— Ну вот и всё, вроде ничего не забыл, — Михаил в последний раз проверил содержимое рюкзака и взглянул на жену.
Варвара стояла на крыльце, поправляя шаль на плечах. Живот уже заметно округлился — до родов оставалось недели две, не больше.
— Миша, может, не надо? Останься дома, — тихо попросила она.
— Варюш, деньги нужны. Ребёнок родится, расходы будут. Я быстро, три дня максимум.
Он обнял жену, прижался губами к её виску. У калитки терпеливо ждал Серый — огромный волк с умными янтарными глазами. Михаил вырастил его из крохотного волчонка, найденного в лесу возле мёртвой матери. Теперь зверь всегда провожал хозяина на промысел и встречал у реки.
Серый двинулся следом за рыбаком. Варвара долго смотрела им вслед, пока фигуры не растворились в утреннем тумане.
Супруги жили в старой избе на краю деревни, почти у самого леса. Соседи считали их чудаками, но Михаил и Варвара просто любили тишину. Он зарабатывал рыбной ловлей, хотя мог бы, как другие мужики, заняться браконьерством. Но Михаил не мог поднять ружьё на живое существо.
Серый вырос настоящим красавцем — поджарый, сильный, с внимательным взглядом. С чужими людьми держался настороженно, а к Михаилу и Варваре относился с трогательной нежностью. Когда Варвара забеременела, волк стал её тенью — провожал в лес по грибы, ходил следом по двору. Только во время рыбалки Михаила Серый нарушал это правило и сопровождал хозяина до самой реки.
Прошло часа полтора после ухода мужа. Варвара возилась на кухне, когда услышала скрип калитки.
"Вернулся? Наверное, что-то забыл", — подумала она и вышла на крыльцо.
На пороге стояли трое мужчин в грязной робе. Варвара сразу заметила бирки на их одежде и похолодела.
— Пожрать есть, красавица? — хрипло спросил старший, коренастый мужик с шрамом на щеке. — Веди себя тихо, и мы тебя не тронем.
Рядом с ним стоял тощий, с маленькими хитрыми глазками — тот смотрел на Варвару с нескрываемой алчностью. Третий, молодой парень лет двадцати пяти, держался чуть в стороне. В его взгляде читалось не злоба, а скорее растерянность.
Беглецы ворвались в дом. Главарь, которого звали Ржавым, набросился на еду. Крот, его подельник, хватал всё подряд — пирожки, варенье, хлеб. Молодой парень по имени Саша стоял у двери и не прикасался к провизии, хотя был голоден не меньше других.
Александр попал в колонию по нелепому обвинению. Работая медбратом на скорой помощи, он приехал на вызов к пожилому больному. А после его ухода внук старика украл деньги из шкатулки и свалил вину на фельдшера. Следствие оказалось формальным — воспитаннику детдома никто не поверил.
В побег Сашу затянули насильно. Ржавому нужен был человек с медицинскими навыками, и он подговорил сокамерников "убедить" молодого парня бежать вместе с ними.
— Деньги давай! — Ржавый перевернул несколько ящиков, но нашёл только горсть мелочи. — Где прячешь?
— Да нет у нас ничего, — Варвара прижала руки к животу.
— Врёшь! — взревел Крот и шагнул к ней.
В этот момент Варвара побледнела и еще сильнее схватилась за живот.
— Ой... кажется, началось...
— Чё началось? — не понял Крот.
— Роды у неё начались, — тихо сказал Александр и сделал шаг вперёд.
Ржавый и Крот переглянулись, и в следующую секунду оба выскочили из дома, словно их ошпарили кипятком. Матёрые уголовники испугались рожающей женщины больше, чем тюремных надзирателей.
Саша остался. Он не мог бросить беспомощную женщину.
— Не бойся, я помогу, — он взял Варвару за руку. — Я медбрат, принимал роды.
Последнее было неправдой, но сейчас главное было успокоить роженицу.
Он нагрел воду, достал чистые полотенца. Руки дрожали, но Саша заставил себя сосредоточиться. Вспоминал учебники, лекции, случаи из практики коллег.
— Дышите ровно... Вот так... Молодец...
Ржавый и Крот бежали через лес, когда услышали грозное рычание. Из кустов выскочил огромный серый волк. Он не лаял, не предупреждал — просто атаковал.
Крот взвыл от боли, когда клыки впились в его икру. Ржавый пытался отбиться палкой, но Серый был быстрее и злее. Через минуту оба зека, окровавленные и перепуганные, бежали прочь, уже не разбирая дороги.
Волк гнал их до самого края леса. Беглецы вылетели прямо к дому участкового и застучали в дверь, моля о помощи.
Сотрудник полиции не мог поверить своим глазам, когда увидел на пороге двух зеков в разорванной робе.
— Волк... там волк! — задыхаясь, кричал Крот.
Через полчаса их уже везли обратно в колонию.
— Ещё немного! Тужься! — Александр увидел головку младенца и понял, что всё идёт правильно.
Через минуту в доме раздался пронзительный крик новорождённого.
— Мальчик, — выдохнул Саша и бережно положил ребёнка на руки матери.
Варвара плакала от счастья и усталости.
В этот момент дверь распахнулась. На пороге стоял Михаил — бледный, с топором в руках.
— Михаил, не надо! — слабо крикнула Варвара. — Он помог мне... Он врач... Спас нас...
Рыбак опустил топор. Серый стоял рядом с ним, глядя на Александра настороженно, но без агрессии.
За кухонным столом, за чаем, Саша рассказал всю правду. О ложном обвинении, о тюрьме, о том, как его заставили бежать.
— Ничего, — Михаил положил руку на плечо молодому парню. — Участковый у нас толковый. Я с ним поговорю. А ты теперь для нас — брат. Спас мою семью.
Александр не мог сдержать слёз.
Впоследствии Саше не добавили срок — суд учёл, что он спас жизнь роженице и ребёнку. Через полгода его освободили условно-досрочно.
Александр поступил в медицинское училище на акушера. Каждое лето он приезжал в деревню к Михаилу и Варваре, навещал своего крестника Ванюшу.
А Серый продолжал приходить к дому ещё около года, принося в зубах лесную дичь. Но однажды весной, когда через лес прошла волчья стая, он ушёл. Михаил и Варвара были уверены — их серый друг нашёл семью и стал вожаком.
Иногда по ночам до деревни доносился протяжный вой. Варвара выходила на крыльцо и слушала.
— Это он, — говорила она мужу. — Серый приветствует нас.
И Михаил кивал, глядя в темноту леса, где между деревьями мелькали жёлтые глаза.