The New York Times опубликовала большое расследование Джулии Москин: журналистка поговорила с 35 бывшими сотрудниками (а по данным отдельного сайта noma-abuse.com - уже с 56). Все они рассказывают об одном и том же: годы физического и психологического насилия в легендарном копенгагенском Noma.
Скандал разгорелся именно сейчас - в момент запуска самого дорогого поп-апа Noma в Лос-Анджелесе (ужин - 1500 долларов с человека). Пока богатые гости бронируют места, бывшие повара и стажёры наконец заговорили.
Представьте февральскую ночь 2014 года. Разгар ужина. Рене Редзепи выводит весь персонал на холодный двор. Перед ним - молодой су-шеф, который просто включил техно в производственной зоне (Редзепи этот жанр ненавидит).
Редзепи бьёт его в рёбра, орёт и заставляет громко, чтобы слышали все 40 человек: «Мне нравится делать ми-ет диджеям». Только после этого все возвращаются на кухню. И - тишина.
И вот честно - как бы вы поступили на месте этого су-шефа?
И вот здесь возникает главный парадокс этой истории.
Почему они оставались?
Потому что Noma - это был билет в мировую элиту. Редзепи превратил датскую кухню в революцию: фуражировка, ферментация, насекомые из фруктовой кожи. Три звезды Michelin, пять раз №1 в мире, рыцарский титул от королевы Дании. После Noma двери открывались мгновенно.
Стажёры работали бесплатно по 16 часов в день, жили в одном из самых дорогих городов Европы и считали это привилегией. «Мы изучали рамсоны снаружи, потом в контейнере-лаборатории работали с кодзи», - вспоминает один из них. Блюда из 20+ компонентов, идеальная точность. И за это многие готовы были терпеть ад.
А цена была страшной.
С 2009 по 2017 год (по словам десятков свидетелей) Редзепи регулярно бил кулаками в лицо и грудь, швырял об стену, тыкал кухонными инструментами (включая вилку для барбекю). Если в зале были гости - он присаживался под стойку и колол подчинённых в ноги. Бил даже стажёров, которые просто собирали цветы на чердаке. Один раз прошёлся по всей линии и ударил всех подряд.
Психологическое давление было не меньше: публичное высмеивание, угрозы занести в чёрный список по всему миру, депортировать семьи или уволить жён. Одна повариха (латиноамериканка) похудела на 18 кг за первый год - некогда было даже поесть. Другая получила удар в рёбра за то, что взяла телефон (убавить музыку по просьбе гостя), упала на металлическую стойку и порезалась. Су-шеф пришёл и спросил только: «Ты можешь доработать смену?» Она доработала.
Турецкий стажёр рассказывал, как над ним гоготали и обзывали «ослом» из-за акцента. Он молчал - хотел доказать, что «командный игрок». Ушёл с чувством полного провала.
Самая опасная вещь в этой истории - не сам Редзепи.
А то, что десятки людей вокруг считали это нормой. Даже после 2017 года старшие шефы продолжали ту же культуру - с молчаливого одобрения босса. «HR-отделом» была… мать жены Редзепи. На жалобы реагировали стандартно: «Ты можешь работать дальше?»
Моя позиция как HR
Я смотрю на эту историю чуть иначе.
Да, здесь есть гениальный лидер, сильный результат и огромный вклад в индустрию.
Но если система держится на страхе - это не сила. Это слабость, просто отложенная.
В долгую: выгорают люди, разрушается культура, страдает бренд. И самое страшное - формируется среда, где насилие становится «просто стилем управления». Нормой становится то, что нормой быть не должно.
Сегодня Редзепи публично извинился, прошёл терапию и всего несколько дней назад объявил, что полностью отходит от ежедневного руководства Noma. Но для многих бывших сотрудников это «слишком поздно и слишком мало». А поп-ап в Лос-Анджелесе уже встретили протестами и уходом спонсоров.
Где для вас проходит граница?
И проходила ли она у вас вообще, когда на кону стояла карьера, деньги или «великая цель»?
Пишите в комментариях честно - со стороны сотрудника, руководителя или просто человека, который когда-то молчал в токсичной команде. Интересно почитать каждую точку зрения.