такой! - странно отреагировала жена. - Ну-ка повтори, что сказал!
- Лю бовницу приведу! Вот кого!
- Ох, ты ж! И откуда слова такие знаешь? Из кино, что ли, Стёпа?
- Не твоего ума дело, откуда! - дерзко ответил муж.
- Да кому ты нужен? Сто лет уж никто и не оборачивается в твою сторону. Лю бовник! Пень старый, а туда же, хорохорится! Гляньте-ка на него. Откуда она у тебя? Из города что ли, выпишешь? Посылкой закажешь? Вот насмешил так насмешил. Клоун ты, Стёпа!
- А я сказал - приведу! - настаивал Степан. - И не старый я вовсе. Всего-то сорок семь лет. Ишь, придумала. В старики меня записывать!
- Прямо вот настоящую лю бовницу? Ну давай, приведи, повесели нас. А то гостям скучно будет на моих именинах. Васька-баянист приболел. Придётся дочкину музыку включать. Маш, Маша, как она называется-то, твоя музыка? - закричала, обернувшись вглубь дома, Надежда.
- Колонка Алиса, - ответила дочка из своей комнаты.
- Вот. Алиса и твоя лю бовница - два развлечения у нас будет!
- Смеяться не надо, Надежда. Не до смеха тебе будет. Узнаешь тогда, как шутить надо мной, - с обидой произнёс муж.
******
Надежда понимала, почему супруг так переживает по поводу Геннадия. Ревновал он её к нему. Всё ещё ревновал, хоть и столько лет минуло.
- А чего это ты? Вспомнила бабка, как девкой была! Да Генка с Анькой уж почитай, как лет двадцать вместе живут, а ты всё ревновать? - пыталась она образумить мужа. - Геннадий для меня давно уже параллельный человек. У них двое детей взрослых! Ну вот подумай-ка хорошенько, если у тебя есть чем, к кому ты меня ревнуешь?
- Параллельный, говоришь? Рассказывай, как же! Сама-то с ним обнималась в прошлый раз, когда мы на Пасху встретились в посёлке. Я видел! Ещё и прижималась так нежно. Тьфу, срамота!
- Так на Пасху все обнимаются! Додумался, что вспомнить. Совсем с мозгами плохо?
- А я не только это помню, Наденька. Я ничего не забыл. Ничего! И как Генка тебя с танцев домой целый год провожал, и как потом ты его на службу провожала. Помню, как рыдала у него на плече слезами крокодильими. Я всё помню. Такое не забудешь!
- О! Да что же за муж мне достался! С чего ты завёлся опять, я не пойму? Чем тебе тот Генка бедный помешал? Чужой муж! С другой бабой, с женой своей, живёт много лет. Или что, я, по-твоему, на своём дне рождения при всём честном народе кинусь в его объятия? Прям отодвину Аньку в сторону и давай его тискать и лобызать. Так, что ли? - кричала Надежда. - Сто лет он мне нужен, твой Генка.
- Не мой он, а твой! Сказал, не зови их сюда, и весь тебе мой сказ.
- А я позову! Позову, потому что на твои дурацкие выходки не собираюсь обращать внимания. И не Генку я зову, а свою подругу Анну, а он муж её, супруг законный! Поэтому они будут вместе.
- Любишь его, да? Признайся, что забыть никак не можешь. Вон как уби.валась-то, когда его на срочную призвали, - упорствовал Степан.
- Это когда-нибудь кончится, а? Ирод ты! Маята беспросветная! Долго мои нервы грызть будешь? Или ты думаешь, что они у меня железные? - Надежда грозно держала в руках тяжёлое полотенце. - Успокоишься сам или помочь?
- Не зови Генку, - упорно повторял Степан как капризный мальчишка.
- Нет, позову! Позову и всё тут! А на твою придурь мне плевать! - не хотела идти на уступку Надежда. - Назло тебе позову! Вот так!
Так ничего не добившись от жены, Степан не разговаривал с ней весь вечер и ещё следующее утро.
Даже не позавтракав, он вышел из дома, громко хлопнув дверью. Привычным путём отправился на работу, а сам всё думал о скандале с женой.
Степан по профессии был плотником, и сейчас работал в местном доме культуры. Там требовалось отремонтировать сцену, доски которой в некоторых местах подгнили и провалились от энергичных танцев самодеятельных артистов.
Мужчина работу свою любил и выполнял её всегда с совестью, качественно и не торопясь. Вот и сейчас не спеша приступил к своему каждодневному труду, вдыхая свежий запах деревянных досок, которые выписал сельсовет для ремонта.
Вновь и вновь он вспоминал всю их с Надеждой жизнь. Ещё со школьных лет он влюбился в бойкую голубоглазую девчонку, которая жила на соседней улице. Степан мечтал о ней ночами, с тайной пьянящей радостью следил за девушкой во время случайных встреч на улицах посёлка. И был безмерно счастлив в те моменты, когда удавалось пообщаться, перебросившись с ней хлтя бы парой слов.
Однажды Степан решился, понял, что пора подойти к Наде и предложить ей свою дружбу. А уж она потом перерастёт в высокое светлое чувство двух молодых людей. Так он мечтал.
Но случилось страшное и непредвиденное - в тот вечер Стёпа увидел в клубе Надю с Генкой. Смелый красавец уже сделал то, что так долго планировал нерешительный Степан. Он предложил девушке встречаться с ним. И, конечно, Надежда ответила согласием статному и дерзкому парню.
Ах, как мучился тогда Степан, как он корил себя за несмелость. За то, что не опередил этого выскочку! Но даже и представить себе не мог тогда, что ждёт его впереди…
Ссылка на продолжение рассказа будет ЗДЕСЬ в ближайшее время.
Если рассказ понравился, можете отблагодарить автора небольшим ДОНАТОМ. Спасибо!